Фандом: Ведьмак. — Amadan beanna, куда ты дела Вернона Роше?! — полувсхлипнул одноглазый, пятясь и пытаясь спрятаться уже за Геральта.
Добавить в моё избранное
79 мин, 43 сек 16937
— Мне, э-э-э, опыт нужно провести. Научный.
— Так Лоредо издох же, — заметил Лионель.
— А у меня новый подопытный теперь есть, — нашелся низушек. — Ну, бывайте.
И не успел никто из компании возразить, спрыгнул со своего ящика и исчез в темноте трюма.
Перед тем как варить зелье, Геральт решил провести сеанс медитации. Вымотало его путешествие на корабле, ничего не скажешь. Тем более поспать толком за последние двое суток так и не удалось.
Усевшись по-зеррикански на полу своей каюты, ведьмак прикрыл глаза, глубоко вздохнул, расслабился, отрешаясь от посторонних звуков и погружаясь в себя…
Где-то на грани реальности он услышал скрип двери и осторожные шаги по комнате.
— Как думаешь, он нас слышит? — громким шепотом поинтересовался Лютик.
— Не знаю, — неуверенно ответили ему голосом низушка. — И вообще, на кой ляд вы за мной увязались?!
Все стихло. Геральт решил, что ему почудилось, и полностью погрузился в медитацию. Спустя сорок минут он поднялся на ноги и потянулся. Силы практически полностью вернулись к нему. Правда, вот из-за чего у него могли начаться слуховые галлюцинации, он не представлял. На всякий случай оглядев комнату и не найдя в ней никого, ведьмак решил выбросить глупости из головы и заняться приготовлением своего варева — Роше нужно расколдовать и быстро. Ведь плыть до Вергена осталось всего ничего.
Порадовавшись мимоходом, что незадолго до отъезда из Флотзама он приобрел у местного алхимика переносную печку, Геральт разжег огонь. Поставил на него котелок с заранее налитой туда основой для будущего зелья — белой чайкой, разбавленной в необходимых пропорциях четыре к одному. И… стал ждать, пока жидкость не дойдет до кипения. И тут он услышал тихое хихиканье.
Белоголовый с удивлением огляделся. Никого. Начинало попахивать паранойей.
— М-да, — вынес свой вердикт ведьмак. — Мне пора на покой. Домик с огородиком, барашки чтоб там были, Йеннифэр… Наверное, — у него возникло неуместное ощущение де жа вю.
Кто-то опять заржал. Уже громче. И голос был вполне себе узнаваемый. Лютиков.
— Домик… Хе-хе-хе… В деревне! Ха-ха-ха-ха, ой, я не могу! Ведьмак — пастух страховидл. И Йеннифэр в передничке на голое тело… А-ха-ха-ха-ха!
— Кто такая Йеннифэр? — спросил звонкий эльфский голос.
— Любовь всей жизни Геральта.
— Ну, коль любовь, так все серьезно. Че ж ты смеёшься-то? — наставительно осадили его голосом низушка.
— А рыжую магичку разве не Трисс кличут? — вклинился чей-то четвертый голос.
— Трисс. Он ее тоже любит вроде как. Но Йеннифэр сильнее. Или уже нет? В общем, у него все очень сложно, — пояснил бард.
А Геральт тем временем медленно закипал на пару с котелком. Он, наконец, понял, откуда идет звук, и в два шага оказался у шкафа. Он резко распахнул створки.
На него воззрилось сразу четыре пары глаз.
— Привет, Геральт, — пискнул виршеплет. — А мы тут, это… мимо проходили. Дай, думаю, в шкаф заглянем, вдруг что интересное найдем…
— Виверну вяленую там, — добавил низушек. — Нетопыря сушеного…
— Смерть свою, — обреченно добавил Ян. Видимо, ему очень уже не понравилось выражение лица белоголового.
— Почему это смерть? — удивленно захлопал глазами Лионель.
— Идиоты, — закатил глаза Геральт. — Что вы здесь забыли?
— Ежи хотел помочь тебе с зельем, — с готовностью пояснил Нель.
— Дважды идиоты. На что мне ваша помощь сдалась, м? Вылезайте из шкафа.
— Не могу. Ноги затекли, — совсем убито выдал полосатый. — И слезь ты с меня, в конце-то концов, я ног не чувствую.
— Сам ведь предложил, — обиделся Ежи, спрыгивая с коленей солдата.
Остальные тоже вышли из шкафа и помогли, наконец, подняться бедному парню.
— И что теперь? — обвел глазами всех Лютик.
— Что-что? Валите отсюда, — хмуро произнес белоголовый. — Вы мне тут не нужны. Помощнички…
— Фу, как грубо! — поправил штаны Ежи. — Я, между прочим, очень хорошо смыслю в зельевареньи. У нас в селе бабка жила, ведунья, она меня и научила.
— Эвона оно как, — важно покивал ведьмак, — тогда расскажи мне, о великий зельевар, как варить эликсир на основе эктоплазмы призрака.
— Скажи еще мне, что ты еще этого не знаешь! — почти возмутился полурослик. — Эх… Молодежь, всему вас учить надо, — он снова подтянул штаны. — Чабрец тащи, дубинушка. А еще ведьмак называется, — со вздохом произнес низушек и проследовал к котелку, под дружный хохот за спиной. — И чего это вы надо мной смеетесь? Между прочим, ты зря, ведьмак, корень мандрагоры изводишь, он тебе в рецепте ничем не поможет…
— Ну вот, мы и пришли, — вздохнула Роше. — Что, теперь к себе пойдешь? — закусив губу, спросила она.
