Наугад

Посмотрев на него некоторое время, Риган признался:

— Немного.

Отойдя к шкафам, Лон-Гор вытащил всё необходимое, потом принёс воды запивать таблетки.

— Почему вы меня не спрашиваете… о другом? — не выдержал наконец Риган. Глаза его лихорадочно блестели. — Я же предатель.

— Я не могу вас судить, — спокойно ответил Лон-Гор, не показывая, что его пробрала дрожь. — Не имею права осуждать ваш выбор, понимаете? Это неважно, что вы сделали. Сейчас у вас развивается психоз, и его нужно купировать, это всё, что меня волнует. Пейте таблетку и давайте левую руку.

— Спать хочется, — пробормотал Риган после необходимых процедур. Уколов он, как выяснилось, не боялся. — Как там… — начал он и осёкся.

— Всё хорошо, — ответил Лон-Гор, поняв вопрос. — Не переживайте, ваше предательство на самом деле никому не повредило.

Риган глубоко вздохнул, как будто сбросил с плеч тяжёлый груз.

— И что мне теперь делать? — спросил он. Хороший вопрос, и как отвечать на него человеку, который предпочёл рабство свободе?

— Что хотите, — равнодушно ответил Лон-Гор, внимательно следя за реакцией.

— Как это — что…

Глядя на него с недоумением, Риган попытался сползти с кресла, но замер на середине движения.

— А вот так, — пояснил Лон-Гор. — Вечно от этого бегать не выйдет, Риган. Гипноз под запретом. Вы хотели не думать и не распоряжаться собой — не получится. Вот и выкручивайтесь.

— Но Ар-Лой, — заикнулся Риган. — С ним-то как? Я вернулся, чтобы служить ему…

— Так служите, кто мешает? Тащу я вас отсюда, что ли? — с наслаждением сказал Лон-Гор. — Хотите служить — договаривайтесь.

Глаза у Ригана стали размером с блюдца.

— К-как это — договариваться? — спросил он. — Вместо гипноза — честное слово?

— А что вас не устраивает? — удивился Лон-Гор. — Обстоятельства, максимально приближённые к прежним.

С трудом Риган перевёл дух.

— По-другому всё равно не получится, — добивал Лон-Гор.

— Но вы же только что…

— Это я, мне можно. А вот лейтенанту — нет.

Ошарашенный Риган только таращился на него, доверчиво и испуганно. Слабый, запутавшийся человек, которому нужна была помощь.

— С Ар-Лоем я поговорю, — добавил Лон-Гор. — Вам — вот эти таблетки утром и вечером до еды. Возможна сонливость, но иначе не выйдет.

Он отдал блистер Ригану. Хорошо, что вышел какой-никакой диалог. Риган мог вообще замкнуться и не идти на контакт.

— Ну, если вам больше ничего не кажется ненастоящим, ступайте и позовите ко мне Ар-Лоя, — попросил Лон-Гор.

— Слушаюсь, го… мой полковник, — пробормотал Риган и выскочил за дверь, как ошпаренный.

Ар-Лой явился сразу, и лёгкая усмешка пропала с его лица, едва только он наткнулся на взгляд Лон-Гора.

— Так значит, вы считаете себя избранным, а арзаков — существами неполноценными, не способными позаботиться о себе? — с ходу начал Лон-Гор, даже не предложив лейтенанту присесть. Тому пришлось стоять перед ним, вытянувшись, словно в строю.

— Так точно, мой полковник, — ответил Ар-Лой, видимо, нутром почуяв, что спорить себе дороже, а отвечать надо по уставу.

— Хорошо, но почему же вы сами в таком случае не заботитесь о своём технике? — вкрадчиво спросил Лон-Гор. — Риган ходит голодный, больной, на грани психоза, а вы? Что вы делаете в это время? Вы вообще на него смотрели? Вы что, не можете сообразить, когда человеку плохо?

— Я… — начал Ар-Лой.

— Молчать, — не повышая голоса, приказал Лон-Гор. — Отвечать будете, когда я разрешу. Итак, вы пренебрегаете своими обязанностями, не видите ничего дальше своего носа. Я смотрю, осознание собственной важности ударило вам в голову? Ещё один орден захотелось? Пока что обойдётесь выговором с занесением в личное дело, вам ясно?

— Так точно, мой полковник, — побелев от злости, процедил Ар-Лой. Лон-Гор сделал паузу, нарочито вздохнул и понял, что можно сменить тактику.

— Что с вами делать, лейтенант? — спросил он. — Садитесь же, не стойте столбом.

Ар-Лой, который было настроился на то, что разговор окончен, присел на край стула и сложил руки на коленях.

— Я понимаю, диагностировать психоз вы бы не смогли, — заговорил Лон-Гор уже другим тоном, таким, чтобы Ар-Лой услышал в его словах не гнев, а усталость и желание помочь. Чтобы не остался врагом. — Но повнимательнее к Ригану присмотреться кто мешал? Он ради вас предал свой народ, ради вас одного, понимаете? Не ради идей Гван-Ло, а только ради вас. А вы на него даже не взглянули повнимательнее. Вы хотя бы представляете, каких сил ему стоил побег к вам?

Ар-Лой молчал, глядя в сторону, уголок губ едва заметно подрагивал.

— Гипноз под запретом, и я согласен с генералом насчёт этого, — продолжал Лон-Гор. — Но Риган так и не смог приспособиться к новым условиям.