У этого арлекина десятки мёртвых душ на счету, но убивать эту девушку он не будет, хотя очень хочется ощутить пульсации её маленького сердечка в своей ладони.
75 мин, 15 сек 9493
На данный момент Клэр находится в гостях у своей младшей кузины. Да, это та самая женщина-специалист по чаю. Она неплохо зарабатывает на этом. Клэр несколько часов назад приехала в гости к Линде, чтобы как-то морально ей помочь, хотя причина ей стала известна сравнительно недавно. Несмотря на то, что они довольно близкие родственницы, по их внешнему виду и характерам это не скажешь. У старшей Уокер от природы были рыжие волосы, но она постоянно их осветляет и красит в разные цвета, но в её основной палитре — синий и фиолетовый. Нет, к неформалам Клэр себя не приписывает. Она считает, что цвет волос — это не определитель того, поклоняешься ты Люциферу или же считаешься ярым фанатом культуры выделения. Если цвета безумно красивые, то почему бы и не окрасить волосы? Глаза женщины были каре-зелёные, а на лице постоянно не было ни радости, ни гнева, а лишь одна эмоция — вечное спокойствие. Клэр села рядом с сестрой, держа в руках кружку с каким-то другим, по всей видимости, зелёным чаем.
— К Фрэнку? Ты считаешь меня за сумасшедшую? Так и знала… — Линда недовольно отвела взгляд в сторону и сделала маленький глоток напитка. Девушка не рассказывала своей старшей кузине о клоуне, но рассказала о снах и о своём беспокойстве за близкую подругу. Очень обидно, когда говоришь чистую правду, а тебя готовы прямо сейчас отдать в руки к психиатру, к которому приходилось ходить когда-то в детстве.
— Я лишь предложила. Ты же помнишь, как ты ужасно себя чувствовала после того случая с Викторией? Фрэнк тебе очень помог… — Только женщина хотела продолжить, как её перебила брюнетка.
— Помог, напичкав меня таблетками, после которых у меня около недели были страшные ночные галлюцинации. Прекрасная помощь…
— Но согласись, что потом твои сны и мысли наладились, а нервы восстановились. Пойми его правильно: он хотел, как лучше для тебя, с чем успешно справился.
— Пф-ф-ф… — Линда недовольно закатила глаза, — через боль и страдания, конечно.
— В общем, если тебе дорога твоя психика, то сходи к Фрэнку. Он до сих пор в Лондоне, только поменял филиал. — Клэр достала из сумки маленький листочек и ручку. — Я напишу тебе адрес и номер телефона. Он долго тебя не видел, но мы с ним разговаривали около месяца назад. Держи. — Женщина протянула Уокер бумажку, а та её взяла и с недовольным выражением лица покрутила в руке.
— Хорошо. Я схожу к Фрэнку. Но, если он снова предложит пить какие-либо таблетки, я сразу скажу ему «адьос». — Зеленоглазая убрала в карман шорт записку и продолжила пить чай. — Помню, у него был сын. Чарли. Как он?
— Кстати о нём. Когда мы разговаривали, этот молодой человек вспомнил о тебе. Ох, как вы хорошо дружили когда-то в детстве… Кажется, мама мечтала о том, чтобы он стал твоим спутником по жизни. Неужели ты ещё себе никого не нашла? Это ты тормозишь или за тобой и правда ещё никто не бегает? — Игриво спросила синеволосая. На её слова Линда недовольно закатила глаза. У неё уже есть ухажёр, правда трудно его таковым назвать, но говорить о Смеющимся Джеке она, конечно, не будет.
Сёстры просидели за долгими диалогами около двух часов, но ни слова о самой главной проблеме темноволосой особы не было сказано. Оно и к лучшему: меньше знаешь, крепче спишь. Интересно, как Линда будет спать сегодня. Ей хотелось хорошенько выспаться, чтобы прийти к Фрэнку завтра с чистой и светлой головой. Если он обнаружит, что в её голове каша, то тут же поднимет тревогу и заставит глотать пилюли одну за другой. Отвратительные безвкусные пилюли, от которых по ночам спишь, как на иголках и чувствуешь отвратительные искажения внутри своего тела.
Линда, не спеша, шла по Аламеда-Стрит и иногда дёргалась от каких-то подозрительных шорохов за спиной. Казалось, будто за ней следят, только вот кто? Не трудно догадаться, однако не стоит быть уверенным. Дойдя до нужного дома и подойдя к четвёртому подъезду, девушка набрала пятьдесят шестую квартиру. Тут же её впустили без лишних разговоров. Через некоторое время она уже стояла напротив двери квартиры, а её рука, одетая в элегантную чёрную перчатку, аккуратно постучалась. Дверь открылась: за ней стоял мужчина лет сорока пяти; его глаза были добрые и тусклые, а от дружелюбной улыбки у глаз появились свежие морщины.
