Красавчик

— Я не хотел заниматься тем бизнесом, который вел он. И тогда он сказал, что мне придется это сделать, потому что сам я не добьюсь в жизни ничего без его денег и помощи. Через шесть лет я купил компанию отца и распродал ее, — закончил он так же безэмоционально.

— О как! — присвистнул Оливер. — У всех свои причуды. И что на это сказал твой психоаналитик?

— Он сказал, что я вылечился, — пожал плечами Маркус.

— Знаешь, мне кажется, что он тебя здорово наебал, — Оливер улыбнулся и потерся носом о затылок Маркуса. — Нос чешется, — пояснил он, заметив, что тот как-то напрягся, — а руки вот — заняты.

Маркус молчал, и Оливер понял, что эта тема, вероятно, для него не очень приятна. Поэтому он теснее прижался к нему, крепче обхватывая его ногами, и жизнерадостно заявил:

— А я лучше психоаналитика. Терапия от Оливера Вуда. Работает же, да?

— Еще как, — честно признался Маркус и улыбнулся.

Оливер фыркнул и продолжил с усердием тереть его мочалкой.

Оливер чувствовал себя неуютно. Маркус цепко держал его за локоть, дежурно улыбался и кивал многочисленным знакомым. И каждый из них, видимо, считал своим долгом смерить его оценивающим взглядом. Это было неприятно. Оливеру казалось, что он успел привыкнуть к такому, но у всех этих состоятельных хищников был какой—то врожденный талант заставить его почувствовать себя пылью на их ботинках. Нет, они вежливо кивали, но у Оливера складывалось стойкое ощущение, что таким же успехом пользовалась бы и принесенная Флинтом чихуахуа в качестве спутника.

— Все-таки объясни, какого черта мы сюда пришли? — не выдержав, спросил он.

— Бизнес, — как всегда многословно пояснил Флинт.

— Бизнес-тусовка? — уточнил Оливер.

— Маркус! — вдруг позвал кто-то в толпе, и Оливер обернулся вместе с ним. — Иди сюда, — махнул Флинту какой-то мужчина, и тот направился к нему, потянув Оливера за собой.

— Эд, — кивнул Маркус, пожимая ему руку. — Познакомься, это мой друг — Оливер.

Пьюси протянул Оливеру руку, улыбаясь так приторно, что того чуть не передернуло от отвращения.

— Очень приятно, — он выдавил вежливую ответную улыбку.

— А это моя жена, Пенелопа, — представил Пьюси женщину, стоящую рядом с ним.

Она, улыбаясь практически так же «ослепительно», как и ее муж, протянула Оливеру руку.

— Всегда приятно познакомиться с очередным парнем Маркуса, — сказала она и тут же, увидев кого-то знакомого в толпе и бросив «Прошу меня извинить», отошла.

Оливер незаметно вытер ладонь о штаны и посмотрел на Маркуса. Кажется, он начинал понимать, что все не так просто с этими светскими раутами.

— Оливер, верно? — переспросил Эдриан, и тот кивнул. — Могу я предложить Вам выпить?

Он даже не успел ничего ответить на это, как Пьюси щелчком пальцев подозвал официанта и впихнул бокал Оливеру в руки.

— Маркус, ты видел Малфоя? Он здесь, — решив, что роль радушного хозяина исполнена на все сто процентов, Эдриан буквально вцепился во Флинта, больше не обращая на Оливера никакого внимания.

— Я знаю. Я сам его пригласил, — небрежно заметил Маркус.

— Вот поэтому-то я и поклялся в вечной любви к тебе, — улыбаясь, ответил Эдриан и похлопал Маркуса по плечу. Оливер на этих словах чуть не подавился шампанским, глоток которого сделал автоматически, не зная, чем занять себя. — Ты все всегда делаешь так, как надо. Я сейчас вернусь.

Когда Пьюси отошел на безопасное, чтобы не слышать их, расстояние, Оливер поморщился и спросил, даже не пытаясь скрыть сарказм в голосе:

— Какой милый человек. Кто это?

— Мой адвокат, — ответил Маркус и усмехнулся, понимая реакцию Оливера. — Он ничего такой мужик.

Оливер пожал плечами.

— А его жена просто душка, — продолжил он, высматривая ее в толпе. — М-да. Вот это задница.

— О его жене и ее заднице поговорим позже, — пообещал Маркус и усмехнулся.

— Это что, твои настоящие друзья? — вдруг тихо спросил Оливер.

— Ну, скажем так, я с ними часто вижусь, — ответил Маркус, внимательно наблюдая за тем, как тот осматривается: Оливер вертел головой, переводя взгляд куда угодно, только чтобы не смотреть на самого Флинта.

— Тогда неудивительно, — бросил он и сжал ножку бокала крепче.

— Что неудивительно? — заинтересованно переспросил Маркус.

— Что тебя вдруг потянуло ко мне, — сказал Оливер, все также отводя взгляд.

Маркус продолжал пытливо смотреть на него. Он не мог понять эмоций Оливера до конца, но чувствовал, что тому некомфортно находиться здесь. В его поведении проявилось что-то такое до боли знакомое и почти забытое. Этот гордо вздернутый подбородок и поджатые губы, весь вид, словно говорящий: «Плевать я хотел, что вы обо мне думаете, богатенькие снобы» или«Я не ниже тебя, даже если у меня и нет таких денег».