Фандом: Гарри Поттер. — В следующий раз я-таки его соблазнил. После чего мы пошвырялись друг в друга заклинаниями — когда чары подвели меня в самый ответственный момент — и я счёл за благо убраться.
Добавить в моё избранное
8 мин, 30 сек 11899
— Так вы всего лишь ищете приключений?
— А вы? — Она быстро взглянула на него из-под вуали. — Что сводит людей вместе?
— Я ищу успокоения и способа забыться, — признался Грейвз. Эта женщина будет его любовью на одну ночь, потому можно рассказывать ей всё, что захочется.
Она пожала его руку.
— Тяжёлая работа?
— Ещё какая, — мрачно подтвердил Грейвз. — Вы не предположили несчастливый роман.
— Поверьте, по мужчине заметно, когда он женат на работе, — рассмеялась Герд. — Не в обиду вам будь сказано, конечно. Да и я тоже не ищу любви до гроба хотя бы потому, что её не существует.
Она вытащила из кармана пальто леденец, развернула и сунула в рот.
— А что же существует? — заинтересовался Грейвз.
— Страсть. Привязанность. Страх одиночества. Привычка. Симпатия, если уж на то пошло. Совместимость в постели и похожие предпочтения, на худой конец. Я знала пару, где верховодила всем она, а муж надевал ошейник и разыгрывал перед ней верную собаку — так что же, их обоих всё устраивало. Я бы тоже…
— Что? — дёрнулся Грейвз.
— Не любите, когда вами верховодят?
— Ни в коей мере, — отказался Грейвз.
— Значит, ошиблась, — серьёзно кивнула она. — Или вы сами пока не поняли, как прекрасно, когда кто-то другой берёт бразды правления в свои руки.
Грейвз содрогнулся так, что Герд заметила, сильнее сжала его руку, как будто спрашивая, что случилось.
— Не будем об этом, — холодно произнёс Грейвз. — Прошу вас.
— В таком случае, может быть, перейдём к тому, что нам нужно друг от друга? — игриво спросила Герд. Грейвз поцеловал её прямо на улице, на глазах у редких не-магов.
Потом они аппарировали из переулка к дверям его дома. Герд поднялась по ступеням немного неловко, ухватилась за перила крыльца.
— Передумали? — вежливо осведомился Грейвз.
— Ни в коей мере, — ответила Герд. — Я очень хочу узнать вас поближе.
— Насколько близко? — спросил Грейвз, пропуская её в прихожую. Герд поторопилась снять пальто, не дождавшись, пока он ей поможет, потом спохватилась и позволила забрать его и повесить на вешалку.
— Насколько это возможно, Персиваль. Я ведь могу вас так называть?
— Можете, — разрешил Грейвз. Гертруда ему нравилась тем, что не питала иллюзий, не плела интриг и не притворялась, будто ей нужно от него что-то другое. — А зачем вам узнавать меня?
— Потому что вы поразили меня при первой встрече. Никогда такого человека не встречала.
Грейвз усмехнулся; она ничего не знала и не могла знать, но можно было назвать это женским чутьём.
— Предпочтёте выпить чаю или чего-нибудь покрепче, или сразу перейдём к делу? — спросил он.
Гертруда кокетливо улыбнулась и поцеловала его первая.
В постели они оказались довольно скоро. Гертруда показала себя горячей и своенравной женщиной и то и дело пыталась перехватить инициативу, но потом словно одёргивала себя. Её причёска растрепалась, и длинные светлые волосы рассыпались по подушке. Грейвз не был разочарован и старался не разочаровать её, хотя ему казалось, что Гертруда напряжена больше, чем могла бы быть.
— Всё хорошо? — спросил он в секундном перерыве между ласками.
— Немного… непривычно… — выдохнула Гертруда. — Но в целом да. Сделай вот так ещё!
Когда дело дошло до соития, ему показалось, будто Гертруда в самой настоящей панике. Он попытался успокоить её как мог, но всё её тело было напряжено, как струна, пока он медленно, стараясь не причинить боль, входил в неё.
— И зачем я это делаю? — сквозь зубы произнесла Гертруда. — Хотя нет, не принимай на свой счёт.
Грейвзу пришлось постараться, прежде чем она начала стонать от удовольствия, и он счёл, что всё же ему есть чем гордиться. Что бы ни довлело над его любовницей, мешая наслаждаться, он смог это победить.
В конце концов Гертруда начала командовать.
— Давай! — приказывала она. — Сильнее! Вот так! Ещё!
Грейвз держался, сцепив зубы. В полумраке спальни что-то грохнулось на пол и разбилось — ваза, которая стояла на камине. Однако же, Гертруда была настолько горяча, что в такие острые моменты не контролировала свою магию!
Она закричала, запрокинув голову; окно посыпалось осколками, а в спальню ворвался зимний воздух. Грейвз едва ли это заметил, сам переживая пик наслаждения, и через несколько мгновений повалился рядом с Гертрудой.
Они оба тяжело дышали, голые, взмокшие и обессиленные.
— В самом… деле… — проговорила Гертруда. — Совсем… не так.
— Не так, как было у тебя раньше? — спросил Грейвз, едва соображая. — Значит, я хорош?
— Не во всём, но хорош, — приходя в себя, ответила она. — Я разбила окно, прости. Это не нарочно.
