Фандом: Ориджиналы. У Робина Хикса, капитана супертраккера «Ежевика» скоро день рождения. Даже два сразу. Не так-то просто удивить подарком старого космического волка. Особенно, если день рождения и подарок разделяют три тысячи шестьсот лет. Не световых, а обычных. И полторы тысячи световых лет тоже. Но когда Ежевику останавливали трудности?
Добавить в моё избранное
331 мин, 24 сек 8989
Поэтому пришлось напрячься и создать Петру новое прошлое, оформив все как положено, чтобы легенда воскрешения товарища Салова была подтверждена различными документами и свидетельствами. Схему внедрения составила сама Ежевика, которая теперь довольно хорошо разбиралась в структуре и взаимоотношениях между нарождающимися органами советской власти.
Действовала она спокойно и расчетливо. Где-то раздавался телефонный звонок, и секретарь принимал телефонограмму, надиктованную голосом хорошо знакомого ему проверенного товарища, где-то из телеграфного аппарата выползала змея бумажной ленты, покрытая неровно выбитым телеграфным шрифтом.
Все это составляло комбинацию тех невидимых обычным людям следов, которые тянутся за каждым гражданином любого приличного государства, фиксируя всю его жизнь, оседая, где положено, в виде разбухших, серого картона папок, оптических дисков, мнемокристаллических кубиков или мечущихся по жгутам лазерных лучей бесплотных голографических тороидов.
Вид носителя «личного дела» зависит только от места, времени и технического уровня государства, в котором выпало счастье этому гражданину родиться.
Петр и Иван исполняли роль «рук» Ежевики, реализовывая на месте ее планы. Автоматизация документооборота на данном этапе развития землян была еще достаточно слаба, и вместо того, чтобы просто хакнуть сеть и получить доступ к печатным машинам, Ежевике приходилось направлять Ивана или Петра банально подкупать различным дефицитом ремингтонисток из машбюро. Проблемой была даже передача данных. Приходилось самими таскать документы из одного учреждения в другое, часто находящееся в ином, далеко не всегда соседнем городе. Хорошо, что у них был катер!
Но дело все равно двигалось в нужном направлении. Вскоре никакой следователь не смог бы усомниться в безупречном происхождении, прошлом, полным революционной борьбы, и активном участии в строительстве новой власти товарища Салова Владимира Петровича.
— Есть что еще почитать? — капризничала Ежевика. — Ску-учно…
Ежевика учила Жакуя играть в го. Котофурри делал успехи, но до уровня капитана пиратского танкера ему было как до Луны пешком.
— Я видел одну книгу в бывшей каюте Форда, наверняка ты её не читала, — принял жалобу на скуку за чистую монету Жакуй, когда Ежевика «сделала» его в очередной раз. — Я сейчас притащу.
Вскоре он появился с увесистым томом в руках и передал его Первому, глазами которого Ежевика обычно читала все, что нельзя засунуть в сканирующие слоты корабля.
— «Применение технических средств при торговых операциях на технически отсталых планетах. Справочник молодого коммивояжера», — прочитала она вслух название издания. — Интересненько… Поглядим.
Ежевика открыла оглавление и пробежалась по пунктам:
— … импульсное кодирование нейронов головного мозга…
— … подавление критического мышления бинауральной модулированной частотой низкой интенсивности…
— … «квантовый ветер» или эффект«сжатого времени» — как сделать так, чтобы клиента не отвлекали во время переговоров…
— Ого, и это еще не полный список читерских приемчиков! — поделилась Ежевика своим мнением после беглого ознакомления. — Какая занятная штучка!
— Вообще-то, — кашлянул в кулак Жакуй, — насколько я в курсе, такие методы считаются незаконными, уважаемая хозяйка. Так что лучше их использовать, если вообще использовать, только тогда, когда есть уверенность, что поблизости не околачивается космическая полиция.
Ежевика кивнула, показав, что слова Жакуя ею услышаны.
— Но каков старый лис Форд! — пробормотал котофурри себе под нос. — Теперь понятно, как тогда нам удалось втюхать ржавый хлам Главному Генералиссимусу планеты Фалефа-Афитафита…
Ежевика как раз заканчивала чтение, когда в рубку ввалились Васильев и Кукуев. Кратко рассказав о своих приключениях, они поделились проблемой — знаменитого ученого, теоретика космонавтики забрали в ЧК, на Лубянку. Без этого человека дорога к звездам у землян могла стать намного длиннее.
— Надо его вытащить из тюрьмы, разнести там все в клочья и свалить на катере… — горячился Иван.
— А свидетели?
— Усыпим каким-нибудь газом…
— Угу, — покивала головой Ежевика. — Годный план, шкипер! Давай уже сразу посадим корабль на Красной площади, объявим себя богами и потребуем, чтобы власти отпустили ученого.
— Но что же делать? — Иван нервно взъерошил волосы. — Нам удалось узнать, что это за место, Лубянка. Ежевика, не хочу тебя расстраивать, но недоброе это место. Страшное.
