Фандом: Гарри Поттер. Том Риддл, лучший ученик профессора Дамблдора, соглашается на операцию Отдела Тайн и становится кротом у Геллерта Гриндельвальда.
Добавить в моё избранное
37 мин, 52 сек 5921
— Ты же ставил блоки…
— Их можно обойти… тсс… — его палец скользил по ее лицу, будто он собирался запомнить каждую черточку. — Конечно, ты не пустышка. Но неужели не влюблена?
— Согласись, что твой Темный Лорд…
Том встретил ее взгляд насмешливо.
— Гордится собой не просто так… Его самолюбование оправдано. В экспериментальной магии он зашел так далеко, как никто еще…
— Ты сказал, что понял, о ком он говорил, кого он сравнивал с тобой.
— А ты не поняла? Он же потом прямо назвал имя.
— Альбус Дамблдор!? — с ужасом вскричала Вальбурга.
— Тише, тише. Конечно, сама посуди, все сходится. Дамблдор знал, что Гриндельвальд интересуется артефактами Певереллов. Поэтому мне придумали такую легенду. Без этого кольца я так бы высоко не поднялся. Кольцо привлекло его, а мои способности сделали все остальное. Поэтому Ориону намекнули, куда ты едешь, чтобы он одолжил плащ! Чтобы ты получила приглашение в Нурменгард! Но почему, почему он не рассказал мне, что был знаком с Гринедельвальдом!
— Ты кем очарован больше? Дамблдором или Гриндельвальдом?
Том опомнился, притянул Вальбургу ближе.
— Я очарован кое-кем другим. Кто не желает заняться чем-то более интересным и болтает очевидные глупости.
Вальбурга не успела возразить, что болтает в основном он, но Том нашел ее губы.
— Советую одеться теплее, — Том сосредоточенно разглядывал манжет, пытаясь застегнуть запонку.
Вальбурга, в небесно-голубом шелковом платье с рукавами, похожими на крылья фей, сидела на мягкой табуретке перед трюмо и возила пуховой по лицу. Вернее она смотрела в зеркало на отражение Тома. Серьезный, как перед экзаменом, даже строгий, такое торжественное выражение лица она видела только у начальника отдела тайн в министерстве. Когда ей принесли портключ и пудреницу в роскошном перламутровом футляре.
— Помочь?
— Да если тебе не трудно.
Том протянул ей руку. Вальбурга отшвырнула пуховку и прежде чем коснуться манжета, провела пальцем по запястью Тома.
Он улыбнулся, но покачал головой.
— Не сейчас, Вэл.
Нехорошо заставлять ждать Гриндельвальда. Но как сложно удержаться от шалости.
— Чары там не работают, Вэл. Ты замерзнешь.
— Где это там?
— Высоко в горах. Гриндельвальд спрятал от магглов одну из неприступных вершин, самых высоких в Европе, и построил на ее пике крепость. Там действует особая магия. И все гости, все пленники — почти лишены своей, как обычные магглы. Даже я могу наложить чары только на небольшой предмет, не больше твоей ладошки. Разреженный воздух, морозный, даже когда ярко светит солнце.
Запонка поддалась, и Том подставил другую руку.
— Хорошо, надену костюм. Хотя мне кажется, что ты просто ревнуешь, и не хочешь, чтобы я показывалась на людях в этом платье.
Том наклонился к Вальбурге, задевая губами лоб:
— Я не ревную, но платье бы запретил. Тебя вполне могут похитить.
Она запрокинула лицо, решительно целуя Тома.
— Расстегни, пожалуйста, палочку искать долго.
Крохотные пуговицы сзади от шеи до талии. Том осторожно касался платья, будто оно было живым. Также помог ей облачиться в строгий твидовый костюм: в узкую юбку, длиной до середины игры, и жакет. И все это не прерывая поцелуев.
Они так и спустились вниз, смущая лифтера, не желая отрываться друг от друга.
— А вот и наши юные возлюбленные! — Гриндельвальд со своей свитой ждал их внизу, и нисколько не выглядел рассерженным.
Вальбурга встряхнула головой — лучше дерзить, чем краснеть по пустякам.
— Вы сегодня особенно прекрасны, мисс Блэк, — продолжал Гриндельвальд. — Вам идут строгие костюмы, и вашему темпераменту и вашему имени. Но среди нас, моя дорогая, власть принадлежит мне. Поэтому вы не будете против, если я буду называть вас Пульхе?
— Совсем нет, — ответила Вальбурга.
— Не стоит, — одновременно с ней проговорил Том. — Она терпеть не может сокращения.
— Истинная Вальбурга, — восхитился Гриндельвальд. — Тогда я не беспокоюсь, что вам не понравится моя крепость. Тите, портключ.
Вперед вышел молодой человек с тонкими усиками и улыбкой дамского угодника, его смазливое лицо, его подобострастный взгляд и особенно классический сюртук — Вальбурге очень не понравилось.
— Герр Гриндельвальд, сеньорита, Мистер Риддл, прошу, — он развернул карту Альп.
Первое что увидела Вальбурга — слепящее солнце. Глаза сразу же заслезились, и она долго моргала, видя перед собой слепящие всполохи. Первое, что почувствовала Вальбурга — ледяной ветер.
