Фандом: Вселенная Майлза Форкосигана. Идет первый год гражданской войны за трон Барраяра. Провозгласивший себя императором Эзар Форбарра прилагает все силы, чтобы укрепить свои позиции и склонить на свою сторону графов, лишив поддержки прежнего монарха, Юрия Безумного. В ход идет всё — от военной дезинформации до матримониальных расчетов. Однако в замке графа Форратьера Эзару и его людям придется столкнуться с чередой совершенно непредвиденных обстоятельств…
Добавить в моё избранное
161 мин, 44 сек 10049
Эзар никогда не терялся, моментально выискивал в толпе доступных для флирта женщин самую хорошенькую и имел обыкновение хвастать потом своими победами. Быть такого не может, что он настолько ушел в государственные планы, чтобы не поохотиться в здешних угодьях первым. Каковое соображение генерал и высказал со всей солдатской прямотой.
— И как ты себе это представляешь? — с неожиданной тоской поинтересовался Эзар и, спохватившись, поднял ладонь: — Цыц! Уволь меня от казарменных шуточек, я про другое. Видишь ли, у меня с Негри честный уговор: он не обременяет меня охраной без надобности, а я не общаюсь с непроверенными персонами наедине. И я бы слукавил, если бы сделал вид, что к бабам это условие не относится. Даже к покладистым.
Ну-ну. Вряд ли замковые служанки были тайными шпионками Юрия. Та, с которой Петр уже сошелся накоротке, на его жизнь точно не покушалась и не интересовалась ничем, кроме как собирается ли милорд отыскать ее потом для возобновления знакомства. Негри великолепен в качестве шефа императорской службы безопасности, но его паранойя порой переходит все разумные границы. Впрочем, может, поэтому он так и хорош.
— Ну, так пусть проверит, — предложил Форкосиган, неопределенно пожав плечами.
— Когда он закончит проверять, — сухо сообщил Эзар, — мы уже будем на обратном пути. А иначе все обитатели этого поместья, вплоть до последней козы, будут заранее в курсе, на какую из девиц я положил глаз. Нет уж. В этих гостях, так и разэтак, мне придется хранить верность своей невесте.
Петр даже не фыркнул, а молча посочувствовал. Выходит, старый друг и вправду не прочь оторваться напоследок, поставить в своей холостяцкой карьере выразительную точку, а не судьба сейчас. Жаль, черт возьми. Когда и погулять, как не перед свадьбой: даже любвеобильную леди Амалию помолвленный император мог бы щупать совершенно безнаказанно, если уж на то пошло…
В отличие от графа Форкосигана, на которого та всерьез положила глаз. Ему оставалось одно спасение: едва звала боевая труба, он с облегчением ретировался навстречу своим обязанностям командующего.
Самым сложным в эти пару дней оказалось с беспечно светским видом фланировать по замку, вести многозначительные разговоры ни о чем — и отсчитывать минуты до очередного сеанса связи со ставкой. Генерал извинялся: «Служба!» — и смывался с очередной беседы на окольно политические или невыносимо семейные темы, зачастую не успев выпустить из рук стакана с бренди и застегнуть воротник кителя. В фургоне связистов его уже поджидали все пятеро офицеров его оперативного штаба. Форкосиган встряхивался, как пес на дожде, глаза у него загорались, и начиналась настоящая работа — быстро и скрытно.
Разумеется, из такой дали ему не требовалось самолично руководить операцией в Даркое: с задачей дезинформации противника и отвлечения его мобильных сил успешно справлялись зам по тылу, начальник армейской разведки, старший политофицер и командиры полков. Поддержать саперов с воздуха, чтобы им ничего не препятствовало вернуться в срок? Передвинуть батальон стрелков на левый фланг, где началась эвакуация гражданских раньше времени? Обеспечить в городе точно дозированную панику среди штатских? Это все их дела. Вмешиваться в плановую рутину со своими приказами генерал Форкосиган пока что не находил нужным. Основную работу сделают и без командующего армией, разве что при явных отклонениях от плана он должен будет внести свои правки, расставить приоритеты и перераспределить ресурсы. Но главное состояло не в этом.
Даркойская ловушка была только малой, экспромтом добавленной частью долговременного стратегического плана по вытеснению Юрия из большинства Округов, обескровливанию его сил и выдавливанию их к западному побережью, слабо развитому промышленно и не способному предоставить войскам должной базы. На идею физически устранить свергнутого императора — а варианты предлагали разные, от отряда диверсантов до точечного ядерного удара — Эзар наложил вето еще в самом начале войны. Технически это было реализуемо, но ошибочно; тирана требовалось разгромить, а не убить. Лишить войск, поддержки, союзников, заставить графов и армейское командование перенести свою верность с бывшего монарха, ныне предавшего своих подданных, на его преемника. Поддержка Юрия Безумного должна была таять день ото дня, его солдаты — дезертировать, некогда присягнувшие ему графы — менять свою позицию и понемногу соображать, что нынче понятие государственной измены квалифицируется совсем не так, как им казалось вначале. «Вот добьемся этого», — заявил Эзар своему старому другу в разговоре наедине, свирепо блестя глазами, — тогда и Юрия выследим, загоним и уничтожим. Как бешеную лисицу«.»
