Мотылёк

Маленький неопрятный мальчик в растянутой футболке неприятно улыбался. Он больше не перевоплощался в моих старых знакомых, не пытался мне что-то доказать. Он просто стоял в паре метров от меня, засунув руки в карманы, и задумчиво смотрел, как ветер пригибает ветки жасминовых кустов.

— Неужели я так громко думаю, — спросил я, подняв бровь.

— Даже не представляешь, насколько! Иногда от твоих мыслей голова трещит так, как будто я выпил бутылку огневиски.

В моей голове роились сотни вопросов, которые я хотел задать Совести.

— Давай я отвечу на самые главные из них? — предложил он.

Я подумал и кивнул. Так будет проще. Мальчишка рассмеялся и повернул ко мне голову.

— Я сказал что-то смешное? — спросил я более резко, чем хотел.

— Да так… Северус Снейп ищет простой путь. Это так не похоже на вас, профессор, — он замолчал и не спеша сделал десяток шагов в мою сторону. — Тебе выпала уникальная возможность заглянуть себе в голову, не сверля в ней дырок. Знаешь, такой бардак твориться не только в твоем подсознании, — доверительно сообщил он мне.

— Неужели? Ты меня почти успокоил.

— Поверь, ты не так уж и безнадежен. Полная анархия, не поддающаяся логическому объяснению, — привилегия женщин. Маленькие девочки мечтают о пони и фарфоровых куклах с золотыми кудряшками. Это так мило. Гадкое слово, Северус, от него во рту становиться слишком приторно. Девочки-подростки фантазируют о принце на новенькой метле. Обязательно, чтобы был красивым, умным и богатым. Ах да! Золотистые локоны тоже входят в стандартный набор. Но самое интересное — это фантазии женщин, — сделав театральную паузу, Совесть внимательно посмотрел мне в глаза. Не знаю, какой реакции он ожидал, но, видимо, остался доволен.

— Совсем молоденькие и глупые, зрелые, подгнившие — они как персик, лежащий у тебя в кармане. Повернешь одной стороной — спелые, сочные, красивые. Другой — кислые, самовлюбленные и перезревшие.

— Вижу, Совесть, ты в полном восторге от женщин, — заметил я, вытащив из кармана тот самый персик, о котором говорил мой маленький «друг».

Плод действительно выглядел аппетитно лишь с одной стороны, с другой же — был немного примят и испорчен. Я размахнулся и забросил фрукт в ближайший куст жасмина. Не люблю сладкое.

— Не то слово! Но все, абсолютно все женщины — будь то маггла или волшебница — мечтают об идеальном мужчине. Согласись, что удобно рисовать в своем воображении этакого идеального любовника с пронзительным взглядом, властным характером и небывалым интеллектом. Это гораздо интересней, чем каждый день видеть рядом ворчливого мужа, который любит часами сидеть в кресле возле камина, пить виски и читать газету. А потом разглагольствовать о начале нового сезона квиддича, повышении цен на летучий порошок и охоте на сквагеров.

— Очень яркое описание. Во многом я с тобой согласен, — медленно произнес я и задумчиво потер подбородок.

— Се-ве-рус, — произнес Совесть по слогам. — Ты согласен с каждым моим словом. Потому что я говорю то, о чем когда-то думал ты сам. И я не боюсь «думать» вслух. Потому что когда волшебник начнет договариваться со своей совестью — он будет лгать себе. А это непростительно.

— Допустим. Но что ты имеешь в виду?

— Только то, что мужчины не очень отличаются в этом плане от женщин. Например, ты создал свой идеал. Мотылек красива, послушна и отчаянно любит тебя. Чем не мечта любого мужчины? Впрочем, это риторический вопрос.

Мальчишка замолчал, опустил голову и сосредоточенно начал ковырять носком ботинка землю. Бессмысленное и глупое занятие.

— Отчего же? Может, в этом месте зарыт клад, а я его откопаю, — усмехнулся Совесть. — Ты уже знаешь, чего хочешь?

— Да, — честно ответил я.

— Хорошо, — одобрительно кивнул он. — Ты усвоил три главных урока и готов двигаться дальше.

— Что еще за уроки? — я удивленно посмотрел на собеседника. Пока я здесь находился, со мной произошло много разнообразных вещей, но вот уроки мне здесь не давали.

— Конечно, давали! Но ты как всегда слышишь только то, что хочешь слышать, — пояснил Совесть. — Первый урок — это терпение, второй — сомнение, а третий — знание. Теперь ты больше не боишься потерять Гермиону. Это самое главное.

— Ты так считаешь?

— Я уверен.

Задумчиво посмотрев на него, я спросил:

— Смогу ли я когда-нибудь вернуться сюда?

— Конечно, если захочешь, — ответил Совесть и бесшумно растворился в воздухе, легко и просто, не утруждая себя попрощаться со мной.

Ветер подул и охватил меня смесью цветочных ароматов. Я поморщился: слишком сладко. Солнце устало и с каждым мгновением все скорее опускалось за горизонт. Время в этом месте текло так, как ему хотелось. Сегодня оно решило нестись быстрее Хогвартского экспресса. Еще немного, и мой третий день здесь закончится. Да и сам я скоро уйду.