Потому что ты (не) рядом

Это странно, но и у Джека достаточно заморочек. Ханзо останавливается перед ним и низко-низко кланяется, касаясь лбом пола.

Джек молча кивает, когда он выпрямляется.

Это логично, он спасал не столько мужа Ханзо, сколько своего ребенка. Но поблагодарить его, хоть так, Ханзо обязан. Хотя как за такое можно отблагодарить?

Они поговорят потом. Возможно, Джеку захочется самому убить тех, из-за кого Джесси оказался здесь. Возможно, это доставит ему удовольствие и немного уменьшит долг Ханзо перед ним.

Джек смотрит на него еще пару секунд, а потом шагает к Джесси. Садится с ним и Гейбом рядом, обнимает обоих, что-то шепчет Джесси, но Ханзо не разбирает, что именно.

Но вообще… Судя по его виду, он, должно быть, просит прощения за то, что не пришел раньше. Совершенно забыв о том, что это чудо, что он там был. Кстати, почему он там был? Откуда он знал, что Джесси грозит опасность?

А вот врачу — молодой красивой светловолосой женщине — Ханзо кланяется не так низко и говорит: «Спасибо». Он благодарен ей, но ни в чем перед ней не виноват.

И ее отблагодарить проще.

— Пожалуйста, Шимада-сан, — усмехается женщина несколько нервно. — Любой человек здесь спас бы вашего мужа. Любой врач. Мне просто повезло оказаться ближе всех.

— Не показалось, — смеется Джек. — Ты и в самом деле назвал меня папой. Есть ли у меня шанс услышать это снова?

— Эй! — возмущается Гейб. — А меня?

— Спасибо, — еще раз благодарит ее Ханзо. Он даже знал, как ее зовут, но забыл. Но он точно помнит, что практикует она нелегально. Ей дали разрешение на работу в городской больнице, но не на частную практику. — Чем я могу вас отблагодарить?

— Лично мне ничего не нужно, спасибо. — Женщина мягко качает головой.

— А не вам?

Она умна — и это приятно. Ханзо готов дать ей все, что угодно, но она не просит сразу и не просит для себя.

Очень… по-японски.

— А тебя надо называть папуля.

— Ну хорошо, что не дедуля.

Она молчит несколько секунд и легко кланяется Ханзо:

— Иногда мне приходится проводить сложные операции или лечить не самые простые заболевания. Люди здесь не могут позволить себе обычную больницу и тем более дорогие медикаменты. А я не могу покупать все на свои деньги, у меня столько нет.

— Составьте список. Медикаменты, аппаратура, перчатки-халаты — и что там еще нужно. Все, это будет в у вас в течение суток.

— Даже то, что можно купить только в Европе?

— Даже это.

Как именно люди отца будут все доставать, Ханзо не интересует. Его в принципе мало интересуют вот такие вещи, для них есть исполнители.

И кто-то из них участвовал в нападении на Джесси…

— Спасибо.

Ханзо кивает. Пожалуйста ему говорить не за что.

— Дедулей тебя будут называть внуки, — смеется Джесси. — Правда, я не планировал сообщать вам об этом так. Все должно было быть несколько более торжественно.

— Да куда уж торжественнее.

— С вашим мужем все… — женщина хмурится и сжимает губы, — в порядке. Насколько все может быть в порядке после купания с акулой. Никаких переломов, никаких серьезных повреждений.

— Кроме руки.

— Кроме нее, да. У меня нет аппарата УЗИ, и Шимада-сана стоит еще раз обследовать там, где есть больше оборудования, но, насколько я могу судить, дети в порядке. Сыворотка от столбняка на беременность никак не влияет, антибиотики… я подобрала самые мягкие. Но к гинекологу нужно, как и сделать более полный анализ крови. И еще — полный покой ближайшие две недели. Никакой беготни, никаких акул и никаких волнений. Омеги, конечно, выносливы, а беременность от истинной пары куда стабильнее, чем от любого другого альфы. Но его все равно стоит поберечь.

— Конечно.

Беречь его у Ханзо получается из рук вон плохо, но он старается. Однако милой женщине — Аманде? Анине? Нет, Ангеле, вот как ее зовут! — знать об этом не обязательно.

— Я принесу для него завтрак. И если вы хотите его забрать, то это можно делать уже сегодня.

— Спасибо.

Насчет забрать Ханзо не уверен. Если учесть, что в замке, скорее всего, сидят предатели, то тащить Джесси туда глупо. Правда, Джек — это прекрасная защита от всего, но нужно ли опять рисковать? Впрочем, Джесси вряд ли согласится оставаться в стороне.

Сейчас он сидит, обняв Гейба за шею и уткнувшись лицом Джеку в плечо. Родители обнимают его тоже — очень мирная такая, идеалистическая картина.

Жаль, что ее придется разрушить, но Ханзо должен знать, что случилось.

Джесси поднимает голову, смотрит на него и улыбается.

И кивает еще.

Боги, как же хорошо, что они снова могут друг друга слышать и многое понятно без слов.

Гейб хмыкает, Джек закатывает глаза, и они оба убираются с кровати на подоконник, давая Ханзо место.