Фандом: Гарри Поттер. Том Риддл, лучший ученик профессора Дамблдора, соглашается на операцию Отдела Тайн и становится кротом у Геллерта Гриндельвальда.
Добавить в моё избранное
37 мин, 52 сек 5922
Нурменгард построили на самой высокой вершине, выше Монблана на добрых полторы тысячи футов, на неприступной вершине с крутыми склонами, где в прошлом столетии любили гибнуть магглы. До того, как Гриндельвальд закрыл эту долину чарами.
К ним подъехал подъемник, и Вальбургу пропустили вперед, предлагая сесть на обитую кожей скамью. Но она осталась стоять, не выпуская руки Тома. И смотреть, как канатная дорога огибает склон, как внизу озеро сменяет туман над бездной, а солнце перестает слепить. Гора и крепость темным длинным шпилем, удерживающим небосвод, закрывали диск солнца, но золотистые лучи скользили по темному камню, создавая иллюзию, будто жидкое золото стекало по камням с небес в долину. Красиво и величественно.
— Мы не будем заглядывать на верхние этажи, где содержатся мои враги, — пообещал Гриндельвальд. — Заглянем только в лаборатории селекционной программы.
Подъемник дополз до огромного круглого зала, с панорамными окнами — вид завораживал.
Посредине зала стоял круглый стол, без стульев.
— Добро пожаловать на вершину мира, туда — где волшебникам место, — Гриндельвальд подал ей руку, и они первыми вышли из подъемника. — Как только страны оси завоюют весь мир, мы установим прямой контроль над правителями магглов и расширим свою программу на весь земной шар. Здесь будет заседать настоящее правительство Земли. Волнуетесь, мисс Блэк? Вы находитесь в лаборатории будущего.
Вальбурга кивнула, разглядывая все кругом сияющими глазами (несколько капель зелья «Восторженная кокотка»), и незаметно приложила пудреницу к обратной стороне столешницы. Том подал ей знак, что его невербальные чары приклеивания и скрытия сработали, и Вальбурга расслабилась. Главное было сделано. Теперь осталось ей вернуться домой, а остальное сделают Отдел тайн и Дамблдор.
Но как же жаль, что Том должен остаться.
Портключ в Англию у Вальбурги был заказан на утро, и они пошли погулять по вечернему Парижу. Прошли по Елисейским полям, посидели в кафе на площади возле Лувра. Том ощущал, что веселье Вальбурги напускное, и что ей не хочется уезжать. Ему и самому не хотелось расставаться, но следовало остаться. У него было много работы. Сегодня в Нурменгарде Гриндельвальд допустил его к спискам сторонников. Том должен был проследить за экспертизой памяти крови, составить банк данных, чтобы по нему найти совпадения, когда Темный Лорд даст отмашку, и они начнут проверять всех магглов.
Убрать Гриндевальда значило обезглавить организацию, но не уничтожить ее. Они выберут нового лидера, рано или поздно. И все придется начинать сначала. Поэтом Том был важен здесь, в Париже. А Вальбурга должна была уехать, чтобы часть добытой информации не пропала зря. Они сами выбрали свои роли: он шпион, она связная.
Сумерки окутывали их, дарили возможность уединиться, ни на кого не обращая внимания. Обниматься и целоваться прямо на улицах. И попытаться забыть о войне.
Но забыть не получалось. Потому что за ними опять следили.
Том увлек Вальбургу в сторону Гранд-опера, и они зашли в Кафе де ля Пэ. Их преследователь или отстал, или остался на улице. Они выпили по чашке кофе и съели по слоенному пирожному с ягодами. Вышли на улицу, когда совсем стемнело, и на площади зажглись фонари.
Они держались за руки, когда к кафе подъехала машина и из нее вышли гестаповцы.
— Им приспичило поесть или кого-нибудь арестовать? — пошутила Вальбурга. Том не успел ответить. Земля задрожала под ногами, и он не устоял. Звук взрыва он услышал на несколько секунд позже. Дохнуло жаром, и на них посыпались стекла. Палочка вылетела из руки Тома, и он повернулся, ища глазами Вальбургу. Но первое что увидел — горящий остов мерседеса. Вальбурга стояла рядом. И смотрела на маггла в мундире СС.
— Руки вверх! — на немецком приказал он. — Не двигайтесь. Отвечать будете в участке. Английский шпионы.
— Это недоразумение, — из переулка вышел их преследователь. — Эти люди служат рейху. Они работают на герр Гриндельвальда.
— Еще шаг, и я стреляю, — предупредил эсесовец.
Том попытался невербально призвать палочку, но не смог. У него кружилась голова, в ушах звенело.
— Я сопровождаю их по приказу герра Гриндельвальда. Если вы позволите мне достать пропуск…
Но эсесовец повернулся вполоборота к их неожиданному заступнику, отставил левую ногу, и направил дуло на него.
А Вальбурга стояла за этим идиотом.
— Вэл! На землю! — выкрикнул Том, кидаясь к палочке.
Эсесовец выпустил автоматическую очередь. Пули скосили заступника. Вэл упала тоже, и Том не видел, ранена она или нет.
