Фандом: Лабиринт. Заключительная часть цикла «На перекрестке дорог». На Перекрестке приходит время очередного бала Тысячелетия. Хранительнице становится известно, что традиционно на этих балах один из гостей исчезает без следа. Ее попытка спасти своих друзей оборачивается крахом. Повелитель Авалона, лорд Ганконер становится новой жертвой или пешкой в непонятной игре. И наступает черед королю гоблинов Джарету сделать свой ход.
Добавить в моё избранное
229 мин, 23 сек 21315
Она не была похожа на фейри. По крайней мере, на современных. Бледное треугольное личико с большими глазами едва виднелось из-под копны длинных вьющихся волос, в которых запутались сухие ветки и листья. Слова всеобщего языка она выговаривала протяжно, почти напевно.
— Не рад, что тебя поймали на слове, Музыкант? — она откинула волосы за спину. На очень длинных пальцах блеснули когти.
«Нет, — понял Джарет, завороженно глядя на чудесное существо, — это не ветки, а рога, как у косули! Великий Хаос, да это же»…
— О боги… — Ганконер вытер рукавом глаза и кинулся к ожившей флйте так, словно умел летать.
— Стой! — Джарет ухватил его за шиворот, и они оба съехали по крутому склону.
— Какая эмоциональная встреча, — она отпрыгнула подальше и засмеялась, показав крупные зубы с острыми клыками. — Ты не ушибся, Музыкант?
— Нет… Джарет, пусти!
Джарет сделал подсечку. Ганконер снова зарылся носом в песок.
— Не спеши, кузен! Встретить одну из Древних, конечно, великая честь. Но я хочу сначала кое-что прояснить.
— В твоем голосе я не слышу ни малейшего почтения, король гоблинов, — она по-птичьи склонила голову набок. — Немедленно прекрати тиранить моего музыканта.
— Сначала скажи, что тебе от него нужно? — Джарет заслонил собой Ганконера.
Флейта кокетливо расправила подол короткой зеленой туники из грубой шерстяной ткани.
— Он знает, что.
— Джарет, отойди, — Ганконер отряхнулся от песка. — Прошу прощения… м-м-м… как позволишь называть тебя?
— Пусть будет Шейла, — она улыбнулась ему и снова посмотрела на Джарета. — Я не враг тебе, владыка Подземелья. Моя злость на тебя давно прошла.
— За то, что я пытался тебя сжечь или за то, что мне это не удалось? — уточнил Джарет.
— Приятно, что среди сидов еще встречаются действительно разумные экземпляры, — усмехнулась Шейла и по-кошачьи прищурила темные глаза. — Я уже предвкушаю удовольствие от нашего общения. Но сейчас не мог бы ты привести в чувство Аниалу? Мое появление стало для нее слишком сильным шоком.
Джарет медленно кивнул.
— Неудивительно.
Он направился к Аниале, стараясь при этом не терять из виду Шейлу.
— Интересная вы с ним пара, — она задумчиво посмотрела на Ганконера. — Почти уникальная.
— Мы не пара, — Ганконер сделал шаг к ней. — Джарет и я никогда…
Шейла тихо рассмеялась.
— Это не имеет значения, Музыкант. Я ведь знаю, кого ты выберешь, если придется выбирать. Не Алиссу и не меня. Ты выберешь Джарета. Если бы он уснул на сто лет, ты бы остался рядом беречь его сон. Вы делаете друг друга сильнее. Вы — пара, просто ты привык употреблять это слово в несколько ином смысле, — она широко улыбнулась. — Кстати, о том самом смысле. Учти, я не намерена освобождать тебя от опрометчиво данного слова.
— Я дал его вовсе не опрометчиво, — Ганконер медленно протянул руку и осторожно коснулся кончиками пальцев ее волос. — Ты ведь не исчезнешь?
Он был выше ее. Шейла прижалась щекой к его груди и обняла — крепко, как давно хотела.
— Не исчезну.
Руки у нее были тонкие, как ветки. Кончики рогов ощутимо кольнули в шею. Ганконер задохнулся от нахлынувших вдруг запахов леса — прелых листьев, звериных меток, переспевших ягод… Сердце рвалось на части от нежности. Защитить, уберечь от всех бед, стереть патину с ее волос. Пусть снова сияют красным золотом! И неважно, что Шейла старше его на сотни тысяч лет. И на столько же сильнее. Завернуть бы ее в плащ, унести далеко-далеко, на лесную поляну, где уютно журчит ручей и одуряюще пахнет клевером…
— Я сейчас утону в тебе, — Шейла не то усмехнулась, не то всхлипнула. — Слушай… Нет, не здесь. Пойдем к морю.
— Позволь, — Ганконер подхватил ее на руки. Она оказалась совсем легкой, словно птица.
Джарет хмуро проследил, как Ганконер уносит Шейлу за валуны. Удивительная у кузена способность ладить с существами, гораздо могущественнее его. С Эвиной они, помнится, были весьма дружны. Теперь Древняя. Кто следующий? Демон? Хотя нет, едва ли Шейла теперь к нему кого-нибудь подпустит. Отгулял, Ганконер.
Аниала застонала и открыла глаза. Обнаружила себя в объятьях Джарета и дернулась.
— Не вскакивай, а то голова закружится, — он медленно поднялся и поставил ее на ноги.
— Что это было? — Аниала облизнула губы. Морская горечь окончательно привела ее в чувство.
