Околоквиддич

— Я прекрасно знаю тебя, Пако, — улыбнулся Тодор, пожимая руку незваному гостю. — Правда, последний раз, когда я тебя видел, ты кричал, жевал мой галстук и ходил под себя, уж прости.

Пако облегченно улыбнулся.

— Мне нужно с вами поговорить, — повторил он шепотом. — Это важно.

— Проходи, проходи, — Тодор пригласил его в дом. — Что-то случилось? Станка в порядке?

— Да-да, — кивнул Пако. — Это другое, мое личное дело.

— Да ты весь избит, — увидев синяки Пако, Тодор неодобрительно покачал головой. — Трудный матч?

— Бедный мальчик, мотается на две страны, — появившаяся из кухни Мира принесла Пако чашку горячего чая, и он с благодарностью ее принял.

— Так о чем мы будем разговаривать? — Тодор усадил Пако на маленький кухонный диван.

— О Фальконе, — сказал Пако тихо. — О Финисте Фальконе. И о директоре Бжезинском.

— А вот это становится интересным, — Тодор огладил усы.

— Почему Бжезинский его не ищет? — начал рассуждать Пако. — Он закрыл школу в конце июня, сейчас конец августа, и ничего не происходит. Я вообще не уверен, что он собирался искать тело.

— Продолжай.

— Я знаю, вы очень хорошо знаете Бжезинского. Он бывал у вас дома, когда вы преподавали в Дурмстранге. Расскажите мне о нем. Почему он не ищет Финиста?

— Не то, чтобы мы были близкими друзьями, — ответил Тодор. — Но мы вместе преподавали, и он иногда заходил ко мне домой. Я не люблю его, если честно, но он был старше, и ведь как-то некрасиво отказывать коллеге в стопке ракии, правда же?

— Почему вы его не любите?

— Он…, — задумался Тодор. — Своего не упустит. Он чересчур консервативен и очень уважает чистоту крови и всякие семейные регалии. Это странно, ведь сам-то он очень простых кровей. Правда, его покойная жена была в родстве с Фальконами. Так что ты не переживай, он скорее всего ищет Финиста, но Дурмстранг такой большой — если тело затащили в подземелья, то пиши пропало…

— Спасибо, — очень серьезно сказал Пако. — Это все, что я хотел знать.

— Давай лучше о тебе, — Тодор похлопал Пако по плечу. — Ты как, живой вообще? Может, не стоит каждый день мотаться в Лондон — всего несколько часов разницы, но ты ведь совсем не высыпаешься.

Пако кивнул и прикрыл глаза. В последнее время он был жутко измотан. Все, чего он хотел — это лечь в кровать и закрыть глаза. Словно прочитав его мысли, Тодор предложил ему немного отдохнуть. Пако поел и, забыв про все правила приличия, завалился спать. Он проспал часа четыре, а может, и больше, а когда проснулся, то увидел перед собой удивленную Станимиру. По ее поведению уже можно было судить об улучшении их отношений: она не кричала, не ругалась, а всего лишь удивленно протянула:

— Привет, что ты тут делаешь?

— Полетели домой, — Пако поднялся на локтях. — В понедельник тебя ждет тяжелая игра.

Станимира вздохнула. Пако заметил, как при упоминании матча сжались ее кулаки, как мелькнул в глазах страх.

Она боялась. И искала поддержки.

Глава 20

Теплый ветер взлохматил волосы Станимиры. Почувствовав себя неуютно, она сильнее сжала древко метлы и попыталась сделать вид, что изучает небо. Пако кашлянул.

— Ну что, — сказал он осторожно. — Долетим до Берлина, а там международный портал?

— Нет, — сказала Станимира после недолгого молчания. — Полетели так.

— Десять часов — при условии, что не будем останавливаться, — Уизли закинул руки за голову и с довольной улыбкой посмотрел на небо. — И зачем, скажи, проделывать такой путь?

— Мне нужно прийти в себя, — Станимира огрызнулась. — Хочешь — лети до Берлина, никто не заставляет.

— Ладно, ладно, — Пако потуже затянул пояс черной спортивной мантии. — Я вроде как выспался, да и игр у меня завтра нет. Полетели.

Не дождавшись, как он запрыгнет на метлу, Станимира взмыла в воздух. Она поднималась все выше и выше, пока дом ее бабушки и дедушки ни стал совсем маленьким. Наверху было холодно и ветрено. И зачем только она решила добраться до Лондона самостоятельно?

Послезавтра национальный чемпионат, прерванный из-за отборочных матчей чемпионата мира, возобновлялся. «Ос» ждала важная игра — с«Паддлмир Юнайтед». Чертов «Паддлмир». Знать бы еще, что с ними делать. Команда, которую все называли просто — «Камыши» — из за характерной эмблемы сейчас базировалась в Лондоне. В прошлом году они не дали«Осам» стать национальными чемпионами, и в этом, Станимира была уверена, попытаются сделать то же самое.

Пако летел рядом. Казалось, он думает о чем-то своем, отвлеченном, однако Станимира краем глаза отмечала, как он ловил малейшее направление ветра. Ни одного лишнего движения. Метла даже не дергалась. Станимира вспомнила, как пару лет назад отец познакомил ее с загонщиком болгарской команды «Пловдив», худым, высоким, но при этом каким-то очень складным.