Пальцы никак не могли нащупать палочку, и Том в ярости выкрикнул, желая убить тупого солдафона, сломать ему шею руками и вырвать внутренности.
Словно фарфоровая статуэтка, эсесовец опрокинулся на спину, пролетев по воздуху добрые три ярда. И ударился о горящий автомобиль.
К ним подъехал подъемник, и Вальбургу пропустили вперед, предлагая сесть на обитую кожей скамью. Но она осталась стоять, не выпуская руки Тома. И смотреть, как канатная дорога огибает склон, как внизу озеро сменяет туман над бездной, а солнце перестает слепить. Гора и крепость темным длинным шпилем, удерживающим небосвод, закрывали диск солнца, но золотистые лучи скользили по темному камню, создавая иллюзию, будто жидкое золото стекало по камням с небес в долину. Красиво и величественно.
— Мы не будем заглядывать на верхние этажи, где содержатся мои враги, — пообещал Гриндельвальд. — Заглянем только в лаборатории селекционной программы.
Подъемник дополз до огромного круглого зала, с панорамными окнами — вид завораживал.
Посредине зала стоял круглый стол, без стульев.
— Добро пожаловать на вершину мира, туда — где волшебникам место, — Гриндельвальд подал ей руку, и они первыми вышли из подъемника. — Как только страны оси завоюют весь мир, мы установим прямой контроль над правителями магглов и расширим свою программу на весь земной шар. Здесь будет заседать настоящее правительство Земли. Волнуетесь, мисс Блэк? Вы находитесь в лаборатории будущего.
Вальбурга кивнула, разглядывая все кругом сияющими глазами (несколько капель зелья «Восторженная кокотка»), и незаметно приложила пудреницу к обратной стороне столешницы. Том подал ей знак, что его невербальные чары приклеивания и скрытия сработали, и Вальбурга расслабилась. Главное было сделано. Теперь осталось ей вернуться домой, а остальное сделают Отдел тайн и Дамблдор.
Но как же жаль, что Том должен остаться.
Портключ в Англию у Вальбурги был заказан на утро, и они пошли погулять по вечернему Парижу. Прошли по Елисейским полям, посидели в кафе на площади возле Лувра. Том ощущал, что веселье Вальбурги напускное, и что ей не хочется уезжать. Ему и самому не хотелось расставаться, но следовало остаться. У него было много работы. Сегодня в Нурменгарде Гриндельвальд допустил его к спискам сторонников. Том должен был проследить за экспертизой памяти крови, составить банк данных, чтобы по нему найти совпадения, когда Темный Лорд даст отмашку, и они начнут проверять всех магглов.
Убрать Гриндевальда значило обезглавить организацию, но не уничтожить ее. Они выберут нового лидера, рано или поздно. И все придется начинать сначала. Поэтом Том был важен здесь, в Париже. А Вальбурга должна была уехать, чтобы часть добытой информации не пропала зря. Они сами выбрали свои роли: он шпион, она связная.
Сумерки окутывали их, дарили возможность уединиться, ни на кого не обращая внимания. Обниматься и целоваться прямо на улицах. И попытаться забыть о войне.
Но забыть не получалось. Потому что за ними опять следили.
Том увлек Вальбургу в сторону Гранд-опера, и они зашли в Кафе де ля Пэ. Их преследователь или отстал, или остался на улице. Они выпили по чашке кофе и съели по слоенному пирожному с ягодами. Вышли на улицу, когда совсем стемнело, и на площади зажглись фонари.
Они держались за руки, когда к кафе подъехала машина и из нее вышли гестаповцы.
— Им приспичило поесть или кого-нибудь арестовать? — пошутила Вальбурга. Том не успел ответить. Земля задрожала под ногами, и он не устоял. Звук взрыва он услышал на несколько секунд позже. Дохнуло жаром, и на них посыпались стекла. Палочка вылетела из руки Тома, и он повернулся, ища глазами Вальбургу. Но первое что увидел — горящий остов мерседеса. Вальбурга стояла рядом. И смотрела на маггла в мундире СС.
— Руки вверх! — на немецком приказал он. — Не двигайтесь. Отвечать будете в участке. Английский шпионы.
— Это недоразумение, — из переулка вышел их преследователь. — Эти люди служат рейху. Они работают на герр Гриндельвальда.
— Еще шаг, и я стреляю, — предупредил эсесовец.
Том попытался невербально призвать палочку, но не смог. У него кружилась голова, в ушах звенело.
— Я сопровождаю их по приказу герра Гриндельвальда. Если вы позволите мне достать пропуск…
Но эсесовец повернулся вполоборота к их неожиданному заступнику, отставил левую ногу, и направил дуло на него.
А Вальбурга стояла за этим идиотом.
— Вэл! На землю! — выкрикнул Том, кидаясь к палочке.
Эсесовец выпустил автоматическую очередь. Пули скосили заступника. Вэл упала тоже, и Том не видел, ранена она или нет.
Пальцы никак не могли нащупать палочку, и Том в ярости выкрикнул, желая убить тупого солдафона, сломать ему шею руками и вырвать внутренности.
Словно фарфоровая статуэтка, эсесовец опрокинулся на спину, пролетев по воздуху добрые три ярда. И ударился о горящий автомобиль.
Страница 10 из 11
