Фандом: Ориджиналы. Костя одним широким шагом оказался рядом с закрытой кабинкой. Резко распахнул дверь, срывая хлипкий замок, и удостоверился, что фантазия дорисовала ему все правильно. На крышке унитаза сидел Русаков и держал во рту мужской член, а второй «посетитель» кабинки со спущенными штанами направил телефон на его лицо.
Добавить в моё избранное
250 мин, 55 сек 21594
— Ты на что намекаешь? — с поднимающимся ужасом спросил Игорь.
— Найди себе кого-нибудь другого, кто так же, как и ты, еще многого не видел, кого не обманывали и не обламывали, — озвучил последний аргумент Васильев, внутренне содрогаясь от собственно фразы. — Ищи свой путь, без меня. Я не принесу тебе ничего хорошего. Прощай.
В чувства Игорь пришел, поднимаясь в свою квартиру. В голове прокручивался предыдущий разговор. Хотелось вернуться и продолжить дискуссию, но его так искусно выставили, что парень не успел собраться с мыслями, и все умные и необходимые предложения появились только после того, как за ним закрыли дверь.
Волоча ноги, поднялся на свой этаж и с облегчением услышал, как из-за двери доносится радостный смех. Женя с Татьяной Ивановной сидели на маленькой кухне, уплетали выпечку и хохотали, вспоминая утреннее недоразумение.
«Хоть у этих все хорошо», — с облегчением подумал Русаков, выпроваживая нежданных гостей после их веселого пересказа того, что он и так знал.
В квартире стало как-то пронзительно пусто и неуютно. Он скользил глазами по углам и не мог понять, что случилось за столь короткое время, пока его не было дома.
«А может я настолько плох, что Костя решил больше не иметь со мной дела?» — эта мысль кислотой прожгла внутренности насквозь. Даже показалось что в грудине сквозит холодный ветер.
Игорь как подкошенный опустился на кровать и со стоном уткнулся в судорожно сжатые кулаки. Хотелось отмотать время назад и не делать глупостей. Не признаваться, не оставаться на ночь. А теперь что? Не бежать же обратно и захлебываясь объяснять, что опыта у него никакого нет? Что он понятия не имеет как можно «принимать», а не только «отдавать»? Что с Максом все было не так. Там приходилось зажмуриваться, открывать рот и в оцепенении ждать, когда закончится чужая потеха, отключаясь от реальности и ощущений.
Какое-то бездонное отчаяние поглотило его. Тоска, безнадега преследовали днем и ночью. Особенно невыносимо, когда оставался один на один со своими мыслями и воспоминаниями. Игорь еще больше стал нуждаться в Васильеве. Ему не хватало его общества, его присутствия. Хотелось, как и раньше, написать какую-нибудь забавную новость или даже глупость. И получить такой же занятный комментарий или шутку в ответ.
«У меня сегодня по гороскопу встреча в казенном доме». — «Если будешь себя хорошо вести, то и встреча будет приятной».
Или: «Обещали дождь». — «А у меня как раз машина после автомойки».
Или просто получить с утра короткое смс: «Оденься теплее. Обещали первые заморозки в этом году».
Хотелось опять почувствовать, что где-то есть человек, которого интересует его мнение, его отношение к чему-либо, который думает о нем.
Но как теперь донести эти мысли до Васильева, Игорь не знал. Костя с ним не разговаривал. Минутные встречи по работе — не в счет. С ним больше не балагурили, не насмехались. У Русакова опускались руки, когда он видел, что со всеми остальными Костя остался прежним и только с ним замыкался, хмурился, и лишнего слова не произносил. Всем своим видом давал понять, что их общение может быть только на профессиональной основе, никаких личных тем.
Что он знал о Васильеве, кроме того что у него незаурядный, живой ум, безграничная любовь к дочери, занятные музыкальные пристрастия, интерес к фотографированию и БДСМ?
«Может, стоит заняться тем же, чем увлекается он? Чтобы появился общий интерес?» — подумал Игорь.
Из всех знакомых оставался единственный человек, который хоть как-то мог приоткрыть завесу в эту странную и чем-то притягательную Тему.
Отпросившись у отца, Игорь поехал в пригород. Поплутал на проселочной дороге, подъехал к знакомому высокому забору и нажал на звонок, внутренне замирая от предстоящего разговора.
— Вот это неожиданность, — радушно протянул хозяин, открывая калитку.
— Прости, что без предупреждения, — зачастил парень. — Я не был уверен, что застану тебя дома. Мне нужна консультация специалиста по шибари. Борис, ты мне поможешь?
— Конечно. Проходи, — счастливо расплылся тот, пропуская гостя во двор.
Игорь направился по тропинке к дому, а Борис закрыл калитку на два оборота и убрал ключ в карман. — Далеко ли от безумия до мудрости? Все мы делимся на профессионалов и любителей, — рассуждал Борис, сидя на высоком табурете у барной стойки на кухне. — Но кто-то к этому идет осознанно, а кто-то случайно открывает в себе талант к чему-либо. Вот ты чем в жизни занимаешься?
— Мебелью, — ответил Игорь. Он сидел напротив хозяина на таком же табурете и вертел в руках салфетку.
