Фандом: Тетрадь Смерти. К несчастью, Лайт родилась девочкой в тоталитарном мире, где у женщин нет шансов на нормальное образование и карьеру. Она рано лишилась отца и с тех пор была вынуждена носить чужую маску. Имя L в этом мире наводит ужас на обывателей. Будет ли их противостояние поединком гениев или всего лишь безрассудной игрой?
Добавить в моё избранное
165 мин, 17 сек 20206
Мацуда чуть не подпрыгнул. Он не ожидал такого резкого, угрожающего тона от тихого уравновешенного подростка.
— Я уже говорил вам, мои намерения чисты. После того дела серийного убийцы в квартале Красных Фонарей… Мне до сих пор трудно поверить, что вы раскрыли его самостоятельно, это было потрясающе! Ну… Когда я встретил вашу сестру, я не мог поверить, что…
— Вы говорите бессвязно, офицер.
— Ах, да, п-простите. Когда я встретил Саю, я сразу же влюбился. Как в книгах. Я знаю, она слишком юна, н-но я подожду. Уверен, что через четыре года я буду любить ее так же, как сейчас. Пожалуйста, позвольте мне продолжать встречаться с ней.
Он выглядел жалким, но у Лайт не было повода дать ему от ворот поворот. Никаких логичных причин, как бы это ни ранило ее самолюбие.
— Если ты ее обесчестишь, я убью тебя, — сказала Лайт. Мацуда побледнел от угрозы, но улыбнулся и энергично кивнул.
— Спасибо! Вы не пожалеете, что…
Его прервала мелодия телефонного звонка. Мацуда неуклюже хлопал руками по униформе, пока не обнаружил мобильник в кармане брюк. Идиот даже не попытался скрыть служебный разговор. Лайт уже несколько лет помогала в расследованиях преступлений. Тщетная попытка улучшить этот ужасный мир и изменить отношение к силам правопорядка, достойным лишь насмешек. Несмотря на это, ей не полагалось знать о «преступности». В этом совершенном мире, согласно властям Олигархии, преступность не существовала. Граждане могли быть ограблены, изнасилованы или убиты в любой момент, но их вынуждали скрывать страх.
— Ч-что? Еще одно тело? Плохо… Да, я буду через десять минут. Да. До встречи, шеф, — Мацуда закончил разговор и вздохнул. — Лайт, скорей бы вы закончили школу! Тогда вы могли бы помогать нам официально. Уверен, с вашим умом вы бы вычислили этого серийного убийцу за один день. Но я должен идти, пока шеф меня не хватился. До свидания!
В мгновение ока он был уже за дверью. Конечно, этот идиот оставил свой портфель. В который раз. Теперь Мацуда только на станции метро сообразит, что кое-что забыл.
У Лайт перехватило дыхание при виде безобидного кожаного портфеля, лежащего рядом с ее рюкзаком.
Тетрадь Смерти и досье преступников — заряженный пистолет в руках. Но хватит ли у нее решимости спустить курок?
Через полчаса Мацуда многословно извинялся, стоя у двери. Лайт вручила ему портфель с улыбкой… Не натянутой от скрываемого презрения, но острой, как лезвие.
Говорят, изменения происходят медленно.
Сорок секунд. Лицо и имя. Маленькая черная тетрадь.
— Безопасного пути, офицер, — сказала Лайт.
Дверь закрылась с мягким щелчком.
Пришло время очистить этот прогнивший мир.
Комментарии переводчика:
… primrose — первоцвет, примула. В этой фразе мне видится отсылка к «Голодным играм». В оригинале полное имя Прим (сестры Китнисс) — Primrose.
Сомневалась, как переводить диалоги Лайт и Мацуды — на «вы» или на«ты». По заискивающему тону Мацуды и промелькнувшему в оригинале обращению «sir» выбрала первый вариант. Бедный Мацуда!
«Что происходит?»
Лайт зловеще усмехнулась, когда женский крик раздался в прямом эфире радиостанции. Имя диктора, ежедневно выливавшего поток пропаганды по радио, не было первым в маленькой черной тетради. Но он был первым человеком, чья смерть случилась перед лицом широкой общественности. Более сотни имен смотрели со смертельных страниц. Руки тряслись. В начале списка были три члена правительства Олигархии. То, что они сделали с миром — преступление. Она записала бы всех восьмерых олигархов, но остальные не показывали лиц или скрывали имена. Ей были известны, по крайней мере, еще две фамилии, но этого было недостаточно.
Ручка скрипела от сильного нажима. Лайт убьет их всех. Каждого из них. Даже если придется выкурить их из нор, как крыс. А пока она решила записать имена преступников из документов Мацуды, кого запомнила, в так же несколько мошенников, чьи дела помогала расследовать. Они легко могли избежать смертной казни, как это часто происходило из-за коррупции.
Только со смертью диктора, чей голос звучал по радио, чье лицо показывали по телевидению, кто постоянно был на виду, Лайт убедилась, что Тетрадь Смерти действует. Все, чьи имена были записаны, умерли. Мертвы. Мертвы. Мертвы. Абсолютно мертвы. Мертвей не бывает. Прицелиться, спустить курок и… Пистолет дымится в руках.
ЩЁЛК!
