Фандом: Ориджиналы. В том, что они очутились в фагрендских северных катакомбах, отрезанные от всего остального мира, промокшие, продрогшие и усталые, была вина только Драхомира Астарна, который по своей дурости разозлил гордых и крайне вспыльчивых фагрендцев так, что те в одно мгновение схватились за вилы, копья и кинжалы и гнались за ними вплоть до входа в катакомбы, который тут же задвинули тяжёлым валуном — судя по слухам и разным старым легендам, вход и выход в фагрендские катакомбы был один-единственный.
Добавить в моё избранное
48 мин, 56 сек 10984
Как следует выспавшись в Кроминских гробницах, он был готов к долгому переходу вроде вчерашнего — к невыносимо длинным лестницам, бесконечным коридорам, пещерам и снова лестницам. Мир Астарн ожидал новой порции ворчания Гарольда, скорой усталости и ненависти к каким-либо катакомбам и пещерам. Он ожидал новой встречи с существами вроде големов (или другими существами, населявшими фагрендские катакомбы).
Плащ Карателя был всё ещё на Мире — чёрный, шерстяной, очень тёплый. Нужно заметить, что за последний год Драхомир сильно вырос, так что плащ уже не волочился за ним по земле, как это часто бывало ранее, а пришёлся почти по росту. Теперь Мир не мёрз в катакомбах, как до привала в гробницах. Теперь он чувствовал себя вполне неплохо, хоть чувство голода никуда не исчезло, а жажда была удалена лишь отчасти.
Однако теперь всё прошло куда проще — сразу после Кроминских гробниц располагались красивые пещеры, чем-то напоминающие калмские подземелья. Стены там были всех оттенков белого, серого и голубого, колонны были прозрачными, а в выложенный белым камнем пол можно было смотреться, словно в зеркало. Зеркала тут тоже были — высокие, хрустальные. В них виднелись призраки, тени каких-то людей, должно быть, живших когда-то давно здесь, на Фагрендии. Это место напоминало Драхомиру малый тронный зал Кханготенского дворца, где в пять лет он умудрился поджечь гардины. Только окон здесь не было.
После этих красивых пещер был мост — с резными перилами и тяжёлыми металлическими цепями. Мост был куда больше похож на остальные катакомбы, нежели те пещеры. Он не напоминал те изящные кханготенские сооружения. Он был более мрачен и основателен даже на вид. Мост этот несколько шатался, когда Гарольд и Мир на него ступили, но, впрочем, в остальном казался достаточно надёжным, чтобы решиться по нему пройти.
Лестница тут тоже была — одна и всего лишь на двадцать ступенек. Сразу после моста. Сразу за ней находилась массивная дверь, украшенная резьбой и огромными ручками в виде кобр. Каратель отпер дверь ключом из своей связки — Драхомир так и не понял, откуда у него были эти ключи, впрочем, не спешил спрашивать (это можно было сделать и в академии, после возвращения, когда Гарольд как следует отужинает и отдохнёт).
За дверью была огромная комната — язык не поворачивался называть это место пещерой. Стены здесь были обшиты мрамором, а полом служили огромные гранитные плиты. Потолок был отполирован так, что казался огромным тёмным зеркалом. Мебель тут тоже была — пятнадцать кресел вдоль каждой стены. А ещё — посреди комнаты лежал огромный овальный ковёр, видавший лучшие времена, уже очень старый и потёртый, хотя, Мир был в этом уверен, гостей фагрендских катакомб, что добирался до этого места, было не так уж-то и много. В одной стене была ниша — не слишком глубокая, но с узкой щелью прямо посередине.
Каратель подошёл к этой нише, достал из кармана куртки стилет со странным, светящимся лезвием, провёл этим лезвием по щели и едва успел отстраниться — в нише появился портал. Портал был окружён тусклым оранжевым свечением, которое в самом центре сменялось на светло-голубое.
Драхомир подошёл чуть ближе. Свечение вокруг портала плавно меняло свой цвет — от оранжевого оно стало салатового цвета, от салатового изумрудным, а после и вовсе засияло белоснежным огнём. И вдруг снова сменилось — на багровое. И сердцевина вдруг тоже сменила цвет — на алый, словно свежая кровь. Портал манил к себе, звал и одновременно отталкивал, пугал, отстранял. Каратель обернулся, сделал шаг навстречу Миру и ободряющим жестом сжал его плечи.
— Драхомир Астарн, — Гарольд заглянул ученику в глаза, посмотрев столь серьёзно, что у того не хватило духу его перебить, — ты доверишь мне свою жизнь?
Мир посмотрел в портал. Что-то страшное темнело в его глубине. Что-то необъяснимое. Пугающее. От Ядра веяло чем-то таким, с чем едва ли возможно было справиться. Уж без должных привилегий и сил — так точно. Он подумал, что погибнуть в Ядре — далеко не худший вариант. А следом — что Каратель всегда спасал его, всегда принимал удар на себя. Если смерть ожидает его, Драхомира, подумал Астарн, она ожидает и Гарольда Анкраминне тоже. Он посмотрел на Карателя — тот выглядел чересчур настороженным и собранным. Сердце пропустило удар.
— Да, — уверенно кивнул Мир. — Я доверю.
