Двенадцать подвигов Гарольда Финча

Сейчас он может собственноручно затянуть петлю на своей шее, но будь он проклят, если не попытается. Джон смотрит так пристально, словно пытается забраться под кожу, с такой надеждой, словно чего-то ждёт, и Гарольд решается. — И ещё из-за имени на моём запястье.

Открыть истину оказывается на удивление легко.

Джон замирает. Несколько секунд тянутся невыносимо долго — пока Джон с грохотом не откладывает приборы. Он тянет рукав наверх, срывает кожаный браслет, прежде чем Гарольд успевает сказать ещё хоть слово.

Немыслимая, жестокая, поразительная штука — жизнь.

Аккуратные буквы на загорелой коже запястья притягивают взгляд, и следующее, что чувствует Гарольд, — как позорно горят веки.

— Боже правый, Джон, мы же в общественном месте! — бормочет он, когда проворные пальцы тянутся к его запонке.

Джон изучает собственное имя так, словно не верит своим глазам, а Гарольду кажется, что все посетители ресторана только на них и смотрят. На красивого молодого мужчину и маленького очкарика в глупом претенциозном костюме.

На родственные души.

Наконец Джон шумно выдыхает через нос и принимается тщательно застёгивать запонку Гарольда. Поправляет собственный рукав.

— Что ж, — произносит Джон немного ниже обычного. Скулы у него полыхают, и Гарольд обречённо позволяет себе счесть это зрелище очаровательным. — Думаю, нам стоит за это выпить.

Официант приносит бутылку шампанского и улыбается так понимающе, что Гарольд хочет провалиться сквозь землю.

— Прости, что меня не было так долго, — тихо говорит Джон позже, когда они выходят из ресторана. Апрель выдался тёплым, они оба выпили чуть больше, чем следует, и теперь неспешно бредут по улице.

— Возможно, всё просто случилось в своё время, — улыбается Гарольд. В голове шумит от алкоголя и восторга, рука Джона касается его спины, и он едва чувствует землю под собой.

Улыбка у Джона грустная, а рука горячая и уверенная.

— Когда я увижу тебя снова? — спрашивает он.

Финч предпочёл бы затащить Джона в такси и увезти с собой прямо сейчас, но для этого он недостаточно пьян.

— Завтра, — отвечает он. — Тебе будет удобно в пять?

— Здесь же?

— На сорок девятой есть стейк-хаус. Там уютно. И прекрасно готовят, — Гарольд помнит, что Джон наслаждался каждым походом в этот ресторан, а сейчас Финч как никогда хочет доставить ему удовольствие.

Мысли его принимают опасный оборот, когда Джон широко улыбается.

— Я знаю, где это.

Они доходят до конца улицы в уютном молчании.

— Я должен многое тебе рассказать, Гарольд, — признаётся Джон. — Но сегодня я слишком счастлив для этого.

— Я и не тороплюсь.

Финч знает о мистере Ризе всё. Он подождёт.

По настоянию Джона Гарольд садится в такси первым. За окном полыхает вечерний Нью-Йорк. Финч прикрывает глаза.

Если это — счастье, он научится быть счастливым. Если он должен был потерять Джона, чтобы обрести его — он не будет сожалеть о заплаченной цене.

— Хорошо провели вечер?

Таксистка совсем молоденькая, и ей явно хочется поговорить.

— Да, благодарю, — чопорно откликается Гарольд.

— Я так рада это слышать, — голос у девушки мелодичный и смутно знакомый. — Ты ведь столько работаешь, Гарри.

Финч вздрагивает. В зеркале заднего вида отражаются смеющиеся карие глаза, светлая чёлка.

«Двадцать шесть лет, — думает Финч. — Боже, дай мне терпения».

— Мисс Гроувз, — он кивает и поворачивается к окну. — Вы нашли меня раньше, чем я рассчитывал.

У Рут загораются глаза.

— Неужели я попала в поле зрения твоей волшебной Машины?

— Боже, нет. Вы очень осторожны. Я просто знал о вашем существовании.

— От кого же?

— От полковника Фьюри.

Гарольд лжёт. О том, что Рут состоит в Щ. И.Т.-е, он случайно узнал от Коулсона, но предпочёл не заострять на этом внимания. Филу и так хватало проблем в связи с грядущим повышением, а у Гарольда были свои планы на Саманту Гроувз.

Рут поджимает губы.

— Фьюри обо мне не знает.

Гарольд вспоминает безумную женщину, которая рассказывала ему про тренинги для развития доверия в команде («закрываешь глаза — и падаешь») и шантаж одного высокопоставленного лица, дуло пистолета и тёплое тело Корвин на соседнем сидении.

Возможно, война началась раньше, чем он рассчитывал.

В первую встречу с Рут Гарольд выбрал отточенную осторожность. Сейчас элементарный риск выглядит куда более привлекательным вариантом — то ли потому что Рут кажется совсем девочкой, то ли потому что Гарольд уже слишком сильно отклонился от изначального курса.

— Вы состояли в Щ. И.Т.-е, тренировались с младшим составом, но так и не смогли пройти проверку, чтобы попасть на более высокий уровень, — ровно произносит он.