Фандом: Might and Magic. «Ради тебя, владычица, я вновь возложу бремя жертвоприношения на себя самого. Да буду я один виновен перед очами твоими, и пусть лишь через мои руки во имя твое придет сюда смерть»… Альтернативная концовка Dark Messiah. Вам тоже хотелось, чтобы все завершилось относительно благополучно, правда?
Добавить в моё избранное
26 мин, 22 сек 18865
Воцарилась тишина, нарушаемая только всхлипываниями леди Линны да потрескиванием факелов.
На месте чудовищных адских врат осталась пустая рама старинного портала.
Обе армии получили приказ отступать. На задымленных улицах перевязывали раненых, с дорог и мостов уносили тела; крыши домов вяло догорали, повсюду виднелись кровавые пятна.
Когда мы выбирались из некрополя, последняя из Соколов заявила, что затворила подземный портал в Эриш, открытый с таким трудом. На ее счастье, все обещанное Асхе было исполнено, душа моя ощущала покой и странную опустошенность, и мне было почти безразлично сказанное леди Линной, как и то, что она снова и снова набрасывалась на меня с криками и угрозами. Однако из ее сбивчивой речи я понял, что, поглощенный великой задачей, не разгадал заговора отступников в доме своем и что девица вместо спасения чуть не погибла.
— Зачем ты хотел убить меня, Арантир? — спросила она.
— Ты знала о пророчестве, дитя? — задал я ответный вопрос. — О том, что врата ада отворятся, когда умрет последний представитель рода Соколов? Ведь это ты. Что оставалось мне делать, когда я увидел, что ты бегаешь за демоном и помогаешь ему? Лишь разыграть твою гибель и отправить под защиту надежного человека.
— И твой надежный человек бросил меня к этой гадкой паучихе?! — закричала она. — Это и была твоя защита — убить, потом поднять и навечно оставить живым трупом?!
— Девочка, ты и верно глупа — смею надеяться, лишь по причине молодости. Если важно было сохранить тебе жизнь, то для чего мне приказывать убить тебя? А если я желал, вынув из тела душу твою, использовать тебя для собственных целей, что мешало мне сделать это еще в храме, неужели, по-твоему, не хватило бы на то моих сил? Отправлять тебя сперва морем в город, потом через портал в иную землю, там казнить, после восстанавливать — не слишком ли сложная, долгая в решении, а главное, бессмысленная задача? Тот, кто нарушил мой приказ, ответит за это, если уже не ответил, — поистине так: если заговорщик попал в руки старшей наставницы — смотрительницы замка, с первых дней знакомства опекавшей меня и не терпящей неверности, то у меня было мало шансов увидеть подлеца живым. — Что вы сотворили с намтару?
Вопрос был лишним — я понимал, что ожидает меня дома; понимал и старался приготовить себя к худшему, но убийц отпускать не собирался. Следовало допросить обоих, дабы выяснить истину, и заставить мальчишку, как я и обещал, заплатить за содеянное — что бы ни совершил он в некрополе, но перед богиней был виновен, — однако, словно почуяв мои намерения, в городе дети мгновенно исчезли, будто канули в небытие.
Я увел уцелевших воинов подземным ходом — долгий обратный путь в Эриш пришлось совершать лишь тем, в чьем ведении были осадные орудия. Велев рыцарям и наемникам ждать, я остановился перед закрытым порталом, сосредоточился и приступил к требуемому ритуалу, хоть и не любил делать этого на глазах у всех, да и без кристалла Шантири мне, истратившему в сей день много магических сил, было нелегко. Когда проем замерцал, я увидел сквозь него знакомый зал и скомандовал:
— Вперед.
Войско мое возвращалось домой, а я в последний раз окинул взглядом низкие своды подземелья, бывшего недолго нашим приютом. Прощай, свободный город Стоунхелм. Ты мне более не нужен. Тебе повезло.
Я прошел через портал последним и затворил врата — хотелось верить, что навсегда. Обернувшись, я увидел, что все коридоры и галереи замка заполнены людьми — верные, от слуг до наставников, вышли приветствовать нас. Навстречу мне, опережая прочих, спешила старая мать-хранительница. Почти подбежав ко мне, она впилась в меня взглядом:
— Владыка, хвала Асхе, ты вернулся, ты невредим! У нас беда, господин мой, да не одна! Покарай меня, как пожелаешь, я виновата, не досмотрели мои люди, не справились…
— Я знаю, матушка. Все мне известно, и не вижу я ни в чем вашей вины. Если бы не порядки, вами установленные, и не сила воинов, вами воспитуемых, все кончилось бы много хуже.
— Скажи мне, лорд Арантир, что же… — она умолкла, не в силах продолжать. Столетия ожиданий, надежд, незавершенные пророчества, жертва Сар-Илама, убийство Белкета и смерть Орнеллы, гибель прочих соратников и учеников наших, жестокие войны, злая магия, испепелившая нашу землю в единую ночь, костры в Серебряных Городах, долгие поиски, часто бесплодные, отвержение любых соблазнов, одиночество и тяжкие труды — все это довлело над нашими душами слишком долго, и неудивительно, что мы оба с трудом подбирали слова. Я посмотрел в глаза преданной мне и в великом волнении духа смог вымолвить одно:
— Свершилось.
