Фандом: Гарри Поттер. «Из всех глупостей мира, стоит делать только те, что ведут к деньгам и оргазмам». Неизвестно, возможна ли такая история на самом деле, но вряд ли найдется более трогательный сюжет, чем сюжет о любви двух разочарованных в жизни циников.
Добавить в моё избранное
242 мин, 0 сек 9240
Маркус тяжело вздохнул, достал бумажник и, отсчитав необходимую сумму, сунул ее в руку Оливера. Когда тот убрал деньги, он заметил:
— Ты сел на мой факс.
— Ой, — с фальшивым сожалением воскликнул Оливер и чуть приподнялся, давая Флинту возможность самому вытянуть бумаги у него из-под задницы. — На чем я только не сидел, а вот на факсе впервые, — он поерзал и добавил: — Я бы чего-нибудь выпил. Угостишь?
Маркус потянулся, чтобы взять телефонную трубку, и позвонил в бар, вызывая официанта. Время, пока они ожидали заказ, прошло в молчании. Они напряженно сверлили друг друга взглядами.
Рассматривая Флинта, Оливер невольно признал, что тот остался все таким же привлекательным, что и был прежде. Пусть привлекал он его всегда только в физическом плане. Пижонский костюм совсем не скрывал, а лишь подчеркивал широкую линию его плеч и развитую мускулатуру тела. Оливеру вдруг захотелось вновь увидеть татуировки, которые, как он знал, разукрашивали торс и руки. Дорогие часы не отвлекали внимание от длинных сильных пальцев с аккуратным маникюром. Маркус сидел спокойно, ничем не выдавая, что его напрягает такое пристальное рассматривание, и Оливер поднял голову, глядя в его лицо. Твердая линия подбородка, прямой, выдающий породу нос, тяжелый взгляд темных глаз и четко очерченные губы. Да, черт возьми, Маркус Флинт был красив. Оливер сжал пальцы на краю столешницы, лучезарно улыбаясь, чтобы ничем не выдать свой неуместный сейчас интерес. Тем кстати оказался нарушивший тишину звонок в дверь. Оливер тут же соскочил с места.
— Пойду открою. Должна же быть от меня хоть какая-то польза, — сделав пару шагов, он насмешливо бросил через плечо, — а ты пока раздевайся.
Оливер открыл дверь, впуская официанта с тележкой. Только он дернулся, чтобы взять бутылку, как тот уже откупорил пробку и стал разливать шампанское по бокалам. Поставив рядом с ними вазочку с клубникой, официант замер, выжидающе глядя на Оливера.
— Чего ты смотришь на меня? — сразу вскинулся тот и перевел взгляд на Маркуса. — Слышь, чего он на меня смотрит-то?
Маркус, словно только сейчас вспомнив, встал со своего места, достал деньги и протянул их официанту. Тот, поблагодарив, тут же ушел, а Оливер почувствовал себя идиотом. Большим не из-за того, что забыл про чаевые, — не успел сделать то, что было необходимо.
— А, чаевые, — он попытался скрыть смущение и, издевательски ухмыльнувшись, протянул руку. — А мне за то, что дверь этому чуваку открыл?
Маркус проигнорировал его и, потянувшись к подносу, хотел было взять с него бокал, но в этот момент из кармана пиджака послышался звонок мобильного. Флинт посмотрел на дисплей, недовольно поморщился и, бросив «Я быстро», вышел из комнаты. Оливер проводил его напряженным взглядом и тут же засуетился. Чуть расстегнув молнию на сапоге, он нащупал в подкладке небольшой пузырек с капсулами ярко-желтого цвета. Вытряхнув парочку на ладонь, он, воровато оглянувшись, кинул их в один из бокалов.
Оливер испепелял своего, похоже, уже бывшего шефа взглядом. Это все, что он мог сделать в такой ситуации. Ему хотелось больно треснуть жирного гомика под зад. Или закричать, затопав ногами. Откровенно сказать, куда этот мистер-пожалуйста-зови-меня-просто-Генри может отправиться со своими предложениями. Начать распинаться о своих планах на жизнь, о том, что он хочет стать кем-то значимым. В конце концов, он был готов даже расплакаться. Но нет. В красках представляя, как «Генри» летит с лестницы и как его тучное тело, которое, оказывается, тоже жаждет любви, с приятным для его ушей звуком шмякается о ступеньки, Оливер выдавил из себя дежурную улыбку. С детства познав, что такое находиться в самом низу социальной лестницы, он худо-бедно научился контролировать себя, а потому лишь ответил:
— Я подумаю над вашим предложением.
«Сдохни, тварь!»
— У меня много денег. Действительно много денег, — с нажимом повторил Гойл. Посчитав, что этого достаточно, чтобы разрешить любые сомнения, он сделал шаг вперед, по-хозяйски положив свою лапу на задницу Оливера.
Тот моргнул. Потом еще раз. И еще.
«За это ты мне точно заплатишь!»
— Я не понимаю, о чем вы, — Оливер сделал попытку выкрутиться из скользкой ситуации с минимальным для себя уроном.
— Все ты понимаешь, малыш, — горячо зашептал Гойл, склонившись к самому уху Оливера, и снова ощутимо ущипнул его за задницу. — Ты такой сладкий, что тебя прямо так и хочется скушать.
Оливер вздрогнул и повторил:
— То есть вы предлагаете мне переспать с вами за деньги?
