Фандом: Отблески Этерны. Его величество Альдо Первый захватил власть в Талиге. Айнсмеллер — его правая рука.
Добавить в моё избранное
12 мин, 48 сек 17314
— Это просто соглядатай. Айнсмеллер не прислал бы одного, если бы опасался, что Вальдес сбежит.
Вальдес сощурился.
— Что же, он нам не помешает. Оружие у всех в порядке?
Олаф и Руперт получили шпаги и пистолеты из богатого арсенала Вальдеса. Луиджи и Берто вооружились более привычными для себя абордажными саблями.
— Тогда выходим!
Олаф делает Вальдесу знак подождать — не стоит поднимать шум. Сжимая рукоятку кинжала, открывает калитку — часовой замирает от неожиданности, видя высокого светлоглазого незнакомца прямо перед собой… Удар кинжалом в шею — и противник падает без звука.
— Скорее! Олаф!
— Не спешите, лучше обойтись без сумасшедшей скачки по городу.
Если повезет, они выскользнут незамеченными, если же нет, придется отбиваться. Кальдмееру с опозданием пришла мысль, что стоило разделиться — группа, тайно выезжающая из города наверняка вызовет подозрение. А впрочем, впереди застава — так или иначе тихо-мирно не получится. Да и местности они с Рупертом совсем не знают.
… На разъезд нарвались внезапно — солдаты во главе с ординаром вынырнули прямо перед носом. Пришлось буквально пробиваться сквозь строй. Вальдес, выхватив и рапиру и кинжал, шенкелями послал лошадь вперед, двое вояк по обе стороны от него свалилсь на землю. Олаф краем глаза следил за Рупертом, но адъютант в присмотре не нуждался — помня приказ, сломя голову помчался за Ротгером. Джильди пропустил Берто вперед, поднял лошадь на дыбы, прикрывая Олафа, крутанулся в седле, выхватил саблю — одним ударом выбил одного не в меру ретивого солдата, другого… Глаза капитана сверкали — мстит за Алву? Хотя бы так…
— Луиджи, не отставайте! Кошки с ними!
— Поднимут тревогу…
— Тревога будет так или иначе, всех не перебьете. Вперед!
Они неслись уже полчаса, когда Кальдмеер натянул поводья.
— Вальдес, надо бы сбавить скорость. Вы как?
Ротгер оглянулся. Луна поднималась все выше, ее свет отражался в черных, лихорадочно блестящих глазах.
— Отдохнем пару часов. Лошадей придется оставить. Возможно, они не догадаются, что мы уйдем морем и пошлют конные отряды.
Под горой с наветренной стороны было тихо, правда очень холодно — возбуждение от скачки улеглось, ночная сырость вызвала озноб. Берто и Луиджи дрожали, и в конце концов забрались под один плащ вдвоем. Руперту как северянину, было легче. Сам Олаф в молодости холода вообще не замечал, там где он родился, жары не знали. Сейчас он с удивлением отметил, что почти не мерзнет и даже не очень утомлен.
— Господин вице-адмирал, позвольте я проверю ваше плечо, — послышался голос Руппи. Вальдес что-то ответил, очень тихо. Устал? Олаф с тревогой вгляделся в его лицо. Руперт неслышно растворился в темноте, оставив их вдвоем.
— Кальдмеер, вы уже решили, что будете делать дальше? — Вальдес задумчиво поигрывал изумрудом. А ведь ему наверняка тоже холодно.
— Надо сначала выбраться отсюда. Айнсмеллер обязательно пошлет погоню.
— Выберемся. И вы уже давно не пленник. Не поверю, что у вас нет никаких планов на будущее.
— Нам с Руппи следует вернуться на родину, — ровно ответил Олаф.
— Вы хоть представляете, что вас там ждет? Не Фельсенбурга, а именно вас?!
— Представляю. Ротгер, сейчас не время для этих разговоров, вам нужно отдохнуть.
Вальдес устало привалился к большому камню, ночной холод стер с его лица остатки румянца… Сам себе удивляясь, Олаф снял свой плащ, укутал Ротгера — тот почти неслышно прошептал «благодарю» и закрыл глаза.
Они были уже почти у цели, когда сзади загрохотали выстрелы — вспышки прорезали ночную тьму.
— Берто, Руперт, Луиджи, скорее! Постарайтесь поставить паруса. Огней не зажигать!
— Ротгер, осторожнее! Они знают, что мы где-то здесь.
— Ничего, нас не заметят…
Вальдес в темноте видит как кошка, а Кальдмеер нет, поэтому свои пистолеты он отдает. Снова выстрелы — гораздо ближе. Бешеный, ругаясь, почти швыряет Олафа за себя, стреляет с двух рук, выдавая этим их местонахождение. Опускается на колено, железной рукой пригибает Олафа к земле… Выстрелы с той стороны, пауза… Ротгер, пользуясь этим, стреляет из оставшихся пистолетов, щурится во мрак… Наступает тишина.
— Отчаливаем…
— Я могу стать за штурвал, — Салина был уже рядом с ними. Вальдес, слегка покачнувшись, поднялся на ноги.
— Лучше я сам, Берто, здесь очень сложный фарватер. К тому же придется идти в полной темноте — велик шанс что нас не заметят. Молчите!
— Мы оторвались! — шепотом воскликнул Салина. — Они потеряли нас, это точно! Вон, видите?
— Действительно! Браво, Ротгер!
