Красавчик

Дин же, вероятно, вырос на латиноамериканских мелодрамах или просто оказался излишне чувствительным, потому что растрогался и еще пару драгоценных для Маркуса минут вытирал сопли о его дорогой галстук. Но вот они наконец оказались в машине и тронулись с места.

Оливер резко распахнул глаза, выныривая из какого-то фантасмагорического сна, где Флинт — в роли неуклюжего, безобразного тролля — спасал его — в смокинге и лакированных туфлях — от миссис Фиг, хозяйки жилья, которая рвала одну за другой долларовые купюры и кидала в него со словами: «Они фальшивые, дешевая ты дрянь!» Он передернул плечами и осоловело уставился на все тот же потолок, что возвышался над ним несколькими часами ранее. Что прошло много времени, сомнений не было — солнце уже не било в окно, да и все тело затекло, оказавшееся на длительное время в одном положении. Едва Оливер осознал это, он резко подорвался и тут же рухнул обратно — голова после выпитого изрядно болела. И только отдышавшись, он наконец понял, что именно его разбудило: с улицы раздавались непрекращающиеся автомобильные гудки.

Оливер зажмурился от слишком настойчивого звука и зажал уши ладонями. И кому там так неймется. Может, кто-нибудь уже отреагирует на этот гудок? Очевидно, так думал не только он, потому что где-то сбоку раздался крик:

— Эй, красавчик, а меня прокатишь?

— Заткнись, дура, за мной приехали, — перебил еще кто-то с весельем в голосе.

Оливеру стало любопытно. Он встал, прошел к захламленному балкону, с которого привык сбегать по пожарной лестнице, и выглянул на улицу.

По дороге, распугивая помойных котов с пути, ехал белый кадиллак, на котором не так давно сам Оливер приехал сюда.

Вуд тут же отшатнулся обратно в комнату и выдохнул. Это ведь не мог быть Флинт? Или…? Он потер лицо ладонями и сжал пальцы в кулаки, чтобы сразу распрямить их и все-таки выйти на площадку, откуда начиналась лестница.

— Эй! Это за мной! — весело прервал он перекрикивания разошедшихся дамочек, хотя весело ему совсем не было: скорее наоборот.

— Тогда забирай быстрее. Пока я вперед не проскочила, — отозвалась разукрашенная, как и сам Оливер не так давно, дамочка, и он натянуто улыбнулся ей.

— Вуд! — Маркус высунулся из люка и помахал каким-то пакетом. Что там внутри, рассмотреть с такого расстояния было невозможно.

Сдержать улыбку было трудно, и Оливер спрятал лицо в ладонях, смотря вниз через промежутки между пальцами. Что, черт возьми, этот идиот собирается делать?! Флинт продолжал размахивать руками и кричать его имя, и Оливер был вынужден стыдливо махнуть ему, чтобы тот уже успокоился и перестал привлекать к себе столько внимания. Как будто это было бы возможно. Оливер поморщился: белый кадиллак. Пошлятина какая! Хотя сам он понимал, что эта его реакция — по большей части притворство. Белый кадиллак — это охуенно.

Когда машина остановилась прямо под вудовским балконом, Маркус на секунду исчез внутри, чтобы открыть дверь и почти вывалиться из машины. Но и тут он красиво вышел ситуации, элегантно оправив пиджак и роскошно улыбнувшись свесившимся из окна дамочкам. Оливер закатил глаза на такое явное позерство и громко хмыкнул. Флинт встретился с ним взглядом и, видимо, оценив наглую усмешку на его губах, наигранно нахмурился и рявкнул:

— Ты, тупая, бесстыжая задница, Оливер Даррен Вуд! Спускайся немедленно. Оливер якобы недоуменно поднял брови и ткнул себя пальцем в грудь, словно уточняя, о ком это Флинт говорит. Но потом прыснул, не сдержавшись, и, перегнувшись через перила, ответил в свойственной ему манере:

— Хуй тебе.

— Я тебе рот с мылом вымою, — наигранно нахмурился Маркус, и Оливер лишь на долю секунды задумался, почему они ведут себя так, словно все замечательно.

— Сначала рискни подняться сюда. И что у тебя в пакете? — он вытянул шею и сощурился, но это не принесло никаких плодов. Впрочем, Оливер на самом деле и не рассчитывал рассмотреть, что там.

Маркус, словно только сейчас вспомнил об этом, спохватился и поднял пакет над головой, размахивая им.

— Взятка! — крикнул он, ничуть не смущаясь их неожиданных свидетелей, которых набралось уже почти с весь дом. — Булка и сосиска.

— Тьфу ты! А я думала, там бриллиант от Тиффани в 128 карат, — снова раздался рядом женский голос, но на обладательницу этой реплики тут же зашикали.

— Не в пакете же его возить, дурная!

И тут Оливер рассмеялся. Флинт с этой чертовой сосиской был во много раз круче любого тролля даже в лакированных туфлях.

— Поднимайся, — наконец разрешил он.

Маркус смерил шаткую, не внушающую доверия лестницу взглядом и отрицательно мотнул головой.

— Лучше ты спускайся.

— Хреновый из тебя принц, Флинт, — насмешливо протянул Оливер.

— Да и ты на принцессу не тянешь, — хмыкнул в ответ Маркус, но все-таки шагнул к лестнице.