— Нет, ну, конечно, нет! Что ты? Как я могу предложить тебе такое? — Гойл переместил свою руку с толстыми некрасивыми пальцами Оливеру на поясницу и попытался притянуть к себе. — Я просто могу дать тебе все, что ты захочешь. Все, что может заслужить мальчик вроде тебя.
— Ты сел на мой факс.
— Ой, — с фальшивым сожалением воскликнул Оливер и чуть приподнялся, давая Флинту возможность самому вытянуть бумаги у него из-под задницы. — На чем я только не сидел, а вот на факсе впервые, — он поерзал и добавил: — Я бы чего-нибудь выпил. Угостишь?
Маркус потянулся, чтобы взять телефонную трубку, и позвонил в бар, вызывая официанта. Время, пока они ожидали заказ, прошло в молчании. Они напряженно сверлили друг друга взглядами.
Рассматривая Флинта, Оливер невольно признал, что тот остался все таким же привлекательным, что и был прежде. Пусть привлекал он его всегда только в физическом плане. Пижонский костюм совсем не скрывал, а лишь подчеркивал широкую линию его плеч и развитую мускулатуру тела. Оливеру вдруг захотелось вновь увидеть татуировки, которые, как он знал, разукрашивали торс и руки. Дорогие часы не отвлекали внимание от длинных сильных пальцев с аккуратным маникюром. Маркус сидел спокойно, ничем не выдавая, что его напрягает такое пристальное рассматривание, и Оливер поднял голову, глядя в его лицо. Твердая линия подбородка, прямой, выдающий породу нос, тяжелый взгляд темных глаз и четко очерченные губы. Да, черт возьми, Маркус Флинт был красив. Оливер сжал пальцы на краю столешницы, лучезарно улыбаясь, чтобы ничем не выдать свой неуместный сейчас интерес. Тем кстати оказался нарушивший тишину звонок в дверь. Оливер тут же соскочил с места.
— Пойду открою. Должна же быть от меня хоть какая-то польза, — сделав пару шагов, он насмешливо бросил через плечо, — а ты пока раздевайся.
Оливер открыл дверь, впуская официанта с тележкой. Только он дернулся, чтобы взять бутылку, как тот уже откупорил пробку и стал разливать шампанское по бокалам. Поставив рядом с ними вазочку с клубникой, официант замер, выжидающе глядя на Оливера.
— Чего ты смотришь на меня? — сразу вскинулся тот и перевел взгляд на Маркуса. — Слышь, чего он на меня смотрит-то?
Маркус, словно только сейчас вспомнив, встал со своего места, достал деньги и протянул их официанту. Тот, поблагодарив, тут же ушел, а Оливер почувствовал себя идиотом. Большим не из-за того, что забыл про чаевые, — не успел сделать то, что было необходимо.
— А, чаевые, — он попытался скрыть смущение и, издевательски ухмыльнувшись, протянул руку. — А мне за то, что дверь этому чуваку открыл?
Маркус проигнорировал его и, потянувшись к подносу, хотел было взять с него бокал, но в этот момент из кармана пиджака послышался звонок мобильного. Флинт посмотрел на дисплей, недовольно поморщился и, бросив «Я быстро», вышел из комнаты. Оливер проводил его напряженным взглядом и тут же засуетился. Чуть расстегнув молнию на сапоге, он нащупал в подкладке небольшой пузырек с капсулами ярко-желтого цвета. Вытряхнув парочку на ладонь, он, воровато оглянувшись, кинул их в один из бокалов.
Глава 2. Клофелиновая принцесса
Бостон, май, 2001Оливер испепелял своего, похоже, уже бывшего шефа взглядом. Это все, что он мог сделать в такой ситуации. Ему хотелось больно треснуть жирного гомика под зад. Или закричать, затопав ногами. Откровенно сказать, куда этот мистер-пожалуйста-зови-меня-просто-Генри может отправиться со своими предложениями. Начать распинаться о своих планах на жизнь, о том, что он хочет стать кем-то значимым. В конце концов, он был готов даже расплакаться. Но нет. В красках представляя, как «Генри» летит с лестницы и как его тучное тело, которое, оказывается, тоже жаждет любви, с приятным для его ушей звуком шмякается о ступеньки, Оливер выдавил из себя дежурную улыбку. С детства познав, что такое находиться в самом низу социальной лестницы, он худо-бедно научился контролировать себя, а потому лишь ответил:
— Я подумаю над вашим предложением.
«Сдохни, тварь!»
— У меня много денег. Действительно много денег, — с нажимом повторил Гойл. Посчитав, что этого достаточно, чтобы разрешить любые сомнения, он сделал шаг вперед, по-хозяйски положив свою лапу на задницу Оливера.
Тот моргнул. Потом еще раз. И еще.
«За это ты мне точно заплатишь!»
— Я не понимаю, о чем вы, — Оливер сделал попытку выкрутиться из скользкой ситуации с минимальным для себя уроном.
— Все ты понимаешь, малыш, — горячо зашептал Гойл, склонившись к самому уху Оливера, и снова ощутимо ущипнул его за задницу. — Ты такой сладкий, что тебя прямо так и хочется скушать.
Оливер вздрогнул и повторил:
— То есть вы предлагаете мне переспать с вами за деньги?
— Нет, ну, конечно, нет! Что ты? Как я могу предложить тебе такое? — Гойл переместил свою руку с толстыми некрасивыми пальцами Оливеру на поясницу и попытался притянуть к себе. — Я просто могу дать тебе все, что ты захочешь. Все, что может заслужить мальчик вроде тебя.
Страница 6 из 68
