Фандом: Вселенная Майлза Форкосигана. Идет первый год гражданской войны за трон Барраяра. Провозгласивший себя императором Эзар Форбарра прилагает все силы, чтобы укрепить свои позиции и склонить на свою сторону графов, лишив поддержки прежнего монарха, Юрия Безумного. В ход идет всё — от военной дезинформации до матримониальных расчетов. Однако в замке графа Форратьера Эзару и его людям придется столкнуться с чередой совершенно непредвиденных обстоятельств…
Добавить в моё избранное
161 мин, 44 сек 10060
Сложность была в том, что договоренность о перемещении якобы пострадавших заводов как таковая ему была не нужна — иначе пришлось бы потом откатывать все назад и признаваться Форратьеру то ли в блефе, то ли в собственном незнании. Не переговоры, а видимость переговоров, с экивоками, отступлениями и осторожной торговлей. Петр Форкосиган предпочел бы нормальные боевые действия, он — солдат, а не дипломат, но даже он не мог не согласиться, что в качестве показного переговорщика будет наиболее полезен. И никто не мешал ему начать эти переговоры прямо сейчас, прикрыв от любопытных громким хохотом и пикантным рассказом.
Известие о катастрофе в окрестностях крупного металлургического комплекса, поставляющего жизненно важные боеприпасы для нужд армии, вызвало у графа Форратьера должное сожаление, но и только. К соглашению он прийти не спешил. Разумеется, он был бы рад «принять беженцев-рабочих из провинции своего друга Форлакиала и взять их под свою руку», но такой роскоши ему никто не предлагал. А граф Форкосиган был бы не против, наоборот, договориться «об аренде производственных мощностей графства Форратьер для нужд армии», но тут уперся уже хозяин дома, возразив, что «при всем, кхм, уважении к его величеству, он пока не видит возможности изыскать значительные ресурсы, которыми мог бы поддержать того в войне». Все это высказывалось ими друг другу вполголоса, с самыми любезными улыбками на лицах, под звуки менуэта и танца отражений.
Конечно, эта беседа была лишь пробным шаром перед настоящим разговором, который должен был состояться где-то послезавтра. Сначала граф Пьер серьезно поговорит с Доно, потом придет время торговаться всем вместе за пакет уступок и предложений в целом. Доно уже прибыл для переговоров — Петр заметил его смазливую физиономию среди гостей, но, своего же спокойствия ради, не слишком в ту сторону смотрел. Личных счетов к художнику с его артистическими странностями он не имел, но все, связанное с Юрием, отзывалось зудом у него в кулаках просто рефлекторно. И все-таки совсем не поглядывать в этом направлении Форкосиган не мог. Хотя и вид у Доно Форратьера был не такой наглый и вызывающий, какого можно было ожидать, и все же что-то в этой картине генерала изводило. Если не физиономия Доно, то пара каменных рож рядом с ним. Всякий раз, когда генерал Форкосиган косился в сторону лорда Доно, рядом с тем неизменно маячил либо молодой белобрысый дылда, либо скуластый тип постарше, который так и буровил толпу щелочками темных глаз. Могли бы хоть для приличия в бальном зале сделать вид, что они не охрана… или, скорее, конвой? Или, напротив — это подручные Доно для всяких и разных дел, чтобы тому лично руки не пачкать, но притворяются, что они — конвой, стерегущий невинного ягненка Доно, чтобы не отмочил чего неподобающего? Гадать бессмысленно, проще спросить у Негри, когда прием кончится, и тот сможет свериться с досье и сделать запрос своим чудо-мальчикам в столице.
Вот чертова вечеринка! Ладно. Если Амалия не станет приставать к нему с глупостями после вчерашнего конфуза, если Эйрел не напьется (о чем отец его, кстати, заранее сурово предостерег), если Доно не будет мозолить ему глаза, если его хитроумное величество не затеет по ходу новой зубодробительной комбинации — тогда генерал Форкосиган вскоре сможет спокойно уйти с бала и вернуться к своим драгоценным штабным сводкам и донесениям разведслужбы.
«И все же… какая рожа неприятная у этого узкоглазого телохранителя», — раздраженно подумал Петр и для верности повернулся к источнику досады спиной. Надо бы в этой толпе отыскать Эйрела — а как его легко отыщешь, если пацан макушкой отцу едва до плеча достает? — и дать пару приличествующих случаю родительских наставлений.
— Послушай, Негри, — перехватил назавтра генерал Форкосиган капитана, спешащего куда-то по своим многочисленным делам. — Хотел тебя спросить…
— Что-то серьезное? — профессионально непроницаемое лицо едва заметно озарилось проблеском внимания.
— Да нет. Но и не очередные неприятности с бабами, — добавил генерал напрямую, хотя Негри, разумеется, ничего такого не позволил бы себе намекнуть ему в лицо.
— Как я мог такое подумать, сэр, — даже не улыбнувшись, парировал тот.
«Специально он, что ли, тренируется по вечерам делать бесстрастную физиономию, — в очередной раз подумал Петр. — Спору нет, для шефа безопасности смотрится впечатляюще, но самому-то не надоело?»
