Фандом: Ориджиналы. Костя одним широким шагом оказался рядом с закрытой кабинкой. Резко распахнул дверь, срывая хлипкий замок, и удостоверился, что фантазия дорисовала ему все правильно. На крышке унитаза сидел Русаков и держал во рту мужской член, а второй «посетитель» кабинки со спущенными штанами направил телефон на его лицо.
Добавить в моё избранное
250 мин, 55 сек 21543
— Заберешь меня от Торгового Центра, — все-таки сменила она тему. — Мы с Роминой мамой к свадьбе покупки делать будем.
— Так ведь ребята под это дело организатора наняли, который свадьбами занимается. Зачем вам-то в процесс вмешиваться?
— Да что она знает?! Пигалица эта!— возмутилась Татьяна Ивановна. — Только деньги напрасно потратили.
Действительно! С чего вдруг Татьяна Ивановна, ведущий специалист в главном отделе, занимающимся основными разработками стратегической важности, к которой на поклон ходят все начальники, а подчиненные боятся глаза поднять в ее присутствии и прочая-прочая, не смогла бы организовать свадьбу для сына старых друзей? Чесслово! Даже предположить такое невозможно.
— Я понял, — вздохнул сын. — Около обеда отзвонюсь.
— И оденься поприличней, — попрощалась мама. — А то знаю я вас Русаковых…
Разговоры о приличиях иногда всплывали в их беседах.
«Это неприлично, когда взрослый сын живет с матерью», — безапелляционно заявил Игорь после получения диплома. Мадам Русакова приличия и правила чтила, блюла, и пришлось ей согласиться с этим аргументом. А также с тем, чтобы на пару с бывшим мужем оформить кредит на однокомнатную квартирку, которая, к ее неудовольствию, находилась совсем не в ее доме, и даже не в ее дворе. После операции «Побег из курятника», а реализация попытки жить отдельно от матери по-другому никак не назовешь, Игорь, наконец, вздохнул полной грудью и почувствовал, что в этой жизни хоть что-то в состоянии сделать и решить самостоятельно.
Русаков еще немного посидел на балконе, но настроение подпортилось, кофе остыл, и самодельный кекс больше не распространял аромат свежей выпечки. Собравшись с духом, поплелся в комнату. Открыл шкаф и надолго завис, разглядывая полки. Выбор небогатый. Либо надеть джинсы, либо как любит мама — брючки, рубашечку и желательно жилеточку с удавочкой, несмотря на жару. Но весь этот полу-школьный и полу-офисный маскарад Игорь не переносил физически.
«Я взрослый мужик, — мысленно пнул себя Русаков. — Почему я должен одеваться, как велит мама? Пойду против» системы«. Даже бриться не буду».
Посмеиваясь над собственной крутостью и самостоятельностью, натянул почти свежую, немятую футболку, провокационные джинсы со сквозной вентиляцией и накинул на плечи клетчатую рубашку. Прихватив рюкзак с документами, спустился во двор. Там его ждала еще одна «девушка с характером».
На права он сдал еще в прошлом году, но старенький «Рено Логан» отец подогнал только месяц назад, когда сам купил семейный«Киа». Опыт вождения у Игоря был небольшой, поэтому приходилось в свободное время ездить по загородной дороге и практиковаться, чтобы не бояться руля и других движущихся предметов. Накатавшись по округе и пару раз чуть не попав в ДТП, направился в офис к Роману.
На их складе, в связи с увеличением клиентов, возрос и объем работы, поднялись требования к ассортименту, появилась необходимость в развитии новых направлений. Тогда-то и пришлось регистрироваться в Ромкиной конторе. Отец давно уже имел общие дела с его офисом, а вот на Игоря все никак не могли документы оформить: Женечка была слишком занята предстоящим торжественным событием, рабочие обязанности выполнять не успевала.
Свободное место для парковки нашлось только у ближайшего торгового центра, от которого и нужно было забрать маму. Игорь пристроил свой серебристый «Рено Логан» рядом с зеленым«Опель Фронтера» и, насвистывая«Фигаро», вошел в высотку. Прикинув по часам, что обед в конторе закончился, смело направился в клиентскую зону.
За невысоким стеклянным барьером сидели двое: женщина и мужчина. Совершенно не те сотрудники, которые были вчера, когда Игорь привозил документы для проверки. Лиц не видно, но слышно, как они что-то обсуждали, подшучивали друг над другом. В какой-то момент Русаков обратил внимание на оголенные руки одного из работников и остолбенел, забыв, зачем сюда пришел.
Мысленно Игорь перенесся в светлую, солнечную студию, где среди таких же, как он, студентов-художников впервые увидел нового натурщика. Задание в тот день было нарисовать руки. Но Русаков с трудом смог изобразить что-то в альбоме. Именно тогда и понял, что не просто «не может найти себе подходящую девочку», как утверждала мама, а интересуют его исключительно мальчики, точнее — мужчины. И руки у них должны быть вот такими — накачанными, с перекрученными венами. И примерно тогда же узнал, что влюбляться в одну лишь внешность очень глупая и небезопасная идея.
Игорь застыл, разглядывая, как человек за стойкой закатывает рукава форменной рубашки, как поправляет дорогие часы на запястье, как длинные пальцы крутят пишущую ручку. Крепкая, широкая ладонь с аккуратными овальными ногтями.