— Чудо, — Джарет усмехнулся, — Хорошо спланированное, но оттого не переставшее быть чудом. Как я понял, флейта каким-то образом подманила Тори Эника и заставила его выстрелить. Выстрел разбил чары… Хотя, чарами я бы это не назвал. Но так или иначе, она вернула себе прежний вид.
Аниала ухватилась подрагивающими пальцами за руки Джарета, хотя нужно было вырваться или оттолкнуть его. Близость мешала сосредоточиться.
— Не рад, что тебя поймали на слове, Музыкант? — она откинула волосы за спину. На очень длинных пальцах блеснули когти.
«Нет, — понял Джарет, завороженно глядя на чудесное существо, — это не ветки, а рога, как у косули! Великий Хаос, да это же»…
— О боги… — Ганконер вытер рукавом глаза и кинулся к ожившей флйте так, словно умел летать.
— Стой! — Джарет ухватил его за шиворот, и они оба съехали по крутому склону.
— Какая эмоциональная встреча, — она отпрыгнула подальше и засмеялась, показав крупные зубы с острыми клыками. — Ты не ушибся, Музыкант?
— Нет… Джарет, пусти!
Джарет сделал подсечку. Ганконер снова зарылся носом в песок.
— Не спеши, кузен! Встретить одну из Древних, конечно, великая честь. Но я хочу сначала кое-что прояснить.
— В твоем голосе я не слышу ни малейшего почтения, король гоблинов, — она по-птичьи склонила голову набок. — Немедленно прекрати тиранить моего музыканта.
— Сначала скажи, что тебе от него нужно? — Джарет заслонил собой Ганконера.
Флейта кокетливо расправила подол короткой зеленой туники из грубой шерстяной ткани.
— Он знает, что.
— Джарет, отойди, — Ганконер отряхнулся от песка. — Прошу прощения… м-м-м… как позволишь называть тебя?
— Пусть будет Шейла, — она улыбнулась ему и снова посмотрела на Джарета. — Я не враг тебе, владыка Подземелья. Моя злость на тебя давно прошла.
— За то, что я пытался тебя сжечь или за то, что мне это не удалось? — уточнил Джарет.
— Приятно, что среди сидов еще встречаются действительно разумные экземпляры, — усмехнулась Шейла и по-кошачьи прищурила темные глаза. — Я уже предвкушаю удовольствие от нашего общения. Но сейчас не мог бы ты привести в чувство Аниалу? Мое появление стало для нее слишком сильным шоком.
Джарет медленно кивнул.
— Неудивительно.
Он направился к Аниале, стараясь при этом не терять из виду Шейлу.
— Интересная вы с ним пара, — она задумчиво посмотрела на Ганконера. — Почти уникальная.
— Мы не пара, — Ганконер сделал шаг к ней. — Джарет и я никогда…
Шейла тихо рассмеялась.
— Это не имеет значения, Музыкант. Я ведь знаю, кого ты выберешь, если придется выбирать. Не Алиссу и не меня. Ты выберешь Джарета. Если бы он уснул на сто лет, ты бы остался рядом беречь его сон. Вы делаете друг друга сильнее. Вы — пара, просто ты привык употреблять это слово в несколько ином смысле, — она широко улыбнулась. — Кстати, о том самом смысле. Учти, я не намерена освобождать тебя от опрометчиво данного слова.
— Я дал его вовсе не опрометчиво, — Ганконер медленно протянул руку и осторожно коснулся кончиками пальцев ее волос. — Ты ведь не исчезнешь?
Он был выше ее. Шейла прижалась щекой к его груди и обняла — крепко, как давно хотела.
— Не исчезну.
Руки у нее были тонкие, как ветки. Кончики рогов ощутимо кольнули в шею. Ганконер задохнулся от нахлынувших вдруг запахов леса — прелых листьев, звериных меток, переспевших ягод… Сердце рвалось на части от нежности. Защитить, уберечь от всех бед, стереть патину с ее волос. Пусть снова сияют красным золотом! И неважно, что Шейла старше его на сотни тысяч лет. И на столько же сильнее. Завернуть бы ее в плащ, унести далеко-далеко, на лесную поляну, где уютно журчит ручей и одуряюще пахнет клевером…
— Я сейчас утону в тебе, — Шейла не то усмехнулась, не то всхлипнула. — Слушай… Нет, не здесь. Пойдем к морю.
— Позволь, — Ганконер подхватил ее на руки. Она оказалась совсем легкой, словно птица.
Джарет хмуро проследил, как Ганконер уносит Шейлу за валуны. Удивительная у кузена способность ладить с существами, гораздо могущественнее его. С Эвиной они, помнится, были весьма дружны. Теперь Древняя. Кто следующий? Демон? Хотя нет, едва ли Шейла теперь к нему кого-нибудь подпустит. Отгулял, Ганконер.
Аниала застонала и открыла глаза. Обнаружила себя в объятьях Джарета и дернулась.
— Не вскакивай, а то голова закружится, — он медленно поднялся и поставил ее на ноги.
— Что это было? — Аниала облизнула губы. Морская горечь окончательно привела ее в чувство.
— Чудо, — Джарет усмехнулся, — Хорошо спланированное, но оттого не переставшее быть чудом. Как я понял, флейта каким-то образом подманила Тори Эника и заставила его выстрелить. Выстрел разбил чары… Хотя, чарами я бы это не назвал. Но так или иначе, она вернула себе прежний вид.
Аниала ухватилась подрагивающими пальцами за руки Джарета, хотя нужно было вырваться или оттолкнуть его. Близость мешала сосредоточиться.
Страница 57 из 66