— Э-э-э… Ну, если прогонишь, то да, к себе. Мне немного надоело уже сидеть под дверью…
— Так Лоредо издох же, — заметил Лионель.
— А у меня новый подопытный теперь есть, — нашелся низушек. — Ну, бывайте.
И не успел никто из компании возразить, спрыгнул со своего ящика и исчез в темноте трюма.
Перед тем как варить зелье, Геральт решил провести сеанс медитации. Вымотало его путешествие на корабле, ничего не скажешь. Тем более поспать толком за последние двое суток так и не удалось.
Усевшись по-зеррикански на полу своей каюты, ведьмак прикрыл глаза, глубоко вздохнул, расслабился, отрешаясь от посторонних звуков и погружаясь в себя…
Где-то на грани реальности он услышал скрип двери и осторожные шаги по комнате.
— Как думаешь, он нас слышит? — громким шепотом поинтересовался Лютик.
— Не знаю, — неуверенно ответили ему голосом низушка. — И вообще, на кой ляд вы за мной увязались?!
Все стихло. Геральт решил, что ему почудилось, и полностью погрузился в медитацию. Спустя сорок минут он поднялся на ноги и потянулся. Силы практически полностью вернулись к нему. Правда, вот из-за чего у него могли начаться слуховые галлюцинации, он не представлял. На всякий случай оглядев комнату и не найдя в ней никого, ведьмак решил выбросить глупости из головы и заняться приготовлением своего варева — Роше нужно расколдовать и быстро. Ведь плыть до Вергена осталось всего ничего.
Порадовавшись мимоходом, что незадолго до отъезда из Флотзама он приобрел у местного алхимика переносную печку, Геральт разжег огонь. Поставил на него котелок с заранее налитой туда основой для будущего зелья — белой чайкой, разбавленной в необходимых пропорциях четыре к одному. И… стал ждать, пока жидкость не дойдет до кипения. И тут он услышал тихое хихиканье.
Белоголовый с удивлением огляделся. Никого. Начинало попахивать паранойей.
— М-да, — вынес свой вердикт ведьмак. — Мне пора на покой. Домик с огородиком, барашки чтоб там были, Йеннифэр… Наверное, — у него возникло неуместное ощущение де жа вю.
Кто-то опять заржал. Уже громче. И голос был вполне себе узнаваемый. Лютиков.
— Домик… Хе-хе-хе… В деревне! Ха-ха-ха-ха, ой, я не могу! Ведьмак — пастух страховидл. И Йеннифэр в передничке на голое тело… А-ха-ха-ха-ха!
— Кто такая Йеннифэр? — спросил звонкий эльфский голос.
— Любовь всей жизни Геральта.
— Ну, коль любовь, так все серьезно. Че ж ты смеёшься-то? — наставительно осадили его голосом низушка.
— А рыжую магичку разве не Трисс кличут? — вклинился чей-то четвертый голос.
— Трисс. Он ее тоже любит вроде как. Но Йеннифэр сильнее. Или уже нет? В общем, у него все очень сложно, — пояснил бард.
А Геральт тем временем медленно закипал на пару с котелком. Он, наконец, понял, откуда идет звук, и в два шага оказался у шкафа. Он резко распахнул створки.
На него воззрилось сразу четыре пары глаз.
— Привет, Геральт, — пискнул виршеплет. — А мы тут, это… мимо проходили. Дай, думаю, в шкаф заглянем, вдруг что интересное найдем…
— Виверну вяленую там, — добавил низушек. — Нетопыря сушеного…
— Смерть свою, — обреченно добавил Ян. Видимо, ему очень уже не понравилось выражение лица белоголового.
— Почему это смерть? — удивленно захлопал глазами Лионель.
— Идиоты, — закатил глаза Геральт. — Что вы здесь забыли?
— Ежи хотел помочь тебе с зельем, — с готовностью пояснил Нель.
— Дважды идиоты. На что мне ваша помощь сдалась, м? Вылезайте из шкафа.
— Не могу. Ноги затекли, — совсем убито выдал полосатый. — И слезь ты с меня, в конце-то концов, я ног не чувствую.
— Сам ведь предложил, — обиделся Ежи, спрыгивая с коленей солдата.
Остальные тоже вышли из шкафа и помогли, наконец, подняться бедному парню.
— И что теперь? — обвел глазами всех Лютик.
— Что-что? Валите отсюда, — хмуро произнес белоголовый. — Вы мне тут не нужны. Помощнички…
— Фу, как грубо! — поправил штаны Ежи. — Я, между прочим, очень хорошо смыслю в зельевареньи. У нас в селе бабка жила, ведунья, она меня и научила.
— Эвона оно как, — важно покивал ведьмак, — тогда расскажи мне, о великий зельевар, как варить эликсир на основе эктоплазмы призрака.
— Скажи еще мне, что ты еще этого не знаешь! — почти возмутился полурослик. — Эх… Молодежь, всему вас учить надо, — он снова подтянул штаны. — Чабрец тащи, дубинушка. А еще ведьмак называется, — со вздохом произнес низушек и проследовал к котелку, под дружный хохот за спиной. — И чего это вы надо мной смеетесь? Между прочим, ты зря, ведьмак, корень мандрагоры изводишь, он тебе в рецепте ничем не поможет…
— Ну вот, мы и пришли, — вздохнула Роше. — Что, теперь к себе пойдешь? — закусив губу, спросила она.
— Э-э-э… Ну, если прогонишь, то да, к себе. Мне немного надоело уже сидеть под дверью…
Страница 20 из 23
