Мезальянс

Присцилла с интересом присматривалась к неожиданной невестке: на бал дебютанток приглашались девицы из семей, что, по меньшей мере, в семи поколениях могли доказать чистоту крови… а после последнего бала было всего лишь две свадьбы, и самая пышная — свадьба Матильды Сэрфес и Алексиса Кламси.

— Так молодая миссис Кламси приходиться вам сестрой?

— Кузиной, ну, на самом деле, даже не кузиной, наши пра-прабабушки были родными сестрами… но когда тетя Рейчел умерла, а дядя Оливер был в Индии, то Тильди жила с нами, мы росли вместе… вот почему на свадьбе было так много рыжих. Дядя Оливер пригласил всех Прюэттов! А нас столько! — Молли улыбнулась счастливо и открыто.

В те дни, когда старая знакомая сэра Абрахаса — подагра — приходила к нему с визитом, то даже солнце опасалось заглядывать в окна Малфой-мэнора, а домочадцы смиренно признавали свою вину за все несовершенство мира. Домовики, забившись в углу кухни, опасливо прислушивались к громогласным проклятиям хозяина, прерываемые лишь тогда и ненадолго, когда очередная ваза или статуэтка с грохотом разбивались об стену — все, что в эти минуты попадало под руку Абрахасу, ждал скорый и немилосердный конец. В редкие мгновения затишья леди Присцилла кротко увещевала мужа:

— Дорогой, микстура доктора Сметвика…

— Самонадеянный болван — твой доктор Сметвик!

— … тебе всегда помогала… пожалуйста, выпей, не горячись.

— К чертям!

Флакон с лекарством жалобно звякнул на прощанье, а по полу растеклась зеленоватая лужица.

Присцилла вздохнула и достала последний флакон, который, скорее всего, разделил бы судьбу предыдущего. Но тут Молли со спокойной решительностью забрала лекарство из рук свекрови и подошла к Абрахасу. Она открыла пузырек, сморщилась, принюхавшись, капнула лекарство на ладонь, слизнула, распробовав вкус, поморщилась еще раз и вдруг предложила:

— Если сразу запить анисовым ликером, то…

— У нас нет анисового ликера!

— Есть. Я вчера приготовила, попробуйте.

— Мой сын женился на домовухе… Ох! Чертов костоправ, вшивый лекаришка, решил вогнать меня в гроб! Никто не заставит меня проглотить это дракклово пойло, эту троллью мочу… Ох! Кхе-кхе…

— Вот и хорошо, вот и славно, — Молли похлопала свекра по спине, — а теперь быстренько запьем сладким… и вовсе не противно, а очень даже полезно… а завтра будем совсем-совсем здоровы…

— Завтра я прокляну тебя, клянусь подштанниками Мерлина!

— Конечно-конечно, еще ликера?

Утро было солнечным и прохладным. Абрахас неторопливо прохаживался по парку, прогулка после приступа болезни была приятна: привкус аниса в соединение с запахом любимого табаком составляли гармоничный букет, а шерстяная фуфайка, которую невестка вручила ему сегодня, грела и совсем не кололась… зря он бурчал об этом, но это скорее по привычке… В кустах вдоль дорожки послышалось сопение: домовой эльф кряхтел, тащил корзину, полную яблок, присев на минутку, вытерев рукой пот, снова попытался поудобнее подхватить свою ношу.

— Ну, и что это? — Хозяйский бас раздался прямо над головой домовика.

От неожиданности эльф уронил корзину, вытянулся во фрунт перед Абрахасом, с сожалением косясь на рассыпавшиеся яблоки:

— Молодая госпожа, — домовик испуганно прижал ушки и торопливо исправил оговорку, — мисс Молли готовить яблоки в карамели… с корицей и ванилью… Добби посылать за яблоками в сад…

— Так что ты стоишь тут столбом? Иди, выполняй распоряжение… молодой госпожи.

Присцилла готова была поклясться, что даже перед своим первым званным вечером в роли хозяйки Малфой-мэнора она волновалась меньше, чем сейчас. Ох, как же хорошо она знала манеры и характеры приглашенных дам, их взгляды, замечающие малейшую оплошность, ехидную вежливость, притворную плюшевую снисходительность, из которой острыми булавками торчало злорадство. Поэтому Присцилла внимательно и требовательно оглядела наряд невестки:

— Молли, милая, эта сердоликовая брошь, конечно, очень подходит к твоим волосам, но для торжественного приема нужно что-то более… — она неопределенно пошевелила пальцами, подошла к туалетному столику, взяла жемчужное ожерелье, которое вчера сама выбрала, — вот это, пожалуй, будет уместнее.

Молли смущенно и неуверенно держала врученное свекровью украшение:

— Благодарю вас…

— Ах, какие мелочи, — Присцилла решительно щелкнула бриллиантовым фермуаром, застегивая ожерелье на Молли, — и… если хочешь, можешь звать меня…

— Спасибо, матушка!

Первую мазурку Молли танцевала со свекром, а тот молодецки щелкал каблуками, громко притоптывал, и с удальством кружил ее по зале. Однако к концу второго круга одышка взяла свое, и Абрахас проводил невестку к дамам, сам же отправился в буфетную подкрепиться шерри. Молли радостно пританцевывала в такт музыке и ждала начала контрданса.