Фандом: Гарри Поттер. Молли Уизли просит сына слетать к соседям и занять у них немного летучего пороха.
Добавить в моё избранное
12 мин, 44 сек 7977
Понедельник так и норовит занять место четверга, а среда — субботы. Вы ведь будете чай?
Если у человека такой бардак в голове, что же твориться у него на кухне? Пить чай в этом доме совсем не хотелось. Но мистер Лавгуд встал с кресла, прислонил раскрытую тетрадь к кусту синих роз и пошел внутрь дома. Если честно, мне было интересно, как выглядит дом изнутри, поэтому я двинулся следом.
Кухня, она же гостиная и кабинет мистера Лавгуда, стараниями отсутствующей Полумны, должно быть, выглядела вполне уютно. С потолка свисали щелкающие модели неизвестных магической науке чудищ. Стульев нигде не было видно. Лавгуд скинул с диванчика кучу разных журналов и предложил мне сесть.
— Что вы думаете о социальной адаптации садовых гномов в маггловской среде?
— Садовых гномов? — удивился я, — садовые гномы хуже кротов. Если их не гонять, они сожрут всю клубнику. А ещё они воруют вилки. Стоить оставить на веранде вилку… Мы с Джорджем…
Мистер Лавгуд покачал головой.
— Всё дело в социальной адаптации… Ах да, чай!
«Вот уж зануда». Мой взгляд упал на один из журнальчиков, скинутых Лавгудом с дивана. Журнал был маггловский. Я сначала не понял, что изображено на фото, картинка была перевернута. Я взял журнал в руки и стал вертеть его. «Весёлые мотоциклисты» — так он назывался. На фото двое парней, сидя лицом друг к другу в седле«Харлея» и переплетясь руками и ногами, целовались. Одного из них из-за длинных волос я было принял за девушку, но открытая майка не оставляла сомнений в половой принадлежности влюбленных. Первым моим желанием было спрятать журнал под футболку и потом рассмотреть его получше. Но мистер Лавгуд уже стоял передо мною с чашкой чая.
Заметив журнал в моих руках, он вспыхнул, как феникс. При его белых волосах это было особенно заметно.
— Это… Там есть статья про Николу Тесла. Я позволил себе э-э… Позаимствовать его из супермаркета.
— Вы его украли? Вот здорово! — я всё ещё держал журнал в руках. — Шикарный мотоцикл, красивая фотка, — сказал я и опустил глаза. Отчего-то мне стало неловко.
— Да, почти все хорошие фотографы среди магглов — геи.
— Кто? Геи? Это кто?
— Ну, это… Ты разве не знаешь?
Я покачал головой:
— Не знаю.
— Ну, как эти двое, на фото.
— Которые целуются друг с другом?
Мистер Лавгуд кивнул и отпил из своей чашки.
— А разве можно мужчине целовать другого мужчину? Мама сказала, что от этого можно превратиться в козла.
Мистер Лавгуд фыркнул и пролил чай из своей чашки.
— Ну, раз мама сказала… Нет причин не доверять миссис Уизли.
Я понял, что Лавгуд больше не хочет говорить на эту тему. Разговоры про не понятных мне геев вгоняют его в краску. Но меня вдруг охватило ужасное любопытство. Я должен был выяснить всё до конца. Мистер Лавгуд, располагая такими журналами, должен был быть в курсе.
— Один раз на день рождения я тайком поцеловал Джорджа в губы. Он спал. И со мною ничего не случилось. В смысле, я… не превратился ни в кого.
— Хм. А зачем ты его поцеловал?
— Не знаю. Мне захотелось.
Мистер Лавгуд пожал плечами.
— Ты так хотел его поцеловать, что даже вероятность превращения в козла не остановила тебя?
— Не остановила.
— В губы?
— В губы.
— Тогда, возможно, ты тоже гей. Как эти парни на фото.
— Но они не просто целуются. Они обнимаются. И у них… штаны расстегнуты. — Я всё ещё держал журнал в руках, словно не в силах с ним расстаться.
— Близость любимого человека может приносить огромное удовольствие. То есть, приносит… ну… в большинстве случаев.
— Но как? Как они делают ЭТО?
— ЭТО? — мистер Лавгуд снова покраснел. — Я не знаю. То есть, предполагаю. То есть… Зачем тебе знать?
— Джордж самый близкий мне человек, но ничего подобного между нами не происходило.
— Конечно, вы же братья! Да ещё и близнецы. И вы ещё дети!
— Мне пятнадцать! — я снова бросил взгляд на журнал. — Я бы хотел так! Как они!
— И превратиться в козла? — рассмеялся Лавгуд.
Мне пришла в голову потрясающая мысль.
— Вы же мужчина?
Лавгуд распахнул глаза:
— Все в мире относительно. Например, моя теща, мать моей бедной жены, всегда твердила, что я не мужчина.
— Но вы-то сами… Вы сами знаете? То, что вы — мужчина?
— Ну, допустим? Ну и что?
— Поцелуйте меня!
Мистер Лавгуд поставил чашку с чаем на ручку кресла в опасной близости от своего локтя. Как сказала бы наша мама «у чашки болит голова».
— Но для поцелуя нужны основания… Симпатия, например.
— Вы мне вроде… нравитесь. Вы — симпатичный.