— Ты вчера внимательно разглядел сопровождающих Доно?
— Разумеется. При прибытии их осмотрели как положено. Оружие мы им не дозволили, как и было обговорено, из электроники у них простые парные рации, на сканерах они фонят не больше обычного, а в то, что кто-нибудь из них тайно протащил бомбу в заднем проходе, я не верю. Хотя, конечно, я специально поставил людей отслеживать этих субчиков, и к императору ближе, чем на десять метров, они не приблизятся при любом раскладе.
Известие о катастрофе в окрестностях крупного металлургического комплекса, поставляющего жизненно важные боеприпасы для нужд армии, вызвало у графа Форратьера должное сожаление, но и только. К соглашению он прийти не спешил. Разумеется, он был бы рад «принять беженцев-рабочих из провинции своего друга Форлакиала и взять их под свою руку», но такой роскоши ему никто не предлагал. А граф Форкосиган был бы не против, наоборот, договориться «об аренде производственных мощностей графства Форратьер для нужд армии», но тут уперся уже хозяин дома, возразив, что «при всем, кхм, уважении к его величеству, он пока не видит возможности изыскать значительные ресурсы, которыми мог бы поддержать того в войне». Все это высказывалось ими друг другу вполголоса, с самыми любезными улыбками на лицах, под звуки менуэта и танца отражений.
Конечно, эта беседа была лишь пробным шаром перед настоящим разговором, который должен был состояться где-то послезавтра. Сначала граф Пьер серьезно поговорит с Доно, потом придет время торговаться всем вместе за пакет уступок и предложений в целом. Доно уже прибыл для переговоров — Петр заметил его смазливую физиономию среди гостей, но, своего же спокойствия ради, не слишком в ту сторону смотрел. Личных счетов к художнику с его артистическими странностями он не имел, но все, связанное с Юрием, отзывалось зудом у него в кулаках просто рефлекторно. И все-таки совсем не поглядывать в этом направлении Форкосиган не мог. Хотя и вид у Доно Форратьера был не такой наглый и вызывающий, какого можно было ожидать, и все же что-то в этой картине генерала изводило. Если не физиономия Доно, то пара каменных рож рядом с ним. Всякий раз, когда генерал Форкосиган косился в сторону лорда Доно, рядом с тем неизменно маячил либо молодой белобрысый дылда, либо скуластый тип постарше, который так и буровил толпу щелочками темных глаз. Могли бы хоть для приличия в бальном зале сделать вид, что они не охрана… или, скорее, конвой? Или, напротив — это подручные Доно для всяких и разных дел, чтобы тому лично руки не пачкать, но притворяются, что они — конвой, стерегущий невинного ягненка Доно, чтобы не отмочил чего неподобающего? Гадать бессмысленно, проще спросить у Негри, когда прием кончится, и тот сможет свериться с досье и сделать запрос своим чудо-мальчикам в столице.
Вот чертова вечеринка! Ладно. Если Амалия не станет приставать к нему с глупостями после вчерашнего конфуза, если Эйрел не напьется (о чем отец его, кстати, заранее сурово предостерег), если Доно не будет мозолить ему глаза, если его хитроумное величество не затеет по ходу новой зубодробительной комбинации — тогда генерал Форкосиган вскоре сможет спокойно уйти с бала и вернуться к своим драгоценным штабным сводкам и донесениям разведслужбы.
«И все же… какая рожа неприятная у этого узкоглазого телохранителя», — раздраженно подумал Петр и для верности повернулся к источнику досады спиной. Надо бы в этой толпе отыскать Эйрела — а как его легко отыщешь, если пацан макушкой отцу едва до плеча достает? — и дать пару приличествующих случаю родительских наставлений.
— Послушай, Негри, — перехватил назавтра генерал Форкосиган капитана, спешащего куда-то по своим многочисленным делам. — Хотел тебя спросить…
— Что-то серьезное? — профессионально непроницаемое лицо едва заметно озарилось проблеском внимания.
— Да нет. Но и не очередные неприятности с бабами, — добавил генерал напрямую, хотя Негри, разумеется, ничего такого не позволил бы себе намекнуть ему в лицо.
— Как я мог такое подумать, сэр, — даже не улыбнувшись, парировал тот.
«Специально он, что ли, тренируется по вечерам делать бесстрастную физиономию, — в очередной раз подумал Петр. — Спору нет, для шефа безопасности смотрится впечатляюще, но самому-то не надоело?»
— Ты вчера внимательно разглядел сопровождающих Доно?
— Разумеется. При прибытии их осмотрели как положено. Оружие мы им не дозволили, как и было обговорено, из электроники у них простые парные рации, на сканерах они фонят не больше обычного, а в то, что кто-нибудь из них тайно протащил бомбу в заднем проходе, я не верю. Хотя, конечно, я специально поставил людей отслеживать этих субчиков, и к императору ближе, чем на десять метров, они не приблизятся при любом раскладе.
Страница 22 из 46
