Время итогов

Король нужен был послушным и запуганным. Сам кардинал хотел оставаться одним из министров, потому что так ему было выгоднее, а что же до меня, то он полагал, что сможет меня шантажировать моей родословной. Официально в ней всё было в порядке, но высший свет, разумеется, знал, что моя мать — незаконнорожденная дочь короля Гунтера Четвёртого и одной из фрейлин тогдашней королевы. Таким образом, я — троюродный брат нынешнего короля. Однако общественное мнение меня мало волновало, своё происхождение я принимал так, как оно есть. Кардинал, конечно же, мог придумать любое обвинение, вплоть до богохульства или неестественных предпочтений, но дело было в том, что церковь я посещал исправно, а о попытках подкупа пажей мне становилось известно заблаговременно. Кроме того, вначале я притворялся послушным воле кардинала…

Люциус отпил вина и продолжал:

— В первые полгода я прощупывал почву, а потом позволил себе немного самостоятельности. Потом ещё немного. И ещё. А затем состоялась коронация…

Хаурун опустил голову, и Толя понял, что он вспоминает свою боль.

— Я ничем не мог утешить его величество, — рассказывал Люциус. — Не мог даже подойти и поговорить, ведь кардинал следил за всем, я должен был демонстрировать презрение к бессильному королю. И я продолжал притворяться, а тем временем искал компромат на Эль-Келино и остальных. У меня были даже связи в преступном мире, но больше всего мне помогали слуги, особенно те, которые были родом из Горного Герцогства. Вы, наверное, знаете, что многие дворяне не считают слуг за людей и даже не прерывают разговора при их появлении. Самым трудным было добиться назначения в караул двух моих подданных, а уж с господином Борзым пришлось говорить начистоту: он человек умный, хоть этого и не показывает, и раскусил бы мои хитрости. К счастью, кардинал как раз чем-то оскорбил его, и он с радостью согласился мне помочь. Мне не помешало бы, конечно, иметь своего человека в духовном сословии, но с попами я всегда ладил плохо…

— За Хауруном особенно не присматривали, кардинал считал, что его величество никуда не денется. Признаться, я тоже был в этом уверен, так представьте себе моё изумление, когда мне доложили, что король по ночам выбирается из дворца и разгуливает по городу!

Принцесса испуганно вскинула глаза, а Хаурун покраснел.

— Через неделю все преступники города знали о том, кого нельзя трогать, но вы, ваше величество, уже успели убить двоих незадачливых грабителей. Мне же нужно было найти человека, который тайно сопровождал бы вас в ваших прогулках, и я нашёл его. Позвольте не раскрывать его личность. Итак, за короля я был относительно спокоен, тем более, что мне удалось убедить Эль-Келино, что его внезапная смерть может повлечь за собой большую смуту, и лучше пока оставить всё как есть. С моими доводами кардинал согласился, он не хотел потерять власть в результате какой-то случайности. Но главная битва была впереди. Воспользовавшись отлучкой Эль-Келино, я принял несколько законов, которые немного облегчали жизнь простых людей. Правила игры были таковы, что отменить эти законы не представлялось возможным, и это оказалось мне на руку. Даже кардинал не смог ничего сделать…

Люциус немного помолчал, давая возможность обдумать услышанное, а потом продолжил:

— Так как у меня на руках уже было некоторое количество компромата, в какой-то момент я ухитрился стать для министров пострашнее кардинала. Всего на пару заседаний, но этого хватило, чтобы страна вздохнула немного свободнее. Тем временем я однажды рылся в архивах и случайно нашёл документ, который мог спасти положение и вернуть его величеству отобранную власть. Я только ждал подходящего момента. И в этот момент во дворце появились вы, господин менестрель… — Люциус окинул Толю взглядом, который лучился тёплой насмешкой. — Вы преподнесли множество сюрпризов. Я и предположить не мог, что вы подружитесь с его величеством и станете совершать ночные вылазки вместе. Признаться, я пребывал в растерянности, не зная, что мне с вами делать. Хорошо ещё, что вы сразу стали меня бояться и не пытались активно помешать моим, как вы полагали, коварным планам против короля.

Толя покраснел.

— Так вот, — продолжал герцог. — Тем временем господин ди Магнус по большому секрету рассказал мне вашу историю, в том числе и то, что в хозяйке трактира вы узнали принцессу Жанну, а также и то, что Хаурун уже планирует инкогнито отправиться за ней и, возможно, сбежать из страны навсегда. Простите, господа, я вас опередил… Я послал за её высочеством отряд с письмом и подробными инструкциями. Прочитав письмо и уверившись в подлинности печати, её высочество согласилась тайно уехать. Так трудно было подобрать слова, чтобы они мне поверили…

— Я поверила, — произнесла принцесса. — За вашим письмом я увидела человека, который не лгал.

— Итак, в то время, пока его величество, господин алхимик и господин менестрель собирались в путь, принцесса жила в моём доме в Белом городе.