Такая стратегия превращала войну в медленную, планомерную и позиционную, и именно генерал Петр, в своей должности главкома сухопутных войск, приводил весь план в исполнение.
— И как ты себе это представляешь? — с неожиданной тоской поинтересовался Эзар и, спохватившись, поднял ладонь: — Цыц! Уволь меня от казарменных шуточек, я про другое. Видишь ли, у меня с Негри честный уговор: он не обременяет меня охраной без надобности, а я не общаюсь с непроверенными персонами наедине. И я бы слукавил, если бы сделал вид, что к бабам это условие не относится. Даже к покладистым.
Ну-ну. Вряд ли замковые служанки были тайными шпионками Юрия. Та, с которой Петр уже сошелся накоротке, на его жизнь точно не покушалась и не интересовалась ничем, кроме как собирается ли милорд отыскать ее потом для возобновления знакомства. Негри великолепен в качестве шефа императорской службы безопасности, но его паранойя порой переходит все разумные границы. Впрочем, может, поэтому он так и хорош.
— Ну, так пусть проверит, — предложил Форкосиган, неопределенно пожав плечами.
— Когда он закончит проверять, — сухо сообщил Эзар, — мы уже будем на обратном пути. А иначе все обитатели этого поместья, вплоть до последней козы, будут заранее в курсе, на какую из девиц я положил глаз. Нет уж. В этих гостях, так и разэтак, мне придется хранить верность своей невесте.
Петр даже не фыркнул, а молча посочувствовал. Выходит, старый друг и вправду не прочь оторваться напоследок, поставить в своей холостяцкой карьере выразительную точку, а не судьба сейчас. Жаль, черт возьми. Когда и погулять, как не перед свадьбой: даже любвеобильную леди Амалию помолвленный император мог бы щупать совершенно безнаказанно, если уж на то пошло…
В отличие от графа Форкосигана, на которого та всерьез положила глаз. Ему оставалось одно спасение: едва звала боевая труба, он с облегчением ретировался навстречу своим обязанностям командующего.
Самым сложным в эти пару дней оказалось с беспечно светским видом фланировать по замку, вести многозначительные разговоры ни о чем — и отсчитывать минуты до очередного сеанса связи со ставкой. Генерал извинялся: «Служба!» — и смывался с очередной беседы на окольно политические или невыносимо семейные темы, зачастую не успев выпустить из рук стакана с бренди и застегнуть воротник кителя. В фургоне связистов его уже поджидали все пятеро офицеров его оперативного штаба. Форкосиган встряхивался, как пес на дожде, глаза у него загорались, и начиналась настоящая работа — быстро и скрытно.
Разумеется, из такой дали ему не требовалось самолично руководить операцией в Даркое: с задачей дезинформации противника и отвлечения его мобильных сил успешно справлялись зам по тылу, начальник армейской разведки, старший политофицер и командиры полков. Поддержать саперов с воздуха, чтобы им ничего не препятствовало вернуться в срок? Передвинуть батальон стрелков на левый фланг, где началась эвакуация гражданских раньше времени? Обеспечить в городе точно дозированную панику среди штатских? Это все их дела. Вмешиваться в плановую рутину со своими приказами генерал Форкосиган пока что не находил нужным. Основную работу сделают и без командующего армией, разве что при явных отклонениях от плана он должен будет внести свои правки, расставить приоритеты и перераспределить ресурсы. Но главное состояло не в этом.
Даркойская ловушка была только малой, экспромтом добавленной частью долговременного стратегического плана по вытеснению Юрия из большинства Округов, обескровливанию его сил и выдавливанию их к западному побережью, слабо развитому промышленно и не способному предоставить войскам должной базы. На идею физически устранить свергнутого императора — а варианты предлагали разные, от отряда диверсантов до точечного ядерного удара — Эзар наложил вето еще в самом начале войны. Технически это было реализуемо, но ошибочно; тирана требовалось разгромить, а не убить. Лишить войск, поддержки, союзников, заставить графов и армейское командование перенести свою верность с бывшего монарха, ныне предавшего своих подданных, на его преемника. Поддержка Юрия Безумного должна была таять день ото дня, его солдаты — дезертировать, некогда присягнувшие ему графы — менять свою позицию и понемногу соображать, что нынче понятие государственной измены квалифицируется совсем не так, как им казалось вначале. «Вот добьемся этого», — заявил Эзар своему старому другу в разговоре наедине, свирепо блестя глазами, — тогда и Юрия выследим, загоним и уничтожим. Как бешеную лисицу«.»
Такая стратегия превращала войну в медленную, планомерную и позиционную, и именно генерал Петр, в своей должности главкома сухопутных войск, приводил весь план в исполнение.
Страница 14 из 46