— Жакуй, много ли космических полицейских околачивается в этом секторе? — почему-то спросила Ежевика.
— Ни одного, уважаемая хозяйка, — невозмутимо ответил тот. — До появления галактической полиции здесь еще три тысячи лет.
— Тогда пришло самое время проверить действенность читерских приемчиков покойного Форда, — улыбнулась Ежевика ничего не понимающим Ивану и Васильеву-Салову.
Действовала она спокойно и расчетливо. Где-то раздавался телефонный звонок, и секретарь принимал телефонограмму, надиктованную голосом хорошо знакомого ему проверенного товарища, где-то из телеграфного аппарата выползала змея бумажной ленты, покрытая неровно выбитым телеграфным шрифтом.
Все это составляло комбинацию тех невидимых обычным людям следов, которые тянутся за каждым гражданином любого приличного государства, фиксируя всю его жизнь, оседая, где положено, в виде разбухших, серого картона папок, оптических дисков, мнемокристаллических кубиков или мечущихся по жгутам лазерных лучей бесплотных голографических тороидов.
Вид носителя «личного дела» зависит только от места, времени и технического уровня государства, в котором выпало счастье этому гражданину родиться.
Петр и Иван исполняли роль «рук» Ежевики, реализовывая на месте ее планы. Автоматизация документооборота на данном этапе развития землян была еще достаточно слаба, и вместо того, чтобы просто хакнуть сеть и получить доступ к печатным машинам, Ежевике приходилось направлять Ивана или Петра банально подкупать различным дефицитом ремингтонисток из машбюро. Проблемой была даже передача данных. Приходилось самими таскать документы из одного учреждения в другое, часто находящееся в ином, далеко не всегда соседнем городе. Хорошо, что у них был катер!
Но дело все равно двигалось в нужном направлении. Вскоре никакой следователь не смог бы усомниться в безупречном происхождении, прошлом, полным революционной борьбы, и активном участии в строительстве новой власти товарища Салова Владимира Петровича.
— Есть что еще почитать? — капризничала Ежевика. — Ску-учно…
Ежевика учила Жакуя играть в го. Котофурри делал успехи, но до уровня капитана пиратского танкера ему было как до Луны пешком.
— Я видел одну книгу в бывшей каюте Форда, наверняка ты её не читала, — принял жалобу на скуку за чистую монету Жакуй, когда Ежевика «сделала» его в очередной раз. — Я сейчас притащу.
Вскоре он появился с увесистым томом в руках и передал его Первому, глазами которого Ежевика обычно читала все, что нельзя засунуть в сканирующие слоты корабля.
— «Применение технических средств при торговых операциях на технически отсталых планетах. Справочник молодого коммивояжера», — прочитала она вслух название издания. — Интересненько… Поглядим.
Ежевика открыла оглавление и пробежалась по пунктам:
— … импульсное кодирование нейронов головного мозга…
— … подавление критического мышления бинауральной модулированной частотой низкой интенсивности…
— … «квантовый ветер» или эффект«сжатого времени» — как сделать так, чтобы клиента не отвлекали во время переговоров…
— Ого, и это еще не полный список читерских приемчиков! — поделилась Ежевика своим мнением после беглого ознакомления. — Какая занятная штучка!
— Вообще-то, — кашлянул в кулак Жакуй, — насколько я в курсе, такие методы считаются незаконными, уважаемая хозяйка. Так что лучше их использовать, если вообще использовать, только тогда, когда есть уверенность, что поблизости не околачивается космическая полиция.
Ежевика кивнула, показав, что слова Жакуя ею услышаны.
— Но каков старый лис Форд! — пробормотал котофурри себе под нос. — Теперь понятно, как тогда нам удалось втюхать ржавый хлам Главному Генералиссимусу планеты Фалефа-Афитафита…
Ежевика как раз заканчивала чтение, когда в рубку ввалились Васильев и Кукуев. Кратко рассказав о своих приключениях, они поделились проблемой — знаменитого ученого, теоретика космонавтики забрали в ЧК, на Лубянку. Без этого человека дорога к звездам у землян могла стать намного длиннее.
— Надо его вытащить из тюрьмы, разнести там все в клочья и свалить на катере… — горячился Иван.
— А свидетели?
— Усыпим каким-нибудь газом…
— Угу, — покивала головой Ежевика. — Годный план, шкипер! Давай уже сразу посадим корабль на Красной площади, объявим себя богами и потребуем, чтобы власти отпустили ученого.
— Но что же делать? — Иван нервно взъерошил волосы. — Нам удалось узнать, что это за место, Лубянка. Ежевика, не хочу тебя расстраивать, но недоброе это место. Страшное.
— Жакуй, много ли космических полицейских околачивается в этом секторе? — почему-то спросила Ежевика.
— Ни одного, уважаемая хозяйка, — невозмутимо ответил тот. — До появления галактической полиции здесь еще три тысячи лет.
— Тогда пришло самое время проверить действенность читерских приемчиков покойного Форда, — улыбнулась Ежевика ничего не понимающим Ивану и Васильеву-Салову.
Страница 70 из 98
