Фандом: Гарри Поттер. Волдеморт мёртв. Сегодня Рождество, и Гарри только что открыл подарок от Фреда и Джорджа Уизли.
Добавить в моё избранное
140 мин, 35 сек 17076
— Но я рад, что ты рассказал мне, каково это — хранить часть моей души.
— Том, — Гарри отстраняется, — я представляю из себя нечто большее, чем просто твой крестраж.
— Я знаю, — Том хватает его за плечи и до боли сжимает их. В его взгляде читается досада. — Я уже рассказал, как ты для меня важен.
— Потому что я был твоим крестражем.
— Нет, — челюсть Тома сжимается, как это было в первый день из знакомства. — Даже перед тем как я узнал… Даже если бы ты никогда не был крестражем, ты всё равно являешься тем, кем я сам мог бы стать, но не стал.
— Неправда.
— Ты не понимаешь. Я бы не смог одержать над тобой победу, даже если бы хотел. Ты превзошёл меня в этом времени и в своём, — пальцы Тома больно впиваются в плечи. Гарри внимательно смотрит ему в глаза. — Даже если ты не лучше меня, то ровня точно. Ты околдовал меня, моё тело и душу.
— Том…
Том прижимает его к себе и целует, не позволяя Гарри продолжить препираться. Пальцы Гарри цепляются за мягкую ткань рубашки Тома. Язык Тома проскальзывает между губ и зубов Гарри. Горячая рука Тома скользит по его спине, и он выгибается. Их тела плотно прижаты друг к другу.
Том слегка тянет за волосы, заставляя Гарри запрокинуть голову, и углубляет поцелуй. Гарри сильнее сжимает рубашку Тома и тихо стонет. Когда они разрывают поцелуй, Гарри чувствует, что у него краснеет лицо. Слышно сбившееся дыхание Тома.
— Мне жаль тех, кто жил без твоих губ, — хрипло говорит он.
Гарри прочищает горло.
— Кажется, тебе они приглянулись.
— Ну, это же твои губы, — Том обхватывает подборок Гарри и водит большим пальцем по его нижней губе. — И я…
Том запинается и с озадаченным выражением лица отстраняется. Гарри чувствует, что у него пересохло во рту, и ждёт.
— Что случилось? — спрашивает он, чувствуя, как сдавливает горло.
Том надевает свою привычную маску.
— Не могу дождаться, чтобы пойти с тобой на празднование сегодня вечером. Мы дождёмся начала нового года, а затем вернёмся и…
— И будем ждать, когда рассвет заберёт меня? — спрашивает Гарри. — Или когда бы магия ни собиралась вернуть меня.
Том вздыхает.
— Я не хочу, чтобы ты уходил.
— Я… — несмело говорит Гарри. — Я тоже хотел бы остаться.
Том искренне улыбается и утягивает Гарри в долгий и нежный поцелуй. В конце концов они отстраняются.
— Но я не принадлежу этому времени, — вынужден признать Гарри.
Том кивает, пальцами перебирая волосы Гарри:
— Знаю.
Они ещё какое-то время стоят в объятиях друг друга. Том целует шрам.
— Ты извинишь меня за сегодня?
— Может быть.
— Наверное, мне стоит предложить что-нибудь посущественнее? — задумчиво спрашивает Том. — Как насчёт сытного завтрака? Я попрошу Доли приготовить что-нибудь особенное.
— Вы пытаетесь подкупить меня едой, мистер Риддл?
— Именно так.
Широко ухмыляясь, Гарри кивает:
— Тогда вперёд.
Несмотря на комплименты, которыми осыпает его зеркало, Гарри чувствует себя неуютно в новой дорогой мантии. Тёмно-зелёная, почти чёрная ткань невероятно мягкая на ощупь, и Гарри боится представить, сколько за это было отдано денег.
Он выходит из своей комнаты и спускается по лестнице, на ходу поправляя мантию. Внизу он сворачивает в сторону фойе, но, увидев Тома, останавливается, чтобы кинуть на него взгляд. В отличие от Гарри, Том чувствует себя прекрасно в торжественном наряде. С широких плеч ниспадает изысканная, идеально подогнанная в груди мантия.
Гарри думает, что Том выглядит молодо. Он выглядит красиво. Гарри надеется, что после его ухода Том останется таким же.
— Гарри, — Том смотрит на него. Уголки его губ приподняты в улыбке. — Мне ужасно хочется запереть тебя тут, со мной, чтобы не пришлось ни с кем делить тебя.
— Ну, я был бы не против, — смеётся Гарри. — Не люблю я такие мероприятия.
— Часто бываешь на них?
— Я много раз был на благотворительных балах. Я же победил Тёмного Лорда. Ты разве не знал?
Том берёт его руку в свою, и прикосновение их пальцев настолько естественное, что кажется, будто их руки всегда были вот так — вместе.
— Победил одного и соблазнил другого.
Гарри чувствует, как к лицу приливает кровь.
— Я не соблазнял тебя.
— Может быть, ты не собирался. Но тогда ещё интереснее тот факт, что ты всё-таки сделал это.
Абраксас Малфой до абсурда похож на Драко. Гарри поражается этому сходству, пожимая ему руку, пока Том представляет их друг другу под звуки оркестра, которые доносятся из бального зала.
