Фандом: Ориджиналы. Райниэль… — шорохом осенней листвы срывается с твоих губ мое имя, и я невольно вздрагиваю, потому что… Потому что только в твоем голосе есть что-то, что заставляет мое сердце биться так яростно, так отчаянно, так болезненно-сладко, что остальной мир просто меркнет в моих глазах, и остается только небольшой островок спокойствия среди всего этого безумия, два метра тюремной камеры и несколько часов относительного затишья до того, как за мной придут те, кто должен будет привести в исполнение смертный приговор. Нет, мой смелый воин, я не боюсь. Будет то, что должно произойти. Но ты… Такой мягкий, такой слабый, такой ранимый… Что будет с тобою после того, как меня не станет? Я не боюсь за себя, в моем темном языке нет сумеречного слова «страх». Но оно существует в словаре твоего родного мира, мира бездушных машин и подлых людей, мира, в котором нет ни малейшего понятия о чести, верности слову, достоинстве.
Шум открывающейся двери прерывает его. Меня обступают медики и слуги Дома. Осторожно, словно хрупкую статую из драгоценного тейлаатского стекла, меня погружают на платформу.
— Все готово?
— Да, namas'se. Старший господин у Скрижали. Он готов и начнет обряд по вашему Зову.
Я не понимаю происходящего, но пояснения, похоже, мне никто давать не собирается. Я только понимаю, что меня везут в Купель, и что отец сейчас находится в ритуальном зале Дома. Это наводит на мысль о том, что он решается проводить какой-то обряд. Я погружаюсь в раздумья о том, что собирается делать отец, и не замечаю, как платформа останавливается, медики и слуги аккуратно опускают меня в большой овальный бассейн, выложенный черным тейлаатским мрамором, и Арринейль, уже полностью раздетый, придерживает мою голову над плотной и вязкой жидкостью, наполняющей Купель. Меня также освобождают от одежды, и в первое мгновение я чувствую себя беззащитным. Медики и слуги покидают малый ритуальный зал, в котором и находится Вода Возрождения, а Арринейль, обнимая меня, начинает странный напев, который я никогда прежде не слышал. Чистый и мелодичный голос моего младшего отца обволакивает меня, словно защитным коконом, завораживает и убаюкивает, и я послушно закрываю глаза.
И уже не вижу, как Арринейль берет ритуальный нож, и продолжая петь, надрезает предплечье, позволяя своей лазурной крови стекать в Купель. Я не вижу, как в мраморный бассейн ступает словно постаревшая на сотни лет мать, и ее кровь смешивается в Водой Возрождения, пенясь и бурля. Я не вижу, как в Большом ритуальном зале Дома мой старший отец поит кровью Алтарь и Скрижаль… И вместе с ним рядом стоят принц Кейранель и лорд Яш'нарай, и их кровь, стекающая с тонких запястий, капает на Алтарь — добровольный Дар Жизни, взамен той, что спасена мною.
Мне кажется, что я сплю, но это много больше, чем сон. Я нахожусь там, где не существует пространства и времени. Со всех сторон меня окружает прозрачная сфера, сквозь которую я могу видеть то, что происходит с моим телом, моими близкими и… тем, о ком так сильно, так отчаянно тоскует мое сердце… Мой Эйнар, мой Истинный партнер, существо другой расы, дитя иного мира, и все же, ближе его, роднее его для меня никого нет. Он жив, он здоров — будь благословенна Владычица за счастье этого знания! Будь благословенна за то, что позволила ему принять и носить в себе мой Дар, мою Искру!
И словно в ответ на мои мысли рядом со мной возникает она, великая, непостижимая, вечно юная и вечно прекрасная — Владычица Виирдаану, та, что хранит в себе множество миров. От ее красоты можно ослепнуть, ибо она затмевает собой свет солнца и мерцание жизни: медовые волосы забраны в высокую затейливую прическу, переплетенную с живыми жемчужно-белыми цветами. Локоны длинных волос обрамляют безупречный овал лица, а миндалевидные янтарные глаза, опушенные густыми ресницами, хранят в себе всю мудрость Вселенной от начала и до конца времен. Причудливый изгиб бровей, одна их которых медленно приподнимается, демонстрируя удивление, напоминает размах крыльев Драконов. На тонких губах, цветом напоминающих спелую вишню, играет легкая полуулыбка. Стройный стан затянут в изумительное, цвета ночного неба, сияющего мириадами звезд, платье. И вся она такая хрупкая, уязвимая, и в то же время — сильная, могущественная.
— Ты не должен быть здесь, Райниэль, — слышу я нежный приятный голос.
— Владычица… — склоняюсь я в низком поклоне.
— Твое время еще не пришло, — укоризненно качает головой прекрасная Дева.
— Моя Искра…
— Твоя Искра скоро воссоединится с тобой, — улыбается она. — Смотри!
Пространство вокруг нас сжимается и снова расширяется, и перед моими глазами предстает граница владений Империи, на которой я вижу шаттл, окруженный Имперским Гвардейским Флотом.
— Что это? — спрашиваю я.
— Твоя судьба, — загадочно отвечает Виирдаану. — Тебе пора, Райниэль. Не ищи понапрасну встреч со мной.
— Великая… — только и успеваю произнести я, и в следующее мгновение…
— Живи, слышишь?! Живи, прах тебя побери!
Этот голос я узнаю из тысячи.
— Райниэль, не смей! Не смей сдаваться, во имя Создателя!
Его не спутать ни с одним другим ни в одном из миров Владычицы.
— Я люблю тебя… — и я чувствую, как живительная, мерцающая в лазурной крови энергия заполняет мое тело, возвращая силы и надежды. — Я люблю тебя, Райниэль, — слышу я безмерно усталый, полный горечи и боли любимый голос. — Не оставляй меня вновь…
8. Эйнар
Флагман «Грифон»Квадрат 37
Нейтральная зона
Третий месяц лета, 15 день
Год 5734 по календарю Тейлаат
За 20 лет до установления мира
Эйнар Греннон
Адмирал Военного
Космического Флота
Республики Вейр
Три часа спустя
Это было больно.