Троичность

И какая разница — старший или младший? И почему вдруг обычно или язвительный, или бесстрастный Холмс-старший смотрел на него с болью и жалостью?

— Я должен был почувствовать раньше.

Майкрофт сел в кресло — у Грега сразу заколотилось сердце и сжалось горло.

— Что почувствовать?

— Вашу зависимость. Вы были слишком нужны Шерлоку, а я убедил себя, что веду себя очень осторожно и полностью контролирую.

Грег вдруг улыбнулся.

— Чтобы контролировать, вам нельзя было попадаться мне на глаза или носить маску. Лучше паранджу.

Майкрофт невесело усмехнулся:

— О вкусах, конечно, не спорят, Грегори. Влюбляются даже в типов вроде меня. Но вам многое только кажется. Это даже не привязанность — мы с вами о чём-либо, кроме дел, и парой фраз не перекинулись за всё время знакомства. Это зависимость. Это не ваши чувства. Мои. Я очень виноват.

— Кто из нас сошёл с ума: вы или я? — Грег был совершенно выбит из колеи и даже не осознал, что только что услышал признание.

— Никто.

— Вы так говорите, словно заразили меня чем-то.

— По сути — так оно и есть.

— Значит, я неизлечимо болен? — Грег взял вторую сигарету. Он чувствовал себя совсем паршиво, слыша, как умнейший человек из всех, кого он знает, говорит полный бред.

— Боюсь, что так и есть.

Грег ничего не ответил. Он молча смотрел на Майкрофта, который расплывался у него перед глазами, отвёл взгляд и провёл ладонью по лицу.

— Слушай, мне плевать, что ты там себе напридумывал, — заговорил Грег наконец, — что там у тебя в голове водится. Ты говоришь, это зависимость? Я согласен. Ты говоришь, она твоя? Ладно. И что мы будем делать? Таращиться друг на друга, как два идиота?

Он даже злиться не мог. Майкрофт сидел с совершенно несчастным выражением лица, и было понятно, что он верит во всю эту белиберду.

— Если я расскажу тебе правду, ты мне не поверишь. Если я покажу тебе правду, ты меня возненавидишь. И рисковать я не могу — прежде всего тобой. Это только в Голливуде пришёл бы человек в чёрном, посветил тебе в глаза, и ты бы всё забыл.

— Погоди…

Грег сполз с кресла и присел перед Майкрофтом на корточки.

— Погоди… — он взял его руки в свои. — Ты что-то не о том. Ну подумаешь: мы оба слегка шизанутые. Ну и что? Эй, ты чего? — При первом же прикосновении в глазах Майкрофта появился ничем не прикрытый ужас. — Не надо… — Грег привстал и потянулся к его губам.

Он поцеловал осторожно, думая, что Майкрофт, возможно, просто боится. Поцеловал так бережно, как даже в далёкой юности не целовал девушек. И почувствовал что-то странное. Майкрофт слабо, но ответил. Странность была не в этом… У Грега закружилась голова, и он вдруг потёрся щекой о щёку Майкрофта, почему-то рассмеялся, как пьяный, и лизнул кожу на шее чуть повыше воротника рубашки.

— Как ты странно пахнешь, — протянул он и облизнул губы, — и как хорошо.

И тут же встретился взглядом с Майкрофтом и отпрянул.

— Господи, да я тебя насилую, что ли?! — закричал он.

Майкрофт встал, взял Грега за руку и потянул в сторону шкафов. Он нажал на панель сбоку, и шкаф медленно отъехал от стены, открывая дверь.

Грег шагнул в тускло освещённый коридор, которого тут изначально не должно было быть, его явно отгородили специально, урвав немного места у соседних помещений. Окно в одном конце коридора ничем не отличалось от окна гостиной и только подтверждало это предположение. Прямо перед носом Грега оказалась ещё одна дверь.

Майкрофт потянул за скобу и поставил шкаф на место. Щёлкнул замок.

Грег чувствовал себя странно: просто озабоченным мальчишкой. А непонятный запах, исходящий от Майкрофта, усилился в узком коридоре и только разжигал желание.

— Войди, — Майкрофт открыл вторую дверь и указал на низенький диванчик у стены, — войди и сядь.

Грег почувствовал разочарование, но сделал, как его просили. Майкрофт вдруг опустился на ковёр перед ним и сел, как сидят какие-нибудь японские самураи в фильмах, положив ладони себе на колени. Пока он собирался с мыслями, опешивший Грег оглядел комнату: столик чуть в стороне от дивана, неприметный шкаф в углу. И ещё одна дверь. Спальня там, что ли?

— Послушай меня и постарайся понять, — вдруг решительно заговорил Майкрофт. — Хотя ты и так достаточно слышал, но твой разум не хочет признавать услышанное, не хочет верить. Тебе легче подумать, что у меня что-то не то с головой. Я люблю тебя сильнее, чем это только возможно. И хочу. Но я не могу себе позволить причинить тебе вред. Никто не знает, во что может вылиться наша связь. Я понимаю, что твои чувства ко мне рождены не только моим влиянием на тебя. Они и твои собственные. Джон жил с моим братом под одной крышей достаточно долгое время, но дальше дружеской привязанности дело у них не зашло.