Фандом: Вселенная Майлза Форкосигана. Идет первый год гражданской войны за трон Барраяра. Провозгласивший себя императором Эзар Форбарра прилагает все силы, чтобы укрепить свои позиции и склонить на свою сторону графов, лишив поддержки прежнего монарха, Юрия Безумного. В ход идет всё — от военной дезинформации до матримониальных расчетов. Однако в замке графа Форратьера Эзару и его людям придется столкнуться с чередой совершенно непредвиденных обстоятельств…
Добавить в моё избранное
161 мин, 44 сек 10062
Поэтому Петр самым своим скучным тоном повторил прежние приказы «без сопровождающих из замка ни ногой» и«докладывайся о своем местонахождении постоянно, ты сейчас будешь нужен» и получил в ответ обычный молчаливый кивок.
Зато в комнату к Негри генерал Форкосиган не вошел — влетел, грохоча сапогами, пристукнул кулаком по столу и с ходу потребовал, чтобы вышел связист, которому капитан что-то надиктовывал. Умница Негри сразу понял, что лучше не спорить — а то в неподдельном бешенстве генерал разнесет что-нибудь вдребезги, и не факт, что не ценное.
— Так. Ты уже проверял этого хрена с горы по спискам головорезов Юрия? — потребовал Форкосиган. — Нет? Так чего же ждешь? Эйрел мой, и тот догадался! Если этот тип командовал юриевскими расстрельными отрядами, он самое малое на сутки зажился на этом свете.
Он выругался, шумно выдохнул, и уже ровным тоном изложил главное, ради чего явился — непреклонное, полное ледяной ярости требование не просто отдать ему голову одного из убийц, в ту ночь пришедших за его семьей, но посодействовать в справедливой мести.
Ледяная ярость, увы, столкнулась с каменным упорством капитана — и было неясно, что одержит верх в этом столкновении геологических формаций.
— Император своим словом пообещал гарантии безопасности Доно, а с ним и его людям, — первое, на что незамедлительно указал Негри. — Спасибо, генерал, что обратили мое внимание на этого человека — теперь мы будем за ним следить еще более пристально, как за явной угрозой…
— Так лучше, может, эту угрозу устранить? — с надеждой подсказал Петр.
— … и одновременно объектом потенциальной провокации. Сложной и, возможно, многоступенчатой. Именно поэтому вы не вправе позволить себе поддаваться на нее, генерал, и нарушать обязательство, даже не вами данное.
— Провокации? Негри, до тебя так и не дошло, что мы имеем дело с сумасшедшим? Тонкость ходов Юрия я уже успел оценить… на личном опыте. Если он хочет кого-то убить, то просто отдает приказ об казни. Без экивоков.
— С Юрием мы переговоров не ведем. А гарантией благоразумия и гостеприимства графа Форратьера служит все его семейство, собранное под одной крышей. — Негри пожал плечами.
— Если этот тип на Эзара нацелился, а это вероятнее всего, то все остальное ему будет побоку, и на форратьерских детишек с женщинами тоже — плюнуть и растереть. — Петр стиснул зубы, стирая вставшие перед мысленным взором картины той самой ночи. Его голос понизился до тихого, опасного рыка: — Уместно ли осторожничать и за каждым кустом искать провокацию, когда твоего императора уже в прицел ловят? А, Капитан Безопасность?
— Уж кто здесь мастер провокаций, так это вы. Желаете пришибить голубчика, так и скажите, — отозвался Негри, не впечатленный и даже не разозлившийся. Стало понятно, что, нахрапом Петр желаемого не получит.
Капитан всмотрелся в комм-пульт, полистал страницы, развернул черно-белый снимок над пластиной.
— Да, это не рядовой охранник. Майор Элмер, как подсказывает файл — если мы не обознались, конечно. Но насчет диверсанта я сомневаюсь. Равновероятно, что это — киллер, что — шпион, или что просто Юрий со своей паранойей отпускает Доно от себя только под строгим надзором доверенного человека. Не из пальца же собирается этот тип стрелять в его величество, а оружие мы у них конфисковали. И, добавлю, с дистанции в полсотни метров самое меньшее — потому что ближе я его к императору не подпущу. Что ж, теперь еще приставим к майору постоянный «хвост» со сканером, на всякий случай. Но не больше.
— А может, все же? — попробовал Форкосиган последнюю попытку. — Его ведь не обязательно убивать у всех на глазах. Радикальный несчастный случай, вроде драки со смертельным исходом или падения в открытую бочку с фитаином, меня тоже устроит. Будет шпионам Юрия урок.
— Нет, — отрубил Негри. — Тайную охоту за головами здесь тем более вести никто не будет.
Форкосиган на секунду опешил. Он уже был готов рявкнуть: «Много о себе вообразил, капитан! Твое дело — отвечать» есть, сэр!«, когда старший по званию приказывает», — но передумал. Уставное почтение капитана Негри держится ровно в рамках служебных инструкций, согласно которым шеф имперской безопасности никому, кроме собственно императора, не подчинен. Любой генерал, даже облеченный всяческими полномочиями, самый прославленный и тэ пэ, для него не указ; максимум — уважаемое лицо, к мнению которого следует прислушаться. Зато у капитана есть одна полезная для мотивации черточка — смирение паче гордости, когда идеально выполненная работа для него — награда сама по себе. Поэтому вместо того, чтобы шумно метать громы и молнии, Петр сменил тактику и язвительно хмыкнул:
— Интересно. А ты не спешишь доложить Эзару, что в полукилометре отсюда засел киллер, которого стоит срочно убрать, пока он за дело не взялся. Что так? Боишься разноса за то, что проглядел угрозу?