Огни сторожевых фрегатов беспорядочно мигали далеко позади. В полной тьме фелука беззвучно скользила по волнам, и Олаф подумал, что у них ни за что не получилось бы без помощи… кого?
Вальдес сощурился.
— Что же, он нам не помешает. Оружие у всех в порядке?
Олаф и Руперт получили шпаги и пистолеты из богатого арсенала Вальдеса. Луиджи и Берто вооружились более привычными для себя абордажными саблями.
— Тогда выходим!
Олаф делает Вальдесу знак подождать — не стоит поднимать шум. Сжимая рукоятку кинжала, открывает калитку — часовой замирает от неожиданности, видя высокого светлоглазого незнакомца прямо перед собой… Удар кинжалом в шею — и противник падает без звука.
— Скорее! Олаф!
— Не спешите, лучше обойтись без сумасшедшей скачки по городу.
Если повезет, они выскользнут незамеченными, если же нет, придется отбиваться. Кальдмееру с опозданием пришла мысль, что стоило разделиться — группа, тайно выезжающая из города наверняка вызовет подозрение. А впрочем, впереди застава — так или иначе тихо-мирно не получится. Да и местности они с Рупертом совсем не знают.
… На разъезд нарвались внезапно — солдаты во главе с ординаром вынырнули прямо перед носом. Пришлось буквально пробиваться сквозь строй. Вальдес, выхватив и рапиру и кинжал, шенкелями послал лошадь вперед, двое вояк по обе стороны от него свалилсь на землю. Олаф краем глаза следил за Рупертом, но адъютант в присмотре не нуждался — помня приказ, сломя голову помчался за Ротгером. Джильди пропустил Берто вперед, поднял лошадь на дыбы, прикрывая Олафа, крутанулся в седле, выхватил саблю — одним ударом выбил одного не в меру ретивого солдата, другого… Глаза капитана сверкали — мстит за Алву? Хотя бы так…
— Луиджи, не отставайте! Кошки с ними!
— Поднимут тревогу…
— Тревога будет так или иначе, всех не перебьете. Вперед!
Они неслись уже полчаса, когда Кальдмеер натянул поводья.
— Вальдес, надо бы сбавить скорость. Вы как?
Ротгер оглянулся. Луна поднималась все выше, ее свет отражался в черных, лихорадочно блестящих глазах.
— Отдохнем пару часов. Лошадей придется оставить. Возможно, они не догадаются, что мы уйдем морем и пошлют конные отряды.
Под горой с наветренной стороны было тихо, правда очень холодно — возбуждение от скачки улеглось, ночная сырость вызвала озноб. Берто и Луиджи дрожали, и в конце концов забрались под один плащ вдвоем. Руперту как северянину, было легче. Сам Олаф в молодости холода вообще не замечал, там где он родился, жары не знали. Сейчас он с удивлением отметил, что почти не мерзнет и даже не очень утомлен.
— Господин вице-адмирал, позвольте я проверю ваше плечо, — послышался голос Руппи. Вальдес что-то ответил, очень тихо. Устал? Олаф с тревогой вгляделся в его лицо. Руперт неслышно растворился в темноте, оставив их вдвоем.
— Кальдмеер, вы уже решили, что будете делать дальше? — Вальдес задумчиво поигрывал изумрудом. А ведь ему наверняка тоже холодно.
— Надо сначала выбраться отсюда. Айнсмеллер обязательно пошлет погоню.
— Выберемся. И вы уже давно не пленник. Не поверю, что у вас нет никаких планов на будущее.
— Нам с Руппи следует вернуться на родину, — ровно ответил Олаф.
— Вы хоть представляете, что вас там ждет? Не Фельсенбурга, а именно вас?!
— Представляю. Ротгер, сейчас не время для этих разговоров, вам нужно отдохнуть.
Вальдес устало привалился к большому камню, ночной холод стер с его лица остатки румянца… Сам себе удивляясь, Олаф снял свой плащ, укутал Ротгера — тот почти неслышно прошептал «благодарю» и закрыл глаза.
Они были уже почти у цели, когда сзади загрохотали выстрелы — вспышки прорезали ночную тьму.
— Берто, Руперт, Луиджи, скорее! Постарайтесь поставить паруса. Огней не зажигать!
— Ротгер, осторожнее! Они знают, что мы где-то здесь.
— Ничего, нас не заметят…
Вальдес в темноте видит как кошка, а Кальдмеер нет, поэтому свои пистолеты он отдает. Снова выстрелы — гораздо ближе. Бешеный, ругаясь, почти швыряет Олафа за себя, стреляет с двух рук, выдавая этим их местонахождение. Опускается на колено, железной рукой пригибает Олафа к земле… Выстрелы с той стороны, пауза… Ротгер, пользуясь этим, стреляет из оставшихся пистолетов, щурится во мрак… Наступает тишина.
— Отчаливаем…
— Я могу стать за штурвал, — Салина был уже рядом с ними. Вальдес, слегка покачнувшись, поднялся на ноги.
— Лучше я сам, Берто, здесь очень сложный фарватер. К тому же придется идти в полной темноте — велик шанс что нас не заметят. Молчите!
— Мы оторвались! — шепотом воскликнул Салина. — Они потеряли нас, это точно! Вон, видите?
— Действительно! Браво, Ротгер!
Огни сторожевых фрегатов беспорядочно мигали далеко позади. В полной тьме фелука беззвучно скользила по волнам, и Олаф подумал, что у них ни за что не получилось бы без помощи… кого?
Страница 3 из 4