— Я симпатичный? — Лавгуд снова рассмеялся. — Впрочем, я помню себя в четырнадцать лет.
Если у человека такой бардак в голове, что же твориться у него на кухне? Пить чай в этом доме совсем не хотелось. Но мистер Лавгуд встал с кресла, прислонил раскрытую тетрадь к кусту синих роз и пошел внутрь дома. Если честно, мне было интересно, как выглядит дом изнутри, поэтому я двинулся следом.
Кухня, она же гостиная и кабинет мистера Лавгуда, стараниями отсутствующей Полумны, должно быть, выглядела вполне уютно. С потолка свисали щелкающие модели неизвестных магической науке чудищ. Стульев нигде не было видно. Лавгуд скинул с диванчика кучу разных журналов и предложил мне сесть.
— Что вы думаете о социальной адаптации садовых гномов в маггловской среде?
— Садовых гномов? — удивился я, — садовые гномы хуже кротов. Если их не гонять, они сожрут всю клубнику. А ещё они воруют вилки. Стоить оставить на веранде вилку… Мы с Джорджем…
Мистер Лавгуд покачал головой.
— Всё дело в социальной адаптации… Ах да, чай!
«Вот уж зануда». Мой взгляд упал на один из журнальчиков, скинутых Лавгудом с дивана. Журнал был маггловский. Я сначала не понял, что изображено на фото, картинка была перевернута. Я взял журнал в руки и стал вертеть его. «Весёлые мотоциклисты» — так он назывался. На фото двое парней, сидя лицом друг к другу в седле«Харлея» и переплетясь руками и ногами, целовались. Одного из них из-за длинных волос я было принял за девушку, но открытая майка не оставляла сомнений в половой принадлежности влюбленных. Первым моим желанием было спрятать журнал под футболку и потом рассмотреть его получше. Но мистер Лавгуд уже стоял передо мною с чашкой чая.
Заметив журнал в моих руках, он вспыхнул, как феникс. При его белых волосах это было особенно заметно.
— Это… Там есть статья про Николу Тесла. Я позволил себе э-э… Позаимствовать его из супермаркета.
— Вы его украли? Вот здорово! — я всё ещё держал журнал в руках. — Шикарный мотоцикл, красивая фотка, — сказал я и опустил глаза. Отчего-то мне стало неловко.
— Да, почти все хорошие фотографы среди магглов — геи.
— Кто? Геи? Это кто?
— Ну, это… Ты разве не знаешь?
Я покачал головой:
— Не знаю.
— Ну, как эти двое, на фото.
— Которые целуются друг с другом?
Мистер Лавгуд кивнул и отпил из своей чашки.
— А разве можно мужчине целовать другого мужчину? Мама сказала, что от этого можно превратиться в козла.
Мистер Лавгуд фыркнул и пролил чай из своей чашки.
— Ну, раз мама сказала… Нет причин не доверять миссис Уизли.
Я понял, что Лавгуд больше не хочет говорить на эту тему. Разговоры про не понятных мне геев вгоняют его в краску. Но меня вдруг охватило ужасное любопытство. Я должен был выяснить всё до конца. Мистер Лавгуд, располагая такими журналами, должен был быть в курсе.
— Один раз на день рождения я тайком поцеловал Джорджа в губы. Он спал. И со мною ничего не случилось. В смысле, я… не превратился ни в кого.
— Хм. А зачем ты его поцеловал?
— Не знаю. Мне захотелось.
Мистер Лавгуд пожал плечами.
— Ты так хотел его поцеловать, что даже вероятность превращения в козла не остановила тебя?
— Не остановила.
— В губы?
— В губы.
— Тогда, возможно, ты тоже гей. Как эти парни на фото.
— Но они не просто целуются. Они обнимаются. И у них… штаны расстегнуты. — Я всё ещё держал журнал в руках, словно не в силах с ним расстаться.
— Близость любимого человека может приносить огромное удовольствие. То есть, приносит… ну… в большинстве случаев.
— Но как? Как они делают ЭТО?
— ЭТО? — мистер Лавгуд снова покраснел. — Я не знаю. То есть, предполагаю. То есть… Зачем тебе знать?
— Джордж самый близкий мне человек, но ничего подобного между нами не происходило.
— Конечно, вы же братья! Да ещё и близнецы. И вы ещё дети!
— Мне пятнадцать! — я снова бросил взгляд на журнал. — Я бы хотел так! Как они!
— И превратиться в козла? — рассмеялся Лавгуд.
Мне пришла в голову потрясающая мысль.
— Вы же мужчина?
Лавгуд распахнул глаза:
— Все в мире относительно. Например, моя теща, мать моей бедной жены, всегда твердила, что я не мужчина.
— Но вы-то сами… Вы сами знаете? То, что вы — мужчина?
— Ну, допустим? Ну и что?
— Поцелуйте меня!
Мистер Лавгуд поставил чашку с чаем на ручку кресла в опасной близости от своего локтя. Как сказала бы наша мама «у чашки болит голова».
— Но для поцелуя нужны основания… Симпатия, например.
— Вы мне вроде… нравитесь. Вы — симпатичный.
— Я симпатичный? — Лавгуд снова рассмеялся. — Впрочем, я помню себя в четырнадцать лет.
Страница 2 из 4