Она замерла. Ручка сломалась пополам, забрызгав чернилами ладонь. Лайт широко улыбнулась, странно хихикнула и затем залилась диким смехом. Она закрыла рот рукавом, пытаясь заглушить сумасшедший хохот. Слезы полились из глаз и начали душить ее. Настоящее безумие! Смех перешел в судорожные всхлипывания и безудержные рыдания. Лайт не знала, по какой причине плачет. Что это? Страх? Вина? Облегчение?
— Я уже говорил вам, мои намерения чисты. После того дела серийного убийцы в квартале Красных Фонарей… Мне до сих пор трудно поверить, что вы раскрыли его самостоятельно, это было потрясающе! Ну… Когда я встретил вашу сестру, я не мог поверить, что…
— Вы говорите бессвязно, офицер.
— Ах, да, п-простите. Когда я встретил Саю, я сразу же влюбился. Как в книгах. Я знаю, она слишком юна, н-но я подожду. Уверен, что через четыре года я буду любить ее так же, как сейчас. Пожалуйста, позвольте мне продолжать встречаться с ней.
Он выглядел жалким, но у Лайт не было повода дать ему от ворот поворот. Никаких логичных причин, как бы это ни ранило ее самолюбие.
— Если ты ее обесчестишь, я убью тебя, — сказала Лайт. Мацуда побледнел от угрозы, но улыбнулся и энергично кивнул.
— Спасибо! Вы не пожалеете, что…
Его прервала мелодия телефонного звонка. Мацуда неуклюже хлопал руками по униформе, пока не обнаружил мобильник в кармане брюк. Идиот даже не попытался скрыть служебный разговор. Лайт уже несколько лет помогала в расследованиях преступлений. Тщетная попытка улучшить этот ужасный мир и изменить отношение к силам правопорядка, достойным лишь насмешек. Несмотря на это, ей не полагалось знать о «преступности». В этом совершенном мире, согласно властям Олигархии, преступность не существовала. Граждане могли быть ограблены, изнасилованы или убиты в любой момент, но их вынуждали скрывать страх.
— Ч-что? Еще одно тело? Плохо… Да, я буду через десять минут. Да. До встречи, шеф, — Мацуда закончил разговор и вздохнул. — Лайт, скорей бы вы закончили школу! Тогда вы могли бы помогать нам официально. Уверен, с вашим умом вы бы вычислили этого серийного убийцу за один день. Но я должен идти, пока шеф меня не хватился. До свидания!
В мгновение ока он был уже за дверью. Конечно, этот идиот оставил свой портфель. В который раз. Теперь Мацуда только на станции метро сообразит, что кое-что забыл.
У Лайт перехватило дыхание при виде безобидного кожаного портфеля, лежащего рядом с ее рюкзаком.
Тетрадь Смерти и досье преступников — заряженный пистолет в руках. Но хватит ли у нее решимости спустить курок?
Через полчаса Мацуда многословно извинялся, стоя у двери. Лайт вручила ему портфель с улыбкой… Не натянутой от скрываемого презрения, но острой, как лезвие.
Говорят, изменения происходят медленно.
Сорок секунд. Лицо и имя. Маленькая черная тетрадь.
— Безопасного пути, офицер, — сказала Лайт.
Дверь закрылась с мягким щелчком.
Пришло время очистить этот прогнивший мир.
Комментарии переводчика:
… primrose — первоцвет, примула. В этой фразе мне видится отсылка к «Голодным играм». В оригинале полное имя Прим (сестры Китнисс) — Primrose.
Сомневалась, как переводить диалоги Лайт и Мацуды — на «вы» или на«ты». По заискивающему тону Мацуды и промелькнувшему в оригинале обращению «sir» выбрала первый вариант. Бедный Мацуда!
«Что происходит?»
Лайт зловеще усмехнулась, когда женский крик раздался в прямом эфире радиостанции. Имя диктора, ежедневно выливавшего поток пропаганды по радио, не было первым в маленькой черной тетради. Но он был первым человеком, чья смерть случилась перед лицом широкой общественности. Более сотни имен смотрели со смертельных страниц. Руки тряслись. В начале списка были три члена правительства Олигархии. То, что они сделали с миром — преступление. Она записала бы всех восьмерых олигархов, но остальные не показывали лиц или скрывали имена. Ей были известны, по крайней мере, еще две фамилии, но этого было недостаточно.
Ручка скрипела от сильного нажима. Лайт убьет их всех. Каждого из них. Даже если придется выкурить их из нор, как крыс. А пока она решила записать имена преступников из документов Мацуды, кого запомнила, в так же несколько мошенников, чьи дела помогала расследовать. Они легко могли избежать смертной казни, как это часто происходило из-за коррупции.
Только со смертью диктора, чей голос звучал по радио, чье лицо показывали по телевидению, кто постоянно был на виду, Лайт убедилась, что Тетрадь Смерти действует. Все, чьи имена были записаны, умерли. Мертвы. Мертвы. Мертвы. Абсолютно мертвы. Мертвей не бывает. Прицелиться, спустить курок и… Пистолет дымится в руках.
ЩЁЛК!
Она замерла. Ручка сломалась пополам, забрызгав чернилами ладонь. Лайт широко улыбнулась, странно хихикнула и затем залилась диким смехом. Она закрыла рот рукавом, пытаясь заглушить сумасшедший хохот. Слезы полились из глаз и начали душить ее. Настоящее безумие! Смех перешел в судорожные всхлипывания и безудержные рыдания. Лайт не знала, по какой причине плачет. Что это? Страх? Вина? Облегчение?
Страница 3 из 48