Интересно, она немного шероховатая или гладкая? А насколько она сильная?
Русаков сглотнул, сильно зажмурился, даже тряхнул головой, отгоняя наваждение, и чуть сипло, заикаясь, поздоровался.
— Так ведь ребята под это дело организатора наняли, который свадьбами занимается. Зачем вам-то в процесс вмешиваться?
— Да что она знает?! Пигалица эта!— возмутилась Татьяна Ивановна. — Только деньги напрасно потратили.
Действительно! С чего вдруг Татьяна Ивановна, ведущий специалист в главном отделе, занимающимся основными разработками стратегической важности, к которой на поклон ходят все начальники, а подчиненные боятся глаза поднять в ее присутствии и прочая-прочая, не смогла бы организовать свадьбу для сына старых друзей? Чесслово! Даже предположить такое невозможно.
— Я понял, — вздохнул сын. — Около обеда отзвонюсь.
— И оденься поприличней, — попрощалась мама. — А то знаю я вас Русаковых…
Разговоры о приличиях иногда всплывали в их беседах.
«Это неприлично, когда взрослый сын живет с матерью», — безапелляционно заявил Игорь после получения диплома. Мадам Русакова приличия и правила чтила, блюла, и пришлось ей согласиться с этим аргументом. А также с тем, чтобы на пару с бывшим мужем оформить кредит на однокомнатную квартирку, которая, к ее неудовольствию, находилась совсем не в ее доме, и даже не в ее дворе. После операции «Побег из курятника», а реализация попытки жить отдельно от матери по-другому никак не назовешь, Игорь, наконец, вздохнул полной грудью и почувствовал, что в этой жизни хоть что-то в состоянии сделать и решить самостоятельно.
Русаков еще немного посидел на балконе, но настроение подпортилось, кофе остыл, и самодельный кекс больше не распространял аромат свежей выпечки. Собравшись с духом, поплелся в комнату. Открыл шкаф и надолго завис, разглядывая полки. Выбор небогатый. Либо надеть джинсы, либо как любит мама — брючки, рубашечку и желательно жилеточку с удавочкой, несмотря на жару. Но весь этот полу-школьный и полу-офисный маскарад Игорь не переносил физически.
«Я взрослый мужик, — мысленно пнул себя Русаков. — Почему я должен одеваться, как велит мама? Пойду против» системы«. Даже бриться не буду».
Посмеиваясь над собственной крутостью и самостоятельностью, натянул почти свежую, немятую футболку, провокационные джинсы со сквозной вентиляцией и накинул на плечи клетчатую рубашку. Прихватив рюкзак с документами, спустился во двор. Там его ждала еще одна «девушка с характером».
На права он сдал еще в прошлом году, но старенький «Рено Логан» отец подогнал только месяц назад, когда сам купил семейный«Киа». Опыт вождения у Игоря был небольшой, поэтому приходилось в свободное время ездить по загородной дороге и практиковаться, чтобы не бояться руля и других движущихся предметов. Накатавшись по округе и пару раз чуть не попав в ДТП, направился в офис к Роману.
На их складе, в связи с увеличением клиентов, возрос и объем работы, поднялись требования к ассортименту, появилась необходимость в развитии новых направлений. Тогда-то и пришлось регистрироваться в Ромкиной конторе. Отец давно уже имел общие дела с его офисом, а вот на Игоря все никак не могли документы оформить: Женечка была слишком занята предстоящим торжественным событием, рабочие обязанности выполнять не успевала.
Свободное место для парковки нашлось только у ближайшего торгового центра, от которого и нужно было забрать маму. Игорь пристроил свой серебристый «Рено Логан» рядом с зеленым«Опель Фронтера» и, насвистывая«Фигаро», вошел в высотку. Прикинув по часам, что обед в конторе закончился, смело направился в клиентскую зону.
За невысоким стеклянным барьером сидели двое: женщина и мужчина. Совершенно не те сотрудники, которые были вчера, когда Игорь привозил документы для проверки. Лиц не видно, но слышно, как они что-то обсуждали, подшучивали друг над другом. В какой-то момент Русаков обратил внимание на оголенные руки одного из работников и остолбенел, забыв, зачем сюда пришел.
Мысленно Игорь перенесся в светлую, солнечную студию, где среди таких же, как он, студентов-художников впервые увидел нового натурщика. Задание в тот день было нарисовать руки. Но Русаков с трудом смог изобразить что-то в альбоме. Именно тогда и понял, что не просто «не может найти себе подходящую девочку», как утверждала мама, а интересуют его исключительно мальчики, точнее — мужчины. И руки у них должны быть вот такими — накачанными, с перекрученными венами. И примерно тогда же узнал, что влюбляться в одну лишь внешность очень глупая и небезопасная идея.
Игорь застыл, разглядывая, как человек за стойкой закатывает рукава форменной рубашки, как поправляет дорогие часы на запястье, как длинные пальцы крутят пишущую ручку. Крепкая, широкая ладонь с аккуратными овальными ногтями.
Интересно, она немного шероховатая или гладкая? А насколько она сильная?
Русаков сглотнул, сильно зажмурился, даже тряхнул головой, отгоняя наваждение, и чуть сипло, заикаясь, поздоровался.
Страница 9 из 75
