Двенадцать подвигов Гарольда Финча

Мистер Финч, если вы сумеете подняться с постели, то всё станет предельно ясно.

В подобных ситуациях выбирать не приходится. Гарольд медленно поднимается на ноги и, опираясь на Стрэнджа, ковыляет за ширму. На короткое мгновение ему кажется, что его поддерживает даже плащ, но это, разумеется, игра воображения. Финч слышал про Стивена Стрэнджа, даже подумывал обратиться к нему за помощью после взрыва на пароме, но оказалось, что знаменитый хирург перестал практиковать и, кажется, отправился искать истину в Тибет. Гарольд не знает, что обнаружил Стрэндж в Тибете, но съездил он явно не зря: у Стивена грубые неловкие пальцы с вздувшимися венами и множеством шрамов, человеку с такими руками закрыт доступ к операционной. Зато неожиданно отчётливо вспоминается тот фокус с проходом, который Стрэндж устроил на лестнице. Теперь Гарольд почти готов поверить, что ему не почудилось.

А потом он видит Джона.

Лицо Джона серое, неестественно бледное, и кажется, что всё его тело — сильное, неукротимое, надёжное — превратилось в кокон бинтов и проводов. У него прерывистый пульс, и взгляд Гарольда останавливается на жалкой трясущейся линии.

— Кто? — сипит он. — Как?

— Мистер Старк, — отвечает ему Стрэндж. — У него есть специальный… костюм для подобных ситуаций.

Гарольд застывает. Он вспоминает по-мальчишески горящие глаза Нейтана, наделавший шуму выпуск новостей, щегольски одетого мужчину, выступающего с трибуны.

— Тони Старк, — Гарольд горько усмехается. — Железный Человек. Спасибо. А я так до конца и не поверил, что вы говорили правду.

— Не сомневайтесь, — голос Тони становится серьёзным. — И я не один. Хотели сформировать целую команду… таких как я. Вроде того. Даже название придумали — «Мстители».

— И что случилось потом? — Гарольд не может отвести от Джона взгляд.

Живой.

— Потом? — Старк медлит. — С чего вы взяли, что было «потом»?

— Я не вижу команды, мистер Старк. Да и вы сказали «хотели». Что пошло не так?

Старк невесело усмехается.

— Всё развалилось. Полетело к чертям. А теперь мы пытаемся… сделать хоть что-то.

Финч вздыхает.

— Звучит знакомо. Простите, но что сказали врачи? Кто его осматривал?

— Джон Риз умирает, сэр.

У Вижена ровный голос, вежливые, выверенные интонации, и это выбивает почву из-под ног.

— Вы спасли его, чтобы он умер? Снова?

— Я вытащил его с крыши, чтобы дать вам шанс, — Старк морщится. — Я знаю, что вы практичный человек и ставите факты превыше всего, но вы создали один из мощнейших искусственных интеллектов в мире, вы создали Машину и знаете, что нет предела для познания мира. Ваше творение выжило, но ей мало просто существовать! Она такая же, как вы, ей нужно действовать, защищать, менять мир! Ради всего святого, не смотрите на меня так! — он хватает Финча за руку. — Послушайте, я знаю, как безумно это звучит, но Стивен может отправить вас обратно. Вы будете здоровы, подвижны. Нейтан Ингрэм будет жить. Джон Риз будет жить. Вы всё измените. Предотвратите взрыв на пароме, спасёте Саманту Гроувз. Женитесь на Грейс Хендрикс. Понимаете?

— Нет, — честно отвечает Финч. — В данный момент, мистер Старк, для меня очевидно, что правительству Соединённых Штатов снова понадобилась Машина, а значит, Самаритянин полностью уничтожен. Моя цель достигнута.

— И вы можете смириться с ценой?

В дверях стоит молодой мужчина ¬— крепко сложенный, светловолосый.

— Вы дорого заплатили за достижение этой цели, — сухо замечает он. — А сейчас вам предлагают уникальный шанс. Стрэндж готов во второй раз нарушить законы природы.

Гарольд неловко поворачивается к Стрэнджу, который всё также поддерживает его под локоть.

— Что случилось в первый?

— Пришлось обернуть время вспять. Создал в Гонконге временную петлю, чтобы мир не сгорел дотла. Долгая история, а у нас осталось минут пятнадцать.

Самодовольства у Стрэнджа хватит на пятерых, но на лжеца он решительно не похож.

— И вы думаете, что я в это поверю? Во временные петли? Вы переоцениваете широту моих взглядов, — Финч вздёргивает подбородок. Иных способов продемонстрировать независимость он не видит.

— Единственное доказательство, которое вы получите, окажется у вас в руках уже после путешествия в прошлое. И тогда вы поймёте, что я говорил правду.

— Вы шутите?

— Нет, мистер Финч, — Стрэндж улыбается и сразу становится похож на обычного человека. — Считайте это астральным путешествием. Вы попадёте в своё же тело. В свою жизнь. А как только всё встанет на места, петля разрушится. Никакого Самаритянина. Никаких лишних смертей.

— Лишних?

— Ну, Джон Риз будет жить, — уточняет Стрэндж, приподняв бровь. — Этого недостаточно?

Гарольд замолкает.

Где-то очень далеко шумит город.