Она мгновение стояла неподвижно, точно не веря сказанному, а потом — я не успел подхватить ее — вдруг упала к ногам моим. Следом за нею все стоящие опустились на колени, и не осталось в замке такой души, что не благодарила бы в тот миг великую богиню.
На месте чудовищных адских врат осталась пустая рама старинного портала.
Обе армии получили приказ отступать. На задымленных улицах перевязывали раненых, с дорог и мостов уносили тела; крыши домов вяло догорали, повсюду виднелись кровавые пятна.
Когда мы выбирались из некрополя, последняя из Соколов заявила, что затворила подземный портал в Эриш, открытый с таким трудом. На ее счастье, все обещанное Асхе было исполнено, душа моя ощущала покой и странную опустошенность, и мне было почти безразлично сказанное леди Линной, как и то, что она снова и снова набрасывалась на меня с криками и угрозами. Однако из ее сбивчивой речи я понял, что, поглощенный великой задачей, не разгадал заговора отступников в доме своем и что девица вместо спасения чуть не погибла.
— Зачем ты хотел убить меня, Арантир? — спросила она.
— Ты знала о пророчестве, дитя? — задал я ответный вопрос. — О том, что врата ада отворятся, когда умрет последний представитель рода Соколов? Ведь это ты. Что оставалось мне делать, когда я увидел, что ты бегаешь за демоном и помогаешь ему? Лишь разыграть твою гибель и отправить под защиту надежного человека.
— И твой надежный человек бросил меня к этой гадкой паучихе?! — закричала она. — Это и была твоя защита — убить, потом поднять и навечно оставить живым трупом?!
— Девочка, ты и верно глупа — смею надеяться, лишь по причине молодости. Если важно было сохранить тебе жизнь, то для чего мне приказывать убить тебя? А если я желал, вынув из тела душу твою, использовать тебя для собственных целей, что мешало мне сделать это еще в храме, неужели, по-твоему, не хватило бы на то моих сил? Отправлять тебя сперва морем в город, потом через портал в иную землю, там казнить, после восстанавливать — не слишком ли сложная, долгая в решении, а главное, бессмысленная задача? Тот, кто нарушил мой приказ, ответит за это, если уже не ответил, — поистине так: если заговорщик попал в руки старшей наставницы — смотрительницы замка, с первых дней знакомства опекавшей меня и не терпящей неверности, то у меня было мало шансов увидеть подлеца живым. — Что вы сотворили с намтару?
Вопрос был лишним — я понимал, что ожидает меня дома; понимал и старался приготовить себя к худшему, но убийц отпускать не собирался. Следовало допросить обоих, дабы выяснить истину, и заставить мальчишку, как я и обещал, заплатить за содеянное — что бы ни совершил он в некрополе, но перед богиней был виновен, — однако, словно почуяв мои намерения, в городе дети мгновенно исчезли, будто канули в небытие.
Я увел уцелевших воинов подземным ходом — долгий обратный путь в Эриш пришлось совершать лишь тем, в чьем ведении были осадные орудия. Велев рыцарям и наемникам ждать, я остановился перед закрытым порталом, сосредоточился и приступил к требуемому ритуалу, хоть и не любил делать этого на глазах у всех, да и без кристалла Шантири мне, истратившему в сей день много магических сил, было нелегко. Когда проем замерцал, я увидел сквозь него знакомый зал и скомандовал:
— Вперед.
Войско мое возвращалось домой, а я в последний раз окинул взглядом низкие своды подземелья, бывшего недолго нашим приютом. Прощай, свободный город Стоунхелм. Ты мне более не нужен. Тебе повезло.
Я прошел через портал последним и затворил врата — хотелось верить, что навсегда. Обернувшись, я увидел, что все коридоры и галереи замка заполнены людьми — верные, от слуг до наставников, вышли приветствовать нас. Навстречу мне, опережая прочих, спешила старая мать-хранительница. Почти подбежав ко мне, она впилась в меня взглядом:
— Владыка, хвала Асхе, ты вернулся, ты невредим! У нас беда, господин мой, да не одна! Покарай меня, как пожелаешь, я виновата, не досмотрели мои люди, не справились…
— Я знаю, матушка. Все мне известно, и не вижу я ни в чем вашей вины. Если бы не порядки, вами установленные, и не сила воинов, вами воспитуемых, все кончилось бы много хуже.
— Скажи мне, лорд Арантир, что же… — она умолкла, не в силах продолжать. Столетия ожиданий, надежд, незавершенные пророчества, жертва Сар-Илама, убийство Белкета и смерть Орнеллы, гибель прочих соратников и учеников наших, жестокие войны, злая магия, испепелившая нашу землю в единую ночь, костры в Серебряных Городах, долгие поиски, часто бесплодные, отвержение любых соблазнов, одиночество и тяжкие труды — все это довлело над нашими душами слишком долго, и неудивительно, что мы оба с трудом подбирали слова. Я посмотрел в глаза преданной мне и в великом волнении духа смог вымолвить одно:
— Свершилось.
Она мгновение стояла неподвижно, точно не веря сказанному, а потом — я не успел подхватить ее — вдруг упала к ногам моим. Следом за нею все стоящие опустились на колени, и не осталось в замке такой души, что не благодарила бы в тот миг великую богиню.
Страница 5 из 7
