Контракты души

Гарри отдернул руку с невольной брезгливостью, и тело с тихим всплеском заняло первоначальное положение.

Гарри выбрался на берег. Зрители — они же подозреваемые — смотрели на него молча, на лицах — странно одинаковое выражение: напряженная неподвижность с легкой примесью отвращения. Гарри вдруг понял, что эти лица, как зеркало, отражают его собственную гримасу. Трость Колина лежала на последней ступеньке, наполовину соскользнув в воду, рукоять зарылась в песок.

Гарри пробормотал высушивающее заклинание. От одежды поднялся пар, как от закипевшего чайника. Тонкие губы Люциуса чуть искривились в улыбке.

То, что произошло между ними вчера, будто привиделось в странном сне, но эта усмешка означала пробуждение. Гарри не почувствовал гнева: власть Люциуса над ним сейчас казалась иллюзорной, и он мог противопоставить этой власти иную, реальную, как жесткий, холодный камень под ногами.

— Мисс Линн, господа, — сказал Гарри, — я попрошу всех вас пройти в дом и не покидать его до тех пор, пока не прибудет следственная группа. Мне нужно отправить послание в аврорат и, если кто-то из вас предоставит мне сову, я буду весьма вам признателен.

— Мистер Поттер, — ответил Люциус Малфой с той же усмешкой, придающей его вежливости уничижительный оттенок, — я предоставлю вам сову. В сущности, я готов предоставить все, что вам будет угодно, за исключением своей жены.

Гарри нестерпимо захотелось вернуть ему давешнюю пощечину.

— Кстати, о вашей жене — почему ее здесь нет?

— Я не посчитал нужным будить ее. Пускай хотя бы выспится перед тем, как появятся ваши коллеги и доведут ее до истерики.

— Отчего же мои коллеги непременно должны довести ее до истерики? Невиновному человеку волноваться не о чем.

— Разумеется, не о чем, — если только его допрашивает не Аластор Хмури.

— Кому и знать об этом, как не вам — ведь вы всегда страдали без вины, лишь потому, что злые люди вас оклеветали, — саркастически заметил Гарри. — Кстати, можете быть спокойны за вашу жену. Аластор Хмури, полагаю, найдет другого кандидата для допроса.

— Вы, случайно, стишки не пописываете втихомолку? — ядовито осведомился Малфой, выслушав тираду Гарри.

Не в бровь, а в глаз.

— А почему вы все еще здесь? — ласково спросил Гарри. — Пока что вы можете быть свободны. В пределах дома, разумеется. Мне нужно осмотреть место преступления.

— Возможно, место происшествия? — внес поправку Снейп.

— Место возможно произошедшего преступления, — не пошел на попятный Гарри.

— Пойдемте, Северус, — Люциус, поднявшись на одну ступеньку, поглядел на Гарри сверху вниз, — воспользуемся свободой, предоставленной нам мистером Поттером. Тем более, что, как мне кажется, в ближайшем времени мистер Поттер намеревается нас ее лишить.

— Не нужно говорить о себе во множественном числе, мистер Малфой, вы вроде не королевских кровей, — бросил ему вслед Гарри, злясь на себя за то, что препирается с Малфоем вместо того, чтобы заниматься делом, и на Люциуса за то, что с ним приходиться препираться. — Эльфов с собой заберите.

Гарри повернулся к пруду. Мерно колышущееся тело в воде не имело ничего общего с живым, смущенно улыбающимся Колином, но вид покинутой трости вызвал у Гарри такой прилив горечи, что он едва не застонал вслух. Он нагнулся, осторожно поднял ее и замер, глядя на рукоять в форме головы дракона. Трость принадлежала Люциусу Малфою.

В кабинете Малфоя Гарри написал короткое послание Аластору Хмури, в котором изложил обстоятельства дела и сообщил, что останется в поместье до прибытия следственной группы. Большой пепельный филин поглядел на Гарри с невыразимым презрением, однако позволил ему привязать послание к лапе.

Потом Гарри прошел в комнату, где должен был ночевать Колин. Уборку еще не делали. Постель была приготовлена, но в нее явно не ложились. Трости здесь не было. Она нашлась в холле. Гарри наложил на нее заклинание невидимости и, сказав «Vingardium Leviosa», направился к выходу. Невидимая трость плыла за ним. Гарри подошел к пруду. Никаких изменений. Гарри огляделся. Никаких свидетелей.

Затем аврор Гарри Поттер совершил должностное преступление. Он снял заклинания с трости Колина и, вынув трость Малфоя из воды, поменял их местами.

Глава 9

Раздался хлопок, и в холле Малфой-Мэнор появились Аластор Хмури, Кингсли Шеклболт и Тонкс в пронзительно оранжевой мантии. Вид у Тонкс был цветущий.

— Здравствуй, Гарри, — проворчал Хмури. — Теперь-то мы прижмем этого ублюдка Малфоя. Теперь ему не отвертеться. Жаль Колина, но он умер не напрасно. Он погиб, как солдат.

Хмури повернулся и пошел в гостиную, откуда доносился высокий голос Нарциссы. Хозяйка дома, наконец, узнала нерадостную весть.

— Не слишком ли высокая плата за то, чтобы прижать ублюдка Малфоя? — вяло сказал Гарри. Его тошнило от собственного лицемерия.