— К Фрэнку? Ты считаешь меня за сумасшедшую? Так и знала… — Линда недовольно отвела взгляд в сторону и сделала маленький глоток напитка. Девушка не рассказывала своей старшей кузине о клоуне, но рассказала о снах и о своём беспокойстве за близкую подругу. Очень обидно, когда говоришь чистую правду, а тебя готовы прямо сейчас отдать в руки к психиатру, к которому приходилось ходить когда-то в детстве.
— Я лишь предложила. Ты же помнишь, как ты ужасно себя чувствовала после того случая с Викторией? Фрэнк тебе очень помог… — Только женщина хотела продолжить, как её перебила брюнетка.
— Помог, напичкав меня таблетками, после которых у меня около недели были страшные ночные галлюцинации. Прекрасная помощь…
— Но согласись, что потом твои сны и мысли наладились, а нервы восстановились. Пойми его правильно: он хотел, как лучше для тебя, с чем успешно справился.
— Пф-ф-ф… — Линда недовольно закатила глаза, — через боль и страдания, конечно.
— В общем, если тебе дорога твоя психика, то сходи к Фрэнку. Он до сих пор в Лондоне, только поменял филиал. — Клэр достала из сумки маленький листочек и ручку. — Я напишу тебе адрес и номер телефона. Он долго тебя не видел, но мы с ним разговаривали около месяца назад. Держи. — Женщина протянула Уокер бумажку, а та её взяла и с недовольным выражением лица покрутила в руке.
— Хорошо. Я схожу к Фрэнку. Но, если он снова предложит пить какие-либо таблетки, я сразу скажу ему «адьос». — Зеленоглазая убрала в карман шорт записку и продолжила пить чай. — Помню, у него был сын. Чарли. Как он?
— Кстати о нём. Когда мы разговаривали, этот молодой человек вспомнил о тебе. Ох, как вы хорошо дружили когда-то в детстве… Кажется, мама мечтала о том, чтобы он стал твоим спутником по жизни. Неужели ты ещё себе никого не нашла? Это ты тормозишь или за тобой и правда ещё никто не бегает? — Игриво спросила синеволосая. На её слова Линда недовольно закатила глаза. У неё уже есть ухажёр, правда трудно его таковым назвать, но говорить о Смеющимся Джеке она, конечно, не будет.
Сёстры просидели за долгими диалогами около двух часов, но ни слова о самой главной проблеме темноволосой особы не было сказано. Оно и к лучшему: меньше знаешь, крепче спишь. Интересно, как Линда будет спать сегодня. Ей хотелось хорошенько выспаться, чтобы прийти к Фрэнку завтра с чистой и светлой головой. Если он обнаружит, что в её голове каша, то тут же поднимет тревогу и заставит глотать пилюли одну за другой. Отвратительные безвкусные пилюли, от которых по ночам спишь, как на иголках и чувствуешь отвратительные искажения внутри своего тела.
Кто тебя беспокоит?
Эта часть города, в которой на данный момент живёт Фрэнк, сильно отличалась от общей картины: здесь дома стоят «вроссыпную» и эти самые дома очень старые, тёмные и прогнившие в некоторых местах; за углом тебя может подстерегать кучка средних размеров крыс, поедающих остатки протухшей еды. Кошек здесь нет, как и собак, поэтому на улицах абсолютная тишина, и даже прохожие молча, опустив головы вниз, бродят по улочкам, спешат по своим делам, а так просто здесь никто не гуляет — понятно, по какой причине. Глухое место, но не спокойное. Всё же тут есть какое-то будто бы странное напрягающее облако сверху. Хотя, возможно, так просто кажется из-за всей этой мрачной атмосферы.Линда, не спеша, шла по Аламеда-Стрит и иногда дёргалась от каких-то подозрительных шорохов за спиной. Казалось, будто за ней следят, только вот кто? Не трудно догадаться, однако не стоит быть уверенным. Дойдя до нужного дома и подойдя к четвёртому подъезду, девушка набрала пятьдесят шестую квартиру. Тут же её впустили без лишних разговоров. Через некоторое время она уже стояла напротив двери квартиры, а её рука, одетая в элегантную чёрную перчатку, аккуратно постучалась. Дверь открылась: за ней стоял мужчина лет сорока пяти; его глаза были добрые и тусклые, а от дружелюбной улыбки у глаз появились свежие морщины.
Страница 17 из 20