Контракты души

— Патрульный увидел, как он выскочил из дома, и зашел посмотреть, что тут творится.

— Ладно, забирайте его, — велел Гарри.

— Куда это — забирайте?! Я не пойду! — заорал гоблин. — Не могу! Мне надо… надо…

Он закатил глаза и обвис у Спенса в руках.

— Черт, — с досадой сказал тот, пытаясь удержать выскальзывающее тельце.

Гоблин внезапно ожил, рванулся к окну и исчез прежде, чем хоть кто-нибудь успел достать палочку. Секунду все стояли в оцепенении, затем авроры толпой ринулись в погоню.

— О, проклятье, — сказала Тонкс.

Гарри был совершенно с ней согласен. Именно проклятье наложит на него Аластор Хмури, когда узнает, что он упустил единственное существо, которое могло бы пролить свет на убийство ведущего репортера «Ежедневного пророка».

— Сенсация, — пробормотал Гарри, — еще одна чертова сенсация.

Рита Скитер заплатила за эту сенсацию собственной жизнью.

Глава 2

— О, Гарри, привет!

Запыхавшийся Рон плюхнулся на стул и с одобрением огляделся.

— Шикарное местечко! Ты что заказал?

— Кофе.

— А мне чаю, пожалуй. Умру, если чаю не выпью. Эти журналюги всю кровь из меня высосали. И булочки… вот эти… ага.

— Рон, ты толстеешь, — заметил Гарри, разглядывая друга.

— Да ну, — недоверчиво сказал Рон, с сомнением оглядывая свой полосатый жилет.

— Точно. Вон брюшко намечается.

— Ну и ладно. Все-таки я — отец семейства, мне брюшко для солидности полагается. Ох, ну и утро!

— Что Дамблдор?

— А что ему? Как всегда. Журналисты его спрашивают, движется ли следствие, — он с доброй улыбкой говорит, что отдел расследований со всем справится. И угощает всех лимонными дольками. Они ему слова сказать не смеют. А на мне отыгрываются. Скоро на куски разорвут, наверное. Гарри! Я понимаю: вы делаете все, что можете. Но неужели нельзя сделать что-нибудь еще?

— Нам очень повезло, что в прессу не просочились сведения о Рэмпе.

— А?

— О том гоблине.

— Которого ты упустил?

— Хоть ты не начинай, — поморщился Гарри. — Как будто я один его упустил. Хмури никогда мне этого не забудет. На надгробии напишет: «Тут лежит Гарри Поттер, упустивший Рэмпа». Если, конечно, доживет до того дня, когда Господь приберет меня к себе.

— Да, если бы журналисты узнали, что от вас сбежал свидетель, а на следующее утро его нашли мертвым…

Гарри скрипнул зубами.

— Чертов наркоман. Упился своего зелья и упал в реку.

— А вдруг его тоже убили?

— Не могу поручиться, что его не столкнули. Уж очень кстати для убийцы он отправился в мир иной.

— Хоть что-нибудь у вас есть? — безнадежно спросил Рон.

— Мы опросили родственников Рэмпа: они ничего не знают, потому как он — позор семьи и они целую вечность с ним не общались. Коллеги Скитер говорят, что она порхала, вся в энтузиазме, и намекала на какую-то безумную сенсацию, но ничего определенного, конечно, не говорила — знаешь ведь, как журналисты держатся за свои материалы. Единственная зацепка, если это можно назвать зацепкой — в день смерти Скитер встречалась с Нарциссой Малфой. Пила с ней чай в «Савой» и о чем-то беседовала. О чем — официантка не слышала, но, по ее словам, дамы не ссорились и вели себя, как обычно. Мы с Тонкс собираемся съездить в Малфой-Мэнор, опросить мадам Малфой, но сомневаюсь, что услышим нечто полезное. Собирались вызвать ее в аврорат, но она сообщила, что больна и не может приехать.

— Гарри, — взволнованно зашептал Рон, — Гарри, это точно она! Она и виновата. От этих Малфоев ничего хорошего ждать не приходится.

— Брось, Рон. Скитер задушили мгновенно, шарф врезался в тело так глубоко, что его трудно было разглядеть. Нарциссе с ее изящными ручками такого не сделать. Тут поработал мужчина.

— Значит, сам Люциус! — сказал слегка позеленевший Рон и сглотнул, возвращая на место свой завтрак, деликатно попросившийся на выход.

— У него алиби на тот вечер.

— Значит, его все-таки проверили?

— Если Малфой замешан хоть в каком-нибудь преступлении хоть каким-нибудь образом — не сомневайся, его проверят. Хмури лично этим занимался. Если Хмури говорит, что у Малфоя алиби — так оно и есть. Старина Аластор упечет Малфоя за решетку, если тот просто плюнет на тротуар, и этому найдутся свидетели.

— Это же Малфой, — упрямо сказал Рон, — он всегда выкрутится. Если бы мне кто сказал, что после смерти Волдеморта все семейство Малфоев не будет гнить в Азкабане, я бы ему в лицо рассмеялся. И что получилось? У Люциуса — бизнес. Драко — Мастер Зелий и декан Слизерина. Имущество у них не конфисковали… Живут — не тужат! И никому дела нет, что они — Упивающиеся смертью.

— Драко никогда не был Упивающимся смертью.

— Да ладно. Свидетелей, видите ли, не нашлось. Живых свидетелей, хотите вы сказать!