Околоквиддич

— Они не родились с этим, ¬— буркнул Фалькон.

— Да ну и что.

Пако всегда говорил правду. Фалькону это нравилось, но иногда и раздражало.

— А она тебе нравится хоть? Аделина? — Пако смеялся.

Финист спрятал усмешку.

— Шутишь. А она разве может не нравиться? Ты ее видел?

— Видел, — беспечно ответил Пако, — и — кроме шуток — мне она не нравится.

— А мне, может, нравится, — ответил Финист, — но жениться на ней я все равно не хочу.

— А чего ты хочешь, Фалькон?

— Путешествовать. Быть свободным, — и Финист печально смотрит в небо, которое кажется ему таким чужим.

Пако тоже анимаг.

— ¬Скажи, зачем ты это сделал? Стал анимагом? — однажды спросил Финист.

Пако нахмурился.

— Захотелось, — отмахнулся он.

— Сколько ты учился? — задал еще один вопрос Финист, заметив, однако, что Пако нахмурился еще сильнее.

Уизли молчал.

— Послушай, — Финист неловко улыбнулся. — Я все рассказываю, рассказываю, рассказываю тебе о своей жизни. Но я ничего не знаю о тебе. Расскажи хоть, как ты стал анимагом.

— Хорошо, — кивнул Пако. — Правда, это не слишком интересная история.

— ¬Уизли, вы не сдали, — МакГонагалл скрестила руки на груди. — Двадцать пять баллов. Проходной — тридцать. Сожалею, но нет. Не в этот раз.

Пако стоял посреди кабинета. Мантия была разорвана, щеки горели. С него градом лился пот — вперемешку с грязью. Двадцать человек смотрели на него с сочувствием, а кто и с завистью. Вот Магда Флитвик, она работает в магазине на углу Косого переулка. Не может сдать с четвертого раза, бедняга. Какая-то тетка из Индии — в разноцветном сари вместо мантии. Как там ее зовут? Авани? Аванти? В любом случае, она не так плоха — в прошлый раз набрала двадцать восемь, и это успех. Пако не сдал во второй раз. Он знал, что комиссия — еще четыре древних, как мир, мага, уже готовы выдать ему лицензию и отпустить с миром. Но не МакГонагалл, конечно, не МакГонагалл.

— Почему? — он выдохнул. Голос был хриплым. — Почему?

— Потому что вы не справились с заданием по блокировке сознания. И за это потеряли пять баллов, Уизли, — просто ответила профессор.

Пако устало опустился на свое место. Он занимался анимагией уже полгода — срок небольшой. Особенно для пятнадцатилетнего волшебника. Быть в группе самым младшим было не просто трудно, а просто ужасно. Каждый раз Пако шел на занятия, как на каторгу. Он думал, что все будет намного проще. «Что, неужели я хуже мародеров? — спрашивал он себя. — Они вообще учились сами!».

Честно говоря, он вообще хотел обойтись без всяких экзаменов. Но у Минервы Макгонагалл были другие планы.

— Уизли, Астрономическая башня, ночью. -Это был не вопрос, а констатация факта. Пако уже понял, что его застукали и попытался спрятать палочку в карман.

— Гулял, — пространно ответил Пако. Свет из палочки МакГонагалл освещал его испуганное лицо и растрепанную челку, падающую на лоб.

— Тогда прогуляйтесь и до директорского кабинета, Уизли, — профессор повернулась, и все, что Пако оставалось — это последовать за ней, коря себя за неосторожность. — Кстати, можете не прятать палочку, — МакГонагалл обернулась. — Я все равно вижу ваш хвост!

Пако было стыдно стоять в пижаме посреди кабинета директора, и он опустил глаза.

— Вы меня теперь исключите, — осторожно спросил он. ¬— Или снимете кучу баллов с Гриффиндора?

— Сниму, — кивнула МакГонагалл. — Пятьдесят баллов. Но не исключу вас, Уизли. У меня для вас другое наказание.

— Какое? — Пако почувствовал облегчение.

— Вы хотите стать анимагом? — МакГонагалл подошла к нему вплотную, и, превозмогая себя, Пако все-таки поднял глаза на профессора и чуть заметно кивнул. — Надеюсь, вы не думаете, что вырастить себе кошачий хвост — это успех? — продолжила МакГонагалл.

Пако молчал. По правде сказать, он так думал.

— Если ваше желание стать анимагом действительно велико, приглашаю получить лицензию. По субботам в десять утра на пятом уровне Министерства, кабинет шесть. И не волнуйтесь, я сама напишу вашим родителям, чтобы они подписали разрешение.

Сердце Пако заколотилось быстрее. Отец точно его убьет — конечно, не за ночные вылазки на Башню, а за то, что попался.

С этого дня каждые выходные превращались для Уизли в кошмар. Он был пятнадцатилетним подростком среди группы взрослых магов, которые пришли получить серьезную лицензию, которые были готовы к трудностям. Да, вырастить себе кошачий хвост было не так трудно. Труднее было работать с сознанием.

Труднее было оставаться собой, когда ты менял облик. Казалось, каждую неделю позор Пако только увеличивался: он бегал за бантиком, писал по углам, драл цветастое сари Аванти (или Авани), шипел на МакГонагалл и смешил до колик всю группу.