Воспитанник

Он мог только занять выгодную позицию для обороны и отбиваться от них столько, сколько может.

Наконец, Ша'Тот нашел подходящее место и поспешил туда.

Круксы уже добежали до того места, где он начал спуск, и, шипя, бегали вдоль кромки обрыва, не решаясь спуститься вниз. Потом самый отчаянный зверь прыгнул вперед, увлекая за собой остальных.

Ша'Тот быстро набрал камней потяжелее, чтобы хоть ненадолго продержать их на расстоянии от него.

Вот первый крукс появился перед ним, яростно махая длинным колючим хвостом. Сквозь намордник на землю капала пенистая слюна. Учуяв нарна, он глухо зашипел, призывая остальных.

Ша'Тот метнул в него булыжник. Крукс взвизгнул, получив камнем в бок. Но не изменил направления движения. Вскоре за его спиной появились другие твари с бешеными желтыми глазами.

Ша'Тот забился в узкую щель между валунами, из которой им было неудобно его вытащить.

В таком положении его и нашла Друзелла, которая следовала за своими зверями. Она некоторое время с улыбкой наблюдала за этой живописной картиной. Потом, вдоволь натешившись, отозвала круксов прочь.

— Неплохо, неплохо, — сказала Друзелла, посмотрев на часы. — Быстро сработали. Скоро можно будет переходить к обучению без намордников…

Ша'Тот вздрогнул, услышав эти слова.

— Давай, вылезай, — приказала она ему. — А бегаешь ты шустро!

Ша'Тоту пришлось изо всех сил сдерживаться, чтобы не наброситься на нее с кулаками.

Глава 7

Если Мосс задирал нарна, провоцируя на драку, то Друзелла изводила его, задавая всякие дурацкие вопросы. Ей как будто нравилось дразнить его и выводить из себя

— Ша'Тот, я ни разу не видела, чтобы ты молился, — сказала она однажды, тряхнув темно-каштановыми волосами, заплетенными в тяжелую косу. — Раз уж ты пользуешься нашим гостеприимством, то должен оказывать должное почтение и нашим богам!

Ша'Тот с тоской огляделся вокруг. Уж лучше бы она пыталась поколотить его. От этого он уже умел обороняться.

— Я верю в учение Г'Лана, поэтому мне не нужно оказывать почтение еще каким-то богам, — грубовато ответил он.

— Г'Лан? — Друзелла наморщила лоб, — Ах, да! Ваш варварский бог. Говорят, что вы до сих пор приносите ему кровавые жертвы?

Ша'Тот хмыкнул, поведя плечами.

— Г'Лан вовсе не бог. Это наш уважаемый пророк. Его учение запрещает приносить жертвы.

— Ах, у него даже есть целое учение, — протянула Друзелла, облизнув губы. — И как же вы ему поклоняетесь? Наверное, поете ваши дурацкие песни, от которых молоко скисает?

— Вы выглядите не менее смешно, когда ползаете на коленях перед вашими золотыми идолами, — ответил он и тут же мысленно одернул себя. Отец всегда учил его избегать споров на религиозные темы.

— Так ты считаешь нас идолопоклонниками? — вызывающе спросила Друзелла.

— Я считаю, что каждый волен верить в то, что ему больше по душе, — отрезал Ша'Тот, впервые мечтая о том, чтобы пришел Мосс и начал его задирать.

— Значит, Рутериан, покровитель нашей семьи, тебя чем-то не устраивает?

Ша'Тот понял, что уже ступил на скользкую тропу. И это ему совсем не нравилось.

Друзелла оказалась настойчивой. Она взяла его за руку и потащила в небольшую, но богато обставленную часовню, посвященную Рутериану, одному из самых уважаемых и популярных центаврианских богов. Он покровительствовал путешественникам и воинам, приносил им удачу в делах.

Раньше, до того, как центавриане пришли на Нарн, это место было святилищем Д'Бок, богини из Старого Пантеона. Но теперь ее статуя валялась снаружи, покрытая пылью.

В небольшом полукруглом зале постоянно горели ароматические свечи. Над алтарем висел знак Рутериана — скрещенные мечи. Статуя самого бога стояла на возвышении. Друзелла дернула Ша'Тота за руку и тихо прошипела ему на ухо:

— Встань на колени перед нашим богом, нарн! Поклонись ему с должным почтением!

Ша'Тот отпрянул от алтаря, разглядывая золотую статуэтку. Это был чужак, покровитель его врагов. Большинство богов из Главного Пантеона изображались похожими на центавриан или в виде центавриан с какими-то чертами зверей, посвященных данному богу. Рутериан выглядел почти как центаврианин. Разве что гребень был очень пышным и высоким, да клыки были несколько больше, чем обычно. По центаврианской древней традиции, статуэтка была снабжена всеми… отличительными признаками пола. Ша'Тот никак не мог привыкнуть к столь приметным особенностям их физиологии. В одной руке Рутериан сжимал меч. Лицо его выглядело мрачным и угрожающим, рот кривился в хищном оскале.

— Поклонись ему! — продолжала настаивать Друзелла.

Ша'Тот отказался, покачав головой. Он не станет предавать свою веру. Это было единственное, что помогало ему чувствовать себя нарном в этом доме.

— Ах, так?! Ты вздумал упрямиться?