Зато в комнату к Негри генерал Форкосиган не вошел — влетел, грохоча сапогами, пристукнул кулаком по столу и с ходу потребовал, чтобы вышел связист, которому капитан что-то надиктовывал. Умница Негри сразу понял, что лучше не спорить — а то в неподдельном бешенстве генерал разнесет что-нибудь вдребезги, и не факт, что не ценное.
— Так. Ты уже проверял этого хрена с горы по спискам головорезов Юрия? — потребовал Форкосиган. — Нет? Так чего же ждешь? Эйрел мой, и тот догадался! Если этот тип командовал юриевскими расстрельными отрядами, он самое малое на сутки зажился на этом свете.
Он выругался, шумно выдохнул, и уже ровным тоном изложил главное, ради чего явился — непреклонное, полное ледяной ярости требование не просто отдать ему голову одного из убийц, в ту ночь пришедших за его семьей, но посодействовать в справедливой мести.
Ледяная ярость, увы, столкнулась с каменным упорством капитана — и было неясно, что одержит верх в этом столкновении геологических формаций.
— Император своим словом пообещал гарантии безопасности Доно, а с ним и его людям, — первое, на что незамедлительно указал Негри. — Спасибо, генерал, что обратили мое внимание на этого человека — теперь мы будем за ним следить еще более пристально, как за явной угрозой…
— Так лучше, может, эту угрозу устранить? — с надеждой подсказал Петр.
— … и одновременно объектом потенциальной провокации. Сложной и, возможно, многоступенчатой. Именно поэтому вы не вправе позволить себе поддаваться на нее, генерал, и нарушать обязательство, даже не вами данное.
— Провокации? Негри, до тебя так и не дошло, что мы имеем дело с сумасшедшим? Тонкость ходов Юрия я уже успел оценить… на личном опыте. Если он хочет кого-то убить, то просто отдает приказ об казни. Без экивоков.
— С Юрием мы переговоров не ведем. А гарантией благоразумия и гостеприимства графа Форратьера служит все его семейство, собранное под одной крышей. — Негри пожал плечами.
— Если этот тип на Эзара нацелился, а это вероятнее всего, то все остальное ему будет побоку, и на форратьерских детишек с женщинами тоже — плюнуть и растереть. — Петр стиснул зубы, стирая вставшие перед мысленным взором картины той самой ночи. Его голос понизился до тихого, опасного рыка: — Уместно ли осторожничать и за каждым кустом искать провокацию, когда твоего императора уже в прицел ловят? А, Капитан Безопасность?
— Уж кто здесь мастер провокаций, так это вы. Желаете пришибить голубчика, так и скажите, — отозвался Негри, не впечатленный и даже не разозлившийся. Стало понятно, что, нахрапом Петр желаемого не получит.
Капитан всмотрелся в комм-пульт, полистал страницы, развернул черно-белый снимок над пластиной.
— Да, это не рядовой охранник. Майор Элмер, как подсказывает файл — если мы не обознались, конечно. Но насчет диверсанта я сомневаюсь. Равновероятно, что это — киллер, что — шпион, или что просто Юрий со своей паранойей отпускает Доно от себя только под строгим надзором доверенного человека. Не из пальца же собирается этот тип стрелять в его величество, а оружие мы у них конфисковали. И, добавлю, с дистанции в полсотни метров самое меньшее — потому что ближе я его к императору не подпущу. Что ж, теперь еще приставим к майору постоянный «хвост» со сканером, на всякий случай. Но не больше.
— А может, все же? — попробовал Форкосиган последнюю попытку. — Его ведь не обязательно убивать у всех на глазах. Радикальный несчастный случай, вроде драки со смертельным исходом или падения в открытую бочку с фитаином, меня тоже устроит. Будет шпионам Юрия урок.
— Нет, — отрубил Негри. — Тайную охоту за головами здесь тем более вести никто не будет.
Форкосиган на секунду опешил. Он уже был готов рявкнуть: «Много о себе вообразил, капитан! Твое дело — отвечать» есть, сэр!«, когда старший по званию приказывает», — но передумал. Уставное почтение капитана Негри держится ровно в рамках служебных инструкций, согласно которым шеф имперской безопасности никому, кроме собственно императора, не подчинен. Любой генерал, даже облеченный всяческими полномочиями, самый прославленный и тэ пэ, для него не указ; максимум — уважаемое лицо, к мнению которого следует прислушаться. Зато у капитана есть одна полезная для мотивации черточка — смирение паче гордости, когда идеально выполненная работа для него — награда сама по себе. Поэтому вместо того, чтобы шумно метать громы и молнии, Петр сменил тактику и язвительно хмыкнул:
— Интересно. А ты не спешишь доложить Эзару, что в полукилометре отсюда засел киллер, которого стоит срочно убрать, пока он за дело не взялся. Что так? Боишься разноса за то, что проглядел угрозу?
Страница 24 из 46