А потом… Потом Гарольд приказал ученику шагнуть в портал. Он не объяснял, не просил, не требовал — он приказал. И Мир послушно сделал шаг вперёд, подойдя вплотную к порталу, что до свечения можно было дотронуться рукой, и усилием воли заставил себя запрыгнуть туда (на это понадобилось много сил, потому что ноги почему-то не хотели ступать туда, потому что больше всего на свете захотелось отойти в сторону).
Ядро встретило его потоком невыносимо густой энергии. Слишком сильной. Слишком яркой. Слишком переменчивой. Она захлёстывала сознание Драхомира целиком, она вышибла из его головы все мысли, кроме странного, необъяснимого восторга и ужаса.
Плащ Карателя был всё ещё на Мире — чёрный, шерстяной, очень тёплый. Нужно заметить, что за последний год Драхомир сильно вырос, так что плащ уже не волочился за ним по земле, как это часто бывало ранее, а пришёлся почти по росту. Теперь Мир не мёрз в катакомбах, как до привала в гробницах. Теперь он чувствовал себя вполне неплохо, хоть чувство голода никуда не исчезло, а жажда была удалена лишь отчасти.
Однако теперь всё прошло куда проще — сразу после Кроминских гробниц располагались красивые пещеры, чем-то напоминающие калмские подземелья. Стены там были всех оттенков белого, серого и голубого, колонны были прозрачными, а в выложенный белым камнем пол можно было смотреться, словно в зеркало. Зеркала тут тоже были — высокие, хрустальные. В них виднелись призраки, тени каких-то людей, должно быть, живших когда-то давно здесь, на Фагрендии. Это место напоминало Драхомиру малый тронный зал Кханготенского дворца, где в пять лет он умудрился поджечь гардины. Только окон здесь не было.
После этих красивых пещер был мост — с резными перилами и тяжёлыми металлическими цепями. Мост был куда больше похож на остальные катакомбы, нежели те пещеры. Он не напоминал те изящные кханготенские сооружения. Он был более мрачен и основателен даже на вид. Мост этот несколько шатался, когда Гарольд и Мир на него ступили, но, впрочем, в остальном казался достаточно надёжным, чтобы решиться по нему пройти.
Лестница тут тоже была — одна и всего лишь на двадцать ступенек. Сразу после моста. Сразу за ней находилась массивная дверь, украшенная резьбой и огромными ручками в виде кобр. Каратель отпер дверь ключом из своей связки — Драхомир так и не понял, откуда у него были эти ключи, впрочем, не спешил спрашивать (это можно было сделать и в академии, после возвращения, когда Гарольд как следует отужинает и отдохнёт).
За дверью была огромная комната — язык не поворачивался называть это место пещерой. Стены здесь были обшиты мрамором, а полом служили огромные гранитные плиты. Потолок был отполирован так, что казался огромным тёмным зеркалом. Мебель тут тоже была — пятнадцать кресел вдоль каждой стены. А ещё — посреди комнаты лежал огромный овальный ковёр, видавший лучшие времена, уже очень старый и потёртый, хотя, Мир был в этом уверен, гостей фагрендских катакомб, что добирался до этого места, было не так уж-то и много. В одной стене была ниша — не слишком глубокая, но с узкой щелью прямо посередине.
Каратель подошёл к этой нише, достал из кармана куртки стилет со странным, светящимся лезвием, провёл этим лезвием по щели и едва успел отстраниться — в нише появился портал. Портал был окружён тусклым оранжевым свечением, которое в самом центре сменялось на светло-голубое.
Драхомир подошёл чуть ближе. Свечение вокруг портала плавно меняло свой цвет — от оранжевого оно стало салатового цвета, от салатового изумрудным, а после и вовсе засияло белоснежным огнём. И вдруг снова сменилось — на багровое. И сердцевина вдруг тоже сменила цвет — на алый, словно свежая кровь. Портал манил к себе, звал и одновременно отталкивал, пугал, отстранял. Каратель обернулся, сделал шаг навстречу Миру и ободряющим жестом сжал его плечи.
— Драхомир Астарн, — Гарольд заглянул ученику в глаза, посмотрев столь серьёзно, что у того не хватило духу его перебить, — ты доверишь мне свою жизнь?
Мир посмотрел в портал. Что-то страшное темнело в его глубине. Что-то необъяснимое. Пугающее. От Ядра веяло чем-то таким, с чем едва ли возможно было справиться. Уж без должных привилегий и сил — так точно. Он подумал, что погибнуть в Ядре — далеко не худший вариант. А следом — что Каратель всегда спасал его, всегда принимал удар на себя. Если смерть ожидает его, Драхомира, подумал Астарн, она ожидает и Гарольда Анкраминне тоже. Он посмотрел на Карателя — тот выглядел чересчур настороженным и собранным. Сердце пропустило удар.
— Да, — уверенно кивнул Мир. — Я доверю.
А потом… Потом Гарольд приказал ученику шагнуть в портал. Он не объяснял, не просил, не требовал — он приказал. И Мир послушно сделал шаг вперёд, подойдя вплотную к порталу, что до свечения можно было дотронуться рукой, и усилием воли заставил себя запрыгнуть туда (на это понадобилось много сил, потому что ноги почему-то не хотели ступать туда, потому что больше всего на свете захотелось отойти в сторону).
Ядро встретило его потоком невыносимо густой энергии. Слишком сильной. Слишком яркой. Слишком переменчивой. Она захлёстывала сознание Драхомира целиком, она вышибла из его головы все мысли, кроме странного, необъяснимого восторга и ужаса.
Страница 12 из 14