Они стояли на карнизе скалы, чья вершина терялась в легкой вате облаков сверху. Внизу под ними яркой бирюзой блестело озеро, так похожее на ее зеркало в сумочке.
— Их можно обойти… тсс… — его палец скользил по ее лицу, будто он собирался запомнить каждую черточку. — Конечно, ты не пустышка. Но неужели не влюблена?
— Согласись, что твой Темный Лорд…
Том встретил ее взгляд насмешливо.
— Гордится собой не просто так… Его самолюбование оправдано. В экспериментальной магии он зашел так далеко, как никто еще…
— Ты сказал, что понял, о ком он говорил, кого он сравнивал с тобой.
— А ты не поняла? Он же потом прямо назвал имя.
— Альбус Дамблдор!? — с ужасом вскричала Вальбурга.
— Тише, тише. Конечно, сама посуди, все сходится. Дамблдор знал, что Гриндельвальд интересуется артефактами Певереллов. Поэтому мне придумали такую легенду. Без этого кольца я так бы высоко не поднялся. Кольцо привлекло его, а мои способности сделали все остальное. Поэтому Ориону намекнули, куда ты едешь, чтобы он одолжил плащ! Чтобы ты получила приглашение в Нурменгард! Но почему, почему он не рассказал мне, что был знаком с Гринедельвальдом!
— Ты кем очарован больше? Дамблдором или Гриндельвальдом?
Том опомнился, притянул Вальбургу ближе.
— Я очарован кое-кем другим. Кто не желает заняться чем-то более интересным и болтает очевидные глупости.
Вальбурга не успела возразить, что болтает в основном он, но Том нашел ее губы.
— Советую одеться теплее, — Том сосредоточенно разглядывал манжет, пытаясь застегнуть запонку.
Вальбурга, в небесно-голубом шелковом платье с рукавами, похожими на крылья фей, сидела на мягкой табуретке перед трюмо и возила пуховой по лицу. Вернее она смотрела в зеркало на отражение Тома. Серьезный, как перед экзаменом, даже строгий, такое торжественное выражение лица она видела только у начальника отдела тайн в министерстве. Когда ей принесли портключ и пудреницу в роскошном перламутровом футляре.
— Помочь?
— Да если тебе не трудно.
Том протянул ей руку. Вальбурга отшвырнула пуховку и прежде чем коснуться манжета, провела пальцем по запястью Тома.
Он улыбнулся, но покачал головой.
— Не сейчас, Вэл.
Нехорошо заставлять ждать Гриндельвальда. Но как сложно удержаться от шалости.
— Чары там не работают, Вэл. Ты замерзнешь.
— Где это там?
— Высоко в горах. Гриндельвальд спрятал от магглов одну из неприступных вершин, самых высоких в Европе, и построил на ее пике крепость. Там действует особая магия. И все гости, все пленники — почти лишены своей, как обычные магглы. Даже я могу наложить чары только на небольшой предмет, не больше твоей ладошки. Разреженный воздух, морозный, даже когда ярко светит солнце.
Запонка поддалась, и Том подставил другую руку.
— Хорошо, надену костюм. Хотя мне кажется, что ты просто ревнуешь, и не хочешь, чтобы я показывалась на людях в этом платье.
Том наклонился к Вальбурге, задевая губами лоб:
— Я не ревную, но платье бы запретил. Тебя вполне могут похитить.
Она запрокинула лицо, решительно целуя Тома.
— Расстегни, пожалуйста, палочку искать долго.
Крохотные пуговицы сзади от шеи до талии. Том осторожно касался платья, будто оно было живым. Также помог ей облачиться в строгий твидовый костюм: в узкую юбку, длиной до середины игры, и жакет. И все это не прерывая поцелуев.
Они так и спустились вниз, смущая лифтера, не желая отрываться друг от друга.
— А вот и наши юные возлюбленные! — Гриндельвальд со своей свитой ждал их внизу, и нисколько не выглядел рассерженным.
Вальбурга встряхнула головой — лучше дерзить, чем краснеть по пустякам.
— Вы сегодня особенно прекрасны, мисс Блэк, — продолжал Гриндельвальд. — Вам идут строгие костюмы, и вашему темпераменту и вашему имени. Но среди нас, моя дорогая, власть принадлежит мне. Поэтому вы не будете против, если я буду называть вас Пульхе?
— Совсем нет, — ответила Вальбурга.
— Не стоит, — одновременно с ней проговорил Том. — Она терпеть не может сокращения.
— Истинная Вальбурга, — восхитился Гриндельвальд. — Тогда я не беспокоюсь, что вам не понравится моя крепость. Тите, портключ.
Вперед вышел молодой человек с тонкими усиками и улыбкой дамского угодника, его смазливое лицо, его подобострастный взгляд и особенно классический сюртук — Вальбурге очень не понравилось.
— Герр Гриндельвальд, сеньорита, Мистер Риддл, прошу, — он развернул карту Альп.
Первое что увидела Вальбурга — слепящее солнце. Глаза сразу же заслезились, и она долго моргала, видя перед собой слепящие всполохи. Первое, что почувствовала Вальбурга — ледяной ветер.
Они стояли на карнизе скалы, чья вершина терялась в легкой вате облаков сверху. Внизу под ними яркой бирюзой блестело озеро, так похожее на ее зеркало в сумочке.
Страница 9 из 11
