Гарри Поттер и Песочные Часы

— рассмеялась Сьюзен. — Кстати, хотела предложить тебе помощь.

— Помощь? — Гарри мысленно перебрал в голове несколько вариантов. Тетя рассказала Сьюзен о том, что Гарри был в поместье Малфоев? Гермиона проболталась об их занятиях в Выручай-комнате? Профессор Спраут рассказала, что Гарри с первых дней ведет себя «странно»? Слагхорн решил поставить еще одного человека на свою «полку»?

— Да, — Сьюзен улыбнулась теплой, открытой улыбкой хаффлпаффки, — я слышала, что ты никак не можешь научиться нормально левитировать перо. Знаешь, у меня это отлично получается. Если у тебя будет время, я могу рассказать, как это делать.

Гарри усилием воли избавился от остальных вариантов. Сьюзен Боунс, первокурсница факультета Хаффлпафф, единственный родственник которой работал в Министерстве на высокой должности, всего-навсего захотела помочь своему сверстнику… своему другу освоить несложное заклинание. Гарри с облегчением выдохнул.

— Да, да, конечно, это было бы просто замечательно, — ответил он.

Сьюзен Боунс, племянница Амелии Боунс, главы отдела магического правопорядка, могла помочь Гарри во многих отношениях, но пока было достаточно того, что эта добрая искренняя девочка будет считать, что помогла Мальчику-который-выжил освоить чары «Вингардиум Левиоса».

— Отлично, начнем завтра, — строго сказала Сьюзен.

Гарри снова задумался о факультетах Хогвартса. Они были равнозначны, иначе один из них непременно был бы вытеснен остальными. Гриффиндорцы добивались своего храбростью, рэйвенкловцы — умом, слизеринцы использовали любые средства, если цель, с их точки зрения, оправдывала это, а хаффлпаффцы — они просто умели принимать чужую помощь.

18. Лили

Каникулы подходили к концу. Мантия-невидимка, один из важнейших элементов плана Гарри, до сих пор находилась у Дамблдора, как вещественное доказательство его недоверия. Гарри старался не думать об этом и концентрировался на других проблемах. Он дружелюбно болтал за обедом со Сьюзен, которую тетя оставила в Хогвартсе из-за аврала в Министерстве, вызванного необходимостью расследования череды смертей. Он старался отправлять сову Сириусу каждые два дня и рассказывал ему о том, что удалось узнать о родителях, спрашивал об отце и даже раздобыл вырезку старого номера «Пророка» с фотографией Поттеров. Он вежливо здоровался с профессором Слагхорном в коридорах и никоим образом не напоминал ему о данном обещании. Он с пунктуальностью Гермионы ходил к Снейпу, украдкой махал рукой Макгонагалл и всем своим видом показывал профессору Флитвику, что крайне обеспокоен своими успехами в чарах левитации.

Когда каникулы закончились, Гарри знал почти всех первокурсников поименно, мог рассказать, что предпочитает каждый из них на завтрак, и о предках доброй половины прочел массу полезных сведений в исторических монографиях и мемуарах. Это было тяжело, куда тяжелее использования патронуса перед дементорами, но Гарри снова и снова напоминал себе, что теперь он — студент Хаффлпаффа, и для него трудолюбие и упорство — главные качества. Том Риддл был одаренным мальчиком, который мог вызывать доверие одной улыбкой, именно поэтому он натворил столько ошибок и в конечном счете погиб в детской Гарри, в Годриковой Впадине. Том Риддл был истинным слизеринцем, он игнорировал, как Салазар когда-то, мнение других факультетов. Гарри твердо решил, что не повторит чужой ошибки. Если он вынужден сражаться с Волдемортом, если это неизбежность, то нужно подготовиться, пока еще есть время.

— Выглядишь ужасно, — довольным тоном сообщила Тонкс за завтраком в понедельник. — Фред и Джордж сказали мне, что сейчас работают над жвачкой, которая вызывает тошноту. Такое ощущение, что ты слопал все образцы. Признавайся, тебе было скучно тут?

— Нет, — честно признался Гарри, — даже слишком нескучно.

— Что ж, в таком случае, постарайся заскучать хоть ненадолго, — нахмурилась Тонкс. — Ты еще на первом курсе, у тебя впереди семь лет. Успеешь, некуда торопиться.

— Просто мне многое интересно, — ответил Гарри.

— Вот как? Может, Распределяющая Шляпа ошиблась, и ты должен был оказаться в Рэйвенкло? — она рассмеялась и, как обычно, не прощаясь ушла по своим делам.

— Мистер Поттер, пройдите, пожалуйста, в мой кабинет.

Гарри обернулся, переваривая странный акцент на слове «пожалуйста», и заметил профессора по Защите, который уже шел к выходу из Большого Зала.

— Чего он от тебя хочет? — нахмурилась Сьюзен, которая все чаще садилась рядом с Гарри.

— Не знаю, — Гарри пожал плечами. — Может быть, это по поводу моего эссе.

— Какого эссе? — удивилась Сьюзен.

— Того, что нам задали на каникулы, конечно.

— Нам задали эссе? Ах, точно! И я забыла, — голос ее был очень печальным.

Гарри заставил себя не вскакивать и не бежать стрелой вслед за Пожирателем Смерти.