— Когда Том сказал, что приведёт с собой кого-то, я даже не мог подумать, что это будет такое очаровательное создание, — ухмыляется Абраксас, и Гарри вдруг отчётливо понимает, в кого пошёл Люциус.
— Том, — Гарри отстраняется, — я представляю из себя нечто большее, чем просто твой крестраж.
— Я знаю, — Том хватает его за плечи и до боли сжимает их. В его взгляде читается досада. — Я уже рассказал, как ты для меня важен.
— Потому что я был твоим крестражем.
— Нет, — челюсть Тома сжимается, как это было в первый день из знакомства. — Даже перед тем как я узнал… Даже если бы ты никогда не был крестражем, ты всё равно являешься тем, кем я сам мог бы стать, но не стал.
— Неправда.
— Ты не понимаешь. Я бы не смог одержать над тобой победу, даже если бы хотел. Ты превзошёл меня в этом времени и в своём, — пальцы Тома больно впиваются в плечи. Гарри внимательно смотрит ему в глаза. — Даже если ты не лучше меня, то ровня точно. Ты околдовал меня, моё тело и душу.
— Том…
Том прижимает его к себе и целует, не позволяя Гарри продолжить препираться. Пальцы Гарри цепляются за мягкую ткань рубашки Тома. Язык Тома проскальзывает между губ и зубов Гарри. Горячая рука Тома скользит по его спине, и он выгибается. Их тела плотно прижаты друг к другу.
Том слегка тянет за волосы, заставляя Гарри запрокинуть голову, и углубляет поцелуй. Гарри сильнее сжимает рубашку Тома и тихо стонет. Когда они разрывают поцелуй, Гарри чувствует, что у него краснеет лицо. Слышно сбившееся дыхание Тома.
— Мне жаль тех, кто жил без твоих губ, — хрипло говорит он.
Гарри прочищает горло.
— Кажется, тебе они приглянулись.
— Ну, это же твои губы, — Том обхватывает подборок Гарри и водит большим пальцем по его нижней губе. — И я…
Том запинается и с озадаченным выражением лица отстраняется. Гарри чувствует, что у него пересохло во рту, и ждёт.
— Что случилось? — спрашивает он, чувствуя, как сдавливает горло.
Том надевает свою привычную маску.
— Не могу дождаться, чтобы пойти с тобой на празднование сегодня вечером. Мы дождёмся начала нового года, а затем вернёмся и…
— И будем ждать, когда рассвет заберёт меня? — спрашивает Гарри. — Или когда бы магия ни собиралась вернуть меня.
Том вздыхает.
— Я не хочу, чтобы ты уходил.
— Я… — несмело говорит Гарри. — Я тоже хотел бы остаться.
Том искренне улыбается и утягивает Гарри в долгий и нежный поцелуй. В конце концов они отстраняются.
— Но я не принадлежу этому времени, — вынужден признать Гарри.
Том кивает, пальцами перебирая волосы Гарри:
— Знаю.
Они ещё какое-то время стоят в объятиях друг друга. Том целует шрам.
— Ты извинишь меня за сегодня?
— Может быть.
— Наверное, мне стоит предложить что-нибудь посущественнее? — задумчиво спрашивает Том. — Как насчёт сытного завтрака? Я попрошу Доли приготовить что-нибудь особенное.
— Вы пытаетесь подкупить меня едой, мистер Риддл?
— Именно так.
Широко ухмыляясь, Гарри кивает:
— Тогда вперёд.
Несмотря на комплименты, которыми осыпает его зеркало, Гарри чувствует себя неуютно в новой дорогой мантии. Тёмно-зелёная, почти чёрная ткань невероятно мягкая на ощупь, и Гарри боится представить, сколько за это было отдано денег.
Он выходит из своей комнаты и спускается по лестнице, на ходу поправляя мантию. Внизу он сворачивает в сторону фойе, но, увидев Тома, останавливается, чтобы кинуть на него взгляд. В отличие от Гарри, Том чувствует себя прекрасно в торжественном наряде. С широких плеч ниспадает изысканная, идеально подогнанная в груди мантия.
Гарри думает, что Том выглядит молодо. Он выглядит красиво. Гарри надеется, что после его ухода Том останется таким же.
— Гарри, — Том смотрит на него. Уголки его губ приподняты в улыбке. — Мне ужасно хочется запереть тебя тут, со мной, чтобы не пришлось ни с кем делить тебя.
— Ну, я был бы не против, — смеётся Гарри. — Не люблю я такие мероприятия.
— Часто бываешь на них?
— Я много раз был на благотворительных балах. Я же победил Тёмного Лорда. Ты разве не знал?
Том берёт его руку в свою, и прикосновение их пальцев настолько естественное, что кажется, будто их руки всегда были вот так — вместе.
— Победил одного и соблазнил другого.
Гарри чувствует, как к лицу приливает кровь.
— Я не соблазнял тебя.
— Может быть, ты не собирался. Но тогда ещё интереснее тот факт, что ты всё-таки сделал это.
Абраксас Малфой до абсурда похож на Драко. Гарри поражается этому сходству, пожимая ему руку, пока Том представляет их друг другу под звуки оркестра, которые доносятся из бального зала.
— Когда Том сказал, что приведёт с собой кого-то, я даже не мог подумать, что это будет такое очаровательное создание, — ухмыляется Абраксас, и Гарри вдруг отчётливо понимает, в кого пошёл Люциус.
Страница 35 из 40
