Индивидуалист. Четвёртый курс

Чарли помогал, объясняя то, что у меня не получалось, и учил всему, что могло пригодиться при работе с драконами… Я чувствовал себя совершенно взрослым.

В очередном письме Теодору я рассказывал о моём драконе, и тот попросил прислать хотя бы колдофото, раз уж увидеть своими глазами нельзя. А я подумал, так ли уж прямо «нельзя».

— Чарли, я знаю, что посторонних тут не жалуют, но… А нельзя…

— Нотта хочешь в гости позвать? — сразу понял брат и задумался. — Не знаю, Рон. Именно что запрета такого нет, но посторонних у нас действительно не жалуют. Я спрошу, ладно?

Я радостно кивнул. Если Чарли разрешат… Ух!

Пару дней Чарли молчал, а я не напоминал о своей просьбе, положительно ответа на которую не очень-то и ждал, а в среду он пришёл домой с радостной новостью:

— Зови Нотта! В этот уикенд никого из начальства на территории не будет, так что выходные в вашем распоряжении.

На шею брату я не бросился только потому, что в руках у меня были овощи, из которых я готовил салат.

— Круто! Спасибо, Чарли! Ты лучший брат в мире! — завопил я, едва ли не подпрыгивая.

Есть я моментально расхотел, и вместо ужина побежал писать Теодору приглашение.

Мерлин, как же мне повезло с братом!

Глава 2

Как и в Румынском питомнике, на территории заповедника аппарировать было нельзя. Оказалось, что драконы чувствительны к этому виду магических завихрений… То ли на их настроение плохо влияет, то ли на самочувствие… Я не очень понял объяснения, но к сведению их принял. Драконологи от этого были, конечно, не в восторге, всё же территории для нужд драконов выделялись не малые, иногда за световой день приходилось наматывать с десяток миль. Впрочем, это мне приходилось, как раз чтобы драконологи не перетруждались, нося бумажки.

Как бы то ни было, попасть в заповедник можно было только через камины: административный — для сотрудников и важных гостей, и «гостевой», который располагался не так уж далеко от жилья, зато позволял своевременно среагировать на вторжение незваных визитёров и защитить секреты от случайных лиц, в числе которых были даже поставщики мяса. Стоял он прямо посреди равнины, под навесом, и был по-настоящему огромным.

— Привет, Рон! — радостно улыбнулся Теодор, выходя из огня, и застыл, широко открытыми глазами обводя всё великолепие пейзажа. — Вау!

— Ага, — гордо улыбнулся я, радуясь, что он оценил вид, от которого я до сих пор был без ума. — Круто, да?

— Не то слово! — даже не повернувшись ко мне, кивнул Теодор.

Пару минут я стоял молча, давая другу возможность насладиться зрелищем, но когда уже решил его позвать, он сам обернулся — с восторженными глазами и широкой улыбкой на лице.

— Показывай всё!

По дороге к дому мы болтали о всякой ерунде, но нам обоим не терпелось поскорее забросить вещи Нотта и навестить дракона. Как я узнал, в этот уикенд в Уэльсе проходила конференция, на которой должны были обсуждаться международные стандарты условий содержания драконов, так что в заповеднике осталось минимум персонала — все, кто мог, отправились в Уэльс. Мне даже не пришлось просить выходной, чтобы провести его с другом, работы сегодня было немного, и я рассчитывал часть из неё сделать прямо с Теодором. Например, покормить Чами.

Нотт вертел головой с искренним интересом, а я как заправский гид рассказывал, что и где находится.

— А драконы-то где? — наконец спросил он.

— У себя, — усмехнулся я. — Взрослых драконов нам Чарли завтра покажет, к ним нельзя соваться так запросто. А с Чами я тебя познакомлю прямо сейчас — только за едой для него зайдём.

Напомнив Нотту технику безопасности, я повёл его к вольеру с моим драконом. Я и вправду считал Чами своим, не питомцем, разумеется, но… воспитанником, что ли? Дракон демонстрировал характер всем, кроме меня. Он уже научился плеваться огнём, пусть пока и недалеко, и каждого, посмевшего его побеспокоить, одаривал обжигающими плевками. Моё же присутствие Чами, казалось, не раздражает. В вольер на прошлой неделе мне посоветовали больше не соваться без острой необходимости, но не запретили, веря в мою разумность и осторожность. Я и не совался, но сегодня решил покрасоваться перед другом и, возможно, в последний раз приблизиться к дракону без предварительной подготовки, включающей в себя кучу огнезащитных чар и зелий.

— Привет, Чами! — поприветствовал я дракона, останавливаясь перед оградой. — Время обедать!

Дракон повернулся и уставился на Теодора, выпустив из носа предупреждающий дым.

— Не делай резких движений, — посоветовал я, входя в вольер. — Чами, это мой друг, не плюйся в него, пожалуйста.

— Он такой… — полузадушенно протянул Нотт с неподдельным восхищением. — Мерлин! Рон, он вправду красавец!

Мои губы против воли растянулись в улыбке, мне было очень приятно, что друг понял меня.