— Можно поправить, — выдохнул Грейвз.
Гертруда поднялась, босыми ногами ступая, кажется, по осколкам.
— А вы? — Она быстро взглянула на него из-под вуали. — Что сводит людей вместе?
— Я ищу успокоения и способа забыться, — признался Грейвз. Эта женщина будет его любовью на одну ночь, потому можно рассказывать ей всё, что захочется.
Она пожала его руку.
— Тяжёлая работа?
— Ещё какая, — мрачно подтвердил Грейвз. — Вы не предположили несчастливый роман.
— Поверьте, по мужчине заметно, когда он женат на работе, — рассмеялась Герд. — Не в обиду вам будь сказано, конечно. Да и я тоже не ищу любви до гроба хотя бы потому, что её не существует.
Она вытащила из кармана пальто леденец, развернула и сунула в рот.
— А что же существует? — заинтересовался Грейвз.
— Страсть. Привязанность. Страх одиночества. Привычка. Симпатия, если уж на то пошло. Совместимость в постели и похожие предпочтения, на худой конец. Я знала пару, где верховодила всем она, а муж надевал ошейник и разыгрывал перед ней верную собаку — так что же, их обоих всё устраивало. Я бы тоже…
— Что? — дёрнулся Грейвз.
— Не любите, когда вами верховодят?
— Ни в коей мере, — отказался Грейвз.
— Значит, ошиблась, — серьёзно кивнула она. — Или вы сами пока не поняли, как прекрасно, когда кто-то другой берёт бразды правления в свои руки.
Грейвз содрогнулся так, что Герд заметила, сильнее сжала его руку, как будто спрашивая, что случилось.
— Не будем об этом, — холодно произнёс Грейвз. — Прошу вас.
— В таком случае, может быть, перейдём к тому, что нам нужно друг от друга? — игриво спросила Герд. Грейвз поцеловал её прямо на улице, на глазах у редких не-магов.
Потом они аппарировали из переулка к дверям его дома. Герд поднялась по ступеням немного неловко, ухватилась за перила крыльца.
— Передумали? — вежливо осведомился Грейвз.
— Ни в коей мере, — ответила Герд. — Я очень хочу узнать вас поближе.
— Насколько близко? — спросил Грейвз, пропуская её в прихожую. Герд поторопилась снять пальто, не дождавшись, пока он ей поможет, потом спохватилась и позволила забрать его и повесить на вешалку.
— Насколько это возможно, Персиваль. Я ведь могу вас так называть?
— Можете, — разрешил Грейвз. Гертруда ему нравилась тем, что не питала иллюзий, не плела интриг и не притворялась, будто ей нужно от него что-то другое. — А зачем вам узнавать меня?
— Потому что вы поразили меня при первой встрече. Никогда такого человека не встречала.
Грейвз усмехнулся; она ничего не знала и не могла знать, но можно было назвать это женским чутьём.
— Предпочтёте выпить чаю или чего-нибудь покрепче, или сразу перейдём к делу? — спросил он.
Гертруда кокетливо улыбнулась и поцеловала его первая.
В постели они оказались довольно скоро. Гертруда показала себя горячей и своенравной женщиной и то и дело пыталась перехватить инициативу, но потом словно одёргивала себя. Её причёска растрепалась, и длинные светлые волосы рассыпались по подушке. Грейвз не был разочарован и старался не разочаровать её, хотя ему казалось, что Гертруда напряжена больше, чем могла бы быть.
— Всё хорошо? — спросил он в секундном перерыве между ласками.
— Немного… непривычно… — выдохнула Гертруда. — Но в целом да. Сделай вот так ещё!
Когда дело дошло до соития, ему показалось, будто Гертруда в самой настоящей панике. Он попытался успокоить её как мог, но всё её тело было напряжено, как струна, пока он медленно, стараясь не причинить боль, входил в неё.
— И зачем я это делаю? — сквозь зубы произнесла Гертруда. — Хотя нет, не принимай на свой счёт.
Грейвзу пришлось постараться, прежде чем она начала стонать от удовольствия, и он счёл, что всё же ему есть чем гордиться. Что бы ни довлело над его любовницей, мешая наслаждаться, он смог это победить.
В конце концов Гертруда начала командовать.
— Давай! — приказывала она. — Сильнее! Вот так! Ещё!
Грейвз держался, сцепив зубы. В полумраке спальни что-то грохнулось на пол и разбилось — ваза, которая стояла на камине. Однако же, Гертруда была настолько горяча, что в такие острые моменты не контролировала свою магию!
Она закричала, запрокинув голову; окно посыпалось осколками, а в спальню ворвался зимний воздух. Грейвз едва ли это заметил, сам переживая пик наслаждения, и через несколько мгновений повалился рядом с Гертрудой.
Они оба тяжело дышали, голые, взмокшие и обессиленные.
— В самом… деле… — проговорила Гертруда. — Совсем… не так.
— Не так, как было у тебя раньше? — спросил Грейвз, едва соображая. — Значит, я хорош?
— Не во всём, но хорош, — приходя в себя, ответила она. — Я разбила окно, прости. Это не нарочно.
— Можно поправить, — выдохнул Грейвз.
Гертруда поднялась, босыми ногами ступая, кажется, по осколкам.
Страница 2 из 3
