Неприметная обыденность

Тем более, от Малфоя.

— Это ты принес Винсу цветы? — неожиданно спросил он.

— Да ты меня сегодня прямо удивляешь, — усмехнулся в ответ Малфой, и Гойл понял, что его догадка оказалась верной.

А блондин тем временем рассмотрел свои ботинки, потом — ладони, а потом встал, и на его лицо вернулось обычно презрительное выражение:

— Только между нами это ничего не меняет, детка! Завтра жду тебя в тренировочном зале в девять утра. Не вздумай опоздать, лишенец! За тобой должок, — и с этими словами Малфой гордо покинул раздевалку, бросив на пол маленькую картонную карточку.

Гойл долго смотрел на клочок картона, а потом подобрал и прочел буквы, выведенные каллиграфическим почерком Малфоя: «Джули Бернс. Академия Магии, первый курс, Отделение Травологии, Общежитие номер три». Сердце Гойла застучало, кровь ударила в виски, и он закусил губу, чтобы не вскрикнуть от восторга. Это был его шанс. На что? Гойл и сам не знал, но ему очень хотелось увидеть Джули снова. Воспоминания о школе, почти забытые, снова всплыли в его воображении.

Глава 3

Гойл каждый день ходил на тренировки, и Малфой гонял его с удвоенной силой, словно заставляя забыть о своей недавней слабости. Однако новостей о новых боях слышно не было. Похоже, с Малфоем и вправду никто не хотел иметь дел после истории со Штефовски. Гойл думал о том, сколько из выигранных им матчей были договорняками. Но спросить Малфоя прямо не решался.

С каждым днем картонка с координатами Джули все сильнее жгла его карман, и спустя месяц тренировок, не приводящих к боям, Гойл осторожно завел с Малфоем разговор о возможности поездки к Джули на другой конец континента.

— Завтра можешь не являться, — кинул с барского плеча Малфой, но Гойл покачал головой:

— За день я не успею…

— Сколько же тебе надо времени, чтобы удовлетворить свои потребности… а я даже и не знаю, в чем? — ехидно спросил Малфой.

— Ну… два дня на поездку туда, — начал загибать пальцы Гойл, — денек там… если Джули не прогонит, да еще два дня обратно…

— И как же ты туда собрался добираться? — Малфой фыркнул. — Четыре дня на дорогу! Ты маггл, что ли? Аппартацию для кого придумали?

— Да я не сдал… — понурившись, протянул Гойл, и Малфой закатил глаза:

— И как я сразу не догадался?! Надо бы взяться за тебя, как следует, дубина ты стоеросовая. Ладно, вместе завтра поедем.

— Зачем это? — Гойл напрягся, чувствуя неладное.

— На девчонок поглядим, — смачно сказал Малфой, мечтательно тряхнув гривой. — В конце концов, я тоже не каторжный.

Гойл вовсе не хотел, чтобы Малфой сопровождал его, но отказаться просто не мог. Не знал, что можно противопоставить доводам блондина. Как всегда. Это злило. Бесило. Вымораживало. Но былой ненависти к Малфою Гойл уже не испытывал. Он не мог понять, было ли откровение импресарио правдой или тонко просчитанным ходом, но, похоже, его было достаточно, чтобы унять жгучую ненависть.

Аппартировали рано утром. Малфой спокойно сжал запястье Гойла, и через мгновение Гойл почувствовал, как все закружилось вокруг, ухнуло в животе, и вот он уже стоит перед входом в Академию Магии.

— Откуда ты знаешь, где она находится? — осторожно спросил Гойл, но блондин только хмыкнул:

— Я тут учился.

— Когда это? — Гойл не мог поверить своим ушам.

— Сразу после суда поступил, а через месяц отчислился.

— Зачем?

— Не твое дело, детка, — коротко ответил Малфой.

Они прошли через главные ворота и направились к общежитиям. То и дело проходили мимо компаний студентов. Те пялились на странную пару: утонченного аристократа-импресарио и Лондонского Громилу в парадной мантии, которая совершенно не подходила к его грозному образу. Гойл чувствовал себя здесь неуютно, понимая, что каждый клочок земли, пропитанной знаниями, буквально кричит от шагов такого дремучего создания, как он. Гойл даже боялся закурить, хотя во рту уже давно пересохло.

— Пришли, — наконец сказал Малфой, указывая на небольшое аккуратное здание.

Ветерок подхватил стайку желтых листьев и закружил по дорожке в направлении корпуса, у дверей которого несколько девушек весело щебетали о чем-то. Заметив парней, они захихикали. Гойл увидел среди них Джули и резко остановился. Малфой ткнул его в спину, заставляя идти навстречу неизвестности. Гойл покраснел и сделал еще несколько неуверенных шагов. Остановился. Девушки с интересом наблюдали за ним. Гойл и не заметил, как Малфой отошел в сторону, делая вид, что не имеет никакого отношения к быкоподобному спутнику.

— Джули, — позвал Гойл нерешительно.

Девчонки разразились громким хихиканьем. Джули сделала шаг вперед, и одна из подруг подтолкнула ее. Эта девушка одна не смеялась. Гойл узнал в ней Глорию. Всю ту же Глорию, что и пять лет назад, только синей ленты в волосах не было, словно она навсегда досталась Крэббу.