— Мебелью? — Удивленно повторил и тут же продолжил свою мысль. — Здесь тоже есть простор для фантазии. Можно штамповать унылые фасады, а можно подойти к процессу творчески и украсить шкаф так, что будет на зависть всем друзьям и знакомым. К профессионализму можно идти разными путями.
— Найди себе кого-нибудь другого, кто так же, как и ты, еще многого не видел, кого не обманывали и не обламывали, — озвучил последний аргумент Васильев, внутренне содрогаясь от собственно фразы. — Ищи свой путь, без меня. Я не принесу тебе ничего хорошего. Прощай.
В чувства Игорь пришел, поднимаясь в свою квартиру. В голове прокручивался предыдущий разговор. Хотелось вернуться и продолжить дискуссию, но его так искусно выставили, что парень не успел собраться с мыслями, и все умные и необходимые предложения появились только после того, как за ним закрыли дверь.
Волоча ноги, поднялся на свой этаж и с облегчением услышал, как из-за двери доносится радостный смех. Женя с Татьяной Ивановной сидели на маленькой кухне, уплетали выпечку и хохотали, вспоминая утреннее недоразумение.
«Хоть у этих все хорошо», — с облегчением подумал Русаков, выпроваживая нежданных гостей после их веселого пересказа того, что он и так знал.
В квартире стало как-то пронзительно пусто и неуютно. Он скользил глазами по углам и не мог понять, что случилось за столь короткое время, пока его не было дома.
«А может я настолько плох, что Костя решил больше не иметь со мной дела?» — эта мысль кислотой прожгла внутренности насквозь. Даже показалось что в грудине сквозит холодный ветер.
Игорь как подкошенный опустился на кровать и со стоном уткнулся в судорожно сжатые кулаки. Хотелось отмотать время назад и не делать глупостей. Не признаваться, не оставаться на ночь. А теперь что? Не бежать же обратно и захлебываясь объяснять, что опыта у него никакого нет? Что он понятия не имеет как можно «принимать», а не только «отдавать»? Что с Максом все было не так. Там приходилось зажмуриваться, открывать рот и в оцепенении ждать, когда закончится чужая потеха, отключаясь от реальности и ощущений.
Какое-то бездонное отчаяние поглотило его. Тоска, безнадега преследовали днем и ночью. Особенно невыносимо, когда оставался один на один со своими мыслями и воспоминаниями. Игорь еще больше стал нуждаться в Васильеве. Ему не хватало его общества, его присутствия. Хотелось, как и раньше, написать какую-нибудь забавную новость или даже глупость. И получить такой же занятный комментарий или шутку в ответ.
«У меня сегодня по гороскопу встреча в казенном доме». — «Если будешь себя хорошо вести, то и встреча будет приятной».
Или: «Обещали дождь». — «А у меня как раз машина после автомойки».
Или просто получить с утра короткое смс: «Оденься теплее. Обещали первые заморозки в этом году».
Хотелось опять почувствовать, что где-то есть человек, которого интересует его мнение, его отношение к чему-либо, который думает о нем.
Но как теперь донести эти мысли до Васильева, Игорь не знал. Костя с ним не разговаривал. Минутные встречи по работе — не в счет. С ним больше не балагурили, не насмехались. У Русакова опускались руки, когда он видел, что со всеми остальными Костя остался прежним и только с ним замыкался, хмурился, и лишнего слова не произносил. Всем своим видом давал понять, что их общение может быть только на профессиональной основе, никаких личных тем.
Что он знал о Васильеве, кроме того что у него незаурядный, живой ум, безграничная любовь к дочери, занятные музыкальные пристрастия, интерес к фотографированию и БДСМ?
«Может, стоит заняться тем же, чем увлекается он? Чтобы появился общий интерес?» — подумал Игорь.
Из всех знакомых оставался единственный человек, который хоть как-то мог приоткрыть завесу в эту странную и чем-то притягательную Тему.
Отпросившись у отца, Игорь поехал в пригород. Поплутал на проселочной дороге, подъехал к знакомому высокому забору и нажал на звонок, внутренне замирая от предстоящего разговора.
— Вот это неожиданность, — радушно протянул хозяин, открывая калитку.
— Прости, что без предупреждения, — зачастил парень. — Я не был уверен, что застану тебя дома. Мне нужна консультация специалиста по шибари. Борис, ты мне поможешь?
— Конечно. Проходи, — счастливо расплылся тот, пропуская гостя во двор.
Игорь направился по тропинке к дому, а Борис закрыл калитку на два оборота и убрал ключ в карман. — Далеко ли от безумия до мудрости? Все мы делимся на профессионалов и любителей, — рассуждал Борис, сидя на высоком табурете у барной стойки на кухне. — Но кто-то к этому идет осознанно, а кто-то случайно открывает в себе талант к чему-либо. Вот ты чем в жизни занимаешься?
— Мебелью, — ответил Игорь. Он сидел напротив хозяина на таком же табурете и вертел в руках салфетку.
— Мебелью? — Удивленно повторил и тут же продолжил свою мысль. — Здесь тоже есть простор для фантазии. Можно штамповать унылые фасады, а можно подойти к процессу творчески и украсить шкаф так, что будет на зависть всем друзьям и знакомым. К профессионализму можно идти разными путями.
Страница 58 из 75
