Наугад

— Несколько дней я провёл в нём, а потом мне на помощь пришла могущественная… дама. Сейчас, насколько я знаю, она опять посетила нашу страну.

— Зачем? — не удержался Баан-Ну, полагая, что упомянутая дама — особа знатного происхождения.

Взгляд лисьего короля стал нехорошим.

— А как ты думаешь, пришелец? — спросил он. — Энни, как и её сестра, является тогда, когда нашей стране грозит опасность.

— Это мы, что ли, опасность?! — возмутился генерал. Тонконюх смачно выплюнул на блюдо косточку плода и снова посмотрел очень внимательно.

— А что, нет, что ли? — спросил он. — Я политик, видишь ли. Когда на голову одному народу сваливаются представители ранее неведомого, это с большой долей вероятности значит только одно.

— Почему ты не думаешь, что мы явились с мирными целями? — не сдавался Баан-Ну. Конечно, это было совсем не так, но нельзя же было так просто согласиться.

— Потому что власть устроена везде одинаково, — ответил король. — И на вашей планете вряд ли иначе. Когда приходят с миром, устанавливают контакт, отправляют посольство и всячески заявляют о себе. На всякий случай: вдруг местные жители только кажутся беззащитными простачками?

С запозданием Баан-Ну понял, что разговоры с царственными особами никогда не бывают простыми. Сейчас король то ли предупреждал, то ли угрожал. Вспоминая происходившее, генерал всё больше убеждался, что они вообще не задумывались о том, как их поступки выглядят со стороны. И это менвиты, которые ни дня не могут прожить без того, чтобы не полюбоваться собой!

— Да и у вас вроде не всё гладко… — многозначительно добавил Тонконюх. Баан-Ну что-то промычал в ответ, чтобы не увязнуть в хитросплетениях придворной беседы, и занялся едой.

— А скажи, в вашем племени все такие же рыжие, как ты? — спросил вдруг Тонконюх.

— Нет, что ты, — засмеялся Баан-Ну. — Рыжие у нас очень редки, всё больше блондинов и русых, так что я в какой-то мере уникум. А у вас лисы рыжие и черно-бурые?

— Да, и много-много лет назад это были два народа, — охотно объяснил Тонконюх. — Два народа, которые враждовали друг с другом не на жизнь, а на смерть. А потом, чтобы избежать взаимного истребления, рыжие и чёрно-бурые лисы заключили династический брак. С тех пор браки королей заключаются только между лисами разного цвета, остальные по мере желания подражают им, а война прекратилась насовсем. Понимаешь, о чём я, пришелец?

Генерал задумался, что именно известно королю и намекает ли он сейчас на что-нибудь, или в его словах нет скрытого смысла.

— Но ведь если два народа будут смешиваться много поколений, то однажды разница между ними сотрётся и это будет один народ? — спросил он. — А как же разный язык и культура, как же прежние достижения?

— А они никуда и не делись, — заметил Тонконюх. — Летописи ведутся, предания заучиваются, а язык у нас был один, тут ничего сказать не могу. Но ты совершенно прав: это не дело, когда один народ теряет себя.

С подозрением Баан-Ну посмотрел на него. Король задумчиво надкусывал следующий плод и смотрел в сторону, как будто не сказал ничего особенного.

— Ты уверен? — спросил он. Тонконюх едва не поперхнулся:

— А как иначе? Представь, что ты забыл свой язык, свою историю…

— Ну уж нет! — возмутился Баан-Ну. — Ты бы знал, какие у нас героические баллады! А оды победителям! А саги о славных сражениях и победах, дошедшие с древних времён! Но с другой стороны, ведь сами люди необратимо изменятся…

— Всё меняется, даже у нас, — заметил Тонконюх. — А что-то остаётся неизменным.

— Ты прав, — сказал Баан-Ну, поразмыслив. — У меня есть один подчинённый — в нём четверть крови другого народа, но ценю я его не за то, что он внешне не отличается от нас, а за исполнительность и постоянное стремление к идеалу.

— Ну вот, — кивнул король. — Понимаешь же. Выпей вот этого сока, готов поспорить, ты такого не пробовал.

— Так как же, по-твоему, устроена власть? — спросил Баан-Ну, когда они, по беллиорскому обычаю, стукнули свои кубки друг о друга и отпили из них. Ему было интересно. Король как-то держит в узде своих подданных, может, поделится секретами?

— Система власти проста: на вершине находится первое лисо государства, в данном случае — моё лисичество. У него есть несколько помощников, через которых оно передаёт свои указания и от которых получает основные сведения о происходящем в государстве. У меня это мои советники и, конечно, драгоценная супруга, королева Быстроногая. Указы исполняются подданными, которые, в свою очередь, занимаются повседневными обязанностями.

— Но если эта стройная схема нарушается? — спросил Баан-Ну. — Что делать, если твои подданные отказываются тебе подчиняться?

— У меня такого не бывало, — без хвастовства сказал король. — А если твои подданные бегут на тебя, щёлкая зубами и грозясь оторвать хвост, думай, что сделал не так.