О пользе всего сущего

— Так я и думал, что без тебя сегодняшняя выходка Повелителя не обошлась, — повернулся он к Трэверсу, — но причём тут моя жена?

— Жена не причём, — решительно проговорил Трэверс. — Он меня ей пугал, — пожаловался он Родольфусу. — А я вообще не причём — Лорд у меня сам стакан забрал! И выпил, — он хихикнул. — И что я должен был делать? Вот ты бы, — он, наконец, глянул на Лестрейнджа, — что сделал на моём месте?

— Вариант, что я не стал бы такое пить, не рассматриваем? — вздохнул Руди. — Тони, оставь этого малахольного. Надо бы кого-то определить за ним присматривать, пока он опять что-нибудь не устроил. Нам тут от Лорда по метке такой букет ощущений пришел — не приведи Мерлин. Мало нам обычной дозы ощущений от Повелителя, так еще Трэверс решил разнообразить нашу размеренную жизнь.

— Вот никто меня не слушает, — печально вздохнул Трэверс. — Говорю же: я не причём! Он сам стакан взял. У меня, правда, ещё есть, — добавил он хитро, — но я не скажу, где — раз вы все полагаете, что я нарочно такой эксперимент поставил над Лордом, значит, пусть будет эксперимент, — договорил он обиженно.

— Экспериментатор хренов, — возмутился Долохов. — Да нет у тебя ничего. Надо и правда к тебе хоть Крэбба с Гойлом приставить, чтоб караулили, а то ты в следующий раз решишь, что нам тут всем остро не хватает рогов и копыт. Или крыльев и перьев.

— Рогов вам точно не хватает, — засмеялся Трэверс. — Хотя кому как, конечно, — опасно добавил он, однако развивать тему благоразумно не стал, привычно удержавшись на грани. — А этих троллей давайте — на троих пить всегда интереснее. И зря ты — у меня есть. Я только-только бутылку открыл — там ещё, — он задумался, — примерно две трети. А будет забавно, если Лорду понравится, — протянул он задумчиво.

— Понравится—понравится, — кивнул Долохов. — Кому ж такое не понравится — поэзия, муза, мать её Каллисто. Или Каллиопа? Пошли, обсудим.

Он подхватил Трэверса под руку и повел обратно к столу, подмигнув Руди и одними губами прошептав: «Домовики!» Надо было срочно изъять эту недопитую бутылку и отдать Снейпу на анализ — ибо еще более неадекватного Повелителя им точно не было нужно.

— А это смотря какая поэзия, — укоризненно проговорил Трэверс, пряча, наконец, свою палочку и безропотно позволяя Долохову себя увести. — Ты как бы атрибутировал это творение Лорда? Если как эпическую поэзию — то Каллиопа, если лирическую — то Эвтерпа… ну, любовной это точно назвать нельзя, — хмыкнул он, — а вот на гимн очень похоже… если гимн, — продолжал он просвещать усаживающего его за стол Долохова, — то это у нас Полигимния… а Каллисто вообще не муза! — вспомнил он возмущённо. — С ней там какая-то мутная история — в общем, её отправили на небо то ли звездой, то ли медведицей, Мерлин её поймёт. Но не муза всё равно, — сказал он упрямо.

Крэбб и Гойл, по незаметному кивку Долохова подошедшие к ним, недоуменно слушали пламенную речь Трэверса.

— Это он про что? — гулким шепотом спросил приятеля Крэбб.

— Про баб, — Гойл пожал могучими плечами. — Ты не знаешь, какую ещё Каллисту медведи звездой на небо отправили?

— Не слыхал, — удивился Крэбб.

— А про Полигимнию слыхал?

— Это двоюродную тетку Блэков, что ли?

— О! Мои телохранители, — обрадовался им Трэверс. — Явились. Садитесь, — дружелюбно кивнул он им и тут же разлил по стаканам и им, и себе какую-то прозрачную жидкость. — За Лорда! — провозгласил он, салютуя им своим стаканом.

Крэбб и Гойл дождались кивка от Долохова, дружно выпили, так же дружно сказав:

— За Лорда!

Затем они основательно закусили и решили продолжить разговор.

— Так что там с блэковской теткой? — спросил Крэбб.

— Да нужна тебе эта тетка, — Гойл теток не жаловал, тем более блэковских. — Как там медведи со звездой?

Долохов, убедившись, что контакт братьев по разуму состоялся, торопливо отправился вместе с Родольфусом на поиски недопитой бутылки этого дракклова экспериментатора.

Однако сколько они с Родольфусом не искали — ничего они в комнате Трэверса не нашли. Вернее, нашли они, конечно, очень много чего — но никаких недопитых бутылок среди этого не было.

— Я вот думаю, — устало проговорил Лестрейндж, заканчивая возвращать всё на свои места, — а что они там выпивали, когда мы ушли? Что-то я не могу вспомнить, вроде бы, на столе ничего, кроме коньяка и вина, не было? Но у них жидкость была прозрачной… это ведь твоя водка, да? — спросил он с надеждой.

— Водку я сам выпил, — мрачно ответил Долохов. — Будем надеяться, что Крэбба с Гойлом никаким алкоголем не проймешь — чего бы Трэверс туда не добавил. И уж пусть лучше чудят они, чем наш Повелитель — проблем точно будет меньше.

— Да Мерлин с Крэббом и Гойлом, — поморщился Родольфус, — на них всегда, если что, Ступефай есть. Но если они допили то, что употребил наш Повелитель — значит, у нас нет образца, — он закончил, наконец-то, с уборкой.