Фандом: Ориджиналы. Райниэль… — шорохом осенней листвы срывается с твоих губ мое имя, и я невольно вздрагиваю, потому что… Потому что только в твоем голосе есть что-то, что заставляет мое сердце биться так яростно, так отчаянно, так болезненно-сладко, что остальной мир просто меркнет в моих глазах, и остается только небольшой островок спокойствия среди всего этого безумия, два метра тюремной камеры и несколько часов относительного затишья до того, как за мной придут те, кто должен будет привести в исполнение смертный приговор. Нет, мой смелый воин, я не боюсь. Будет то, что должно произойти. Но ты… Такой мягкий, такой слабый, такой ранимый… Что будет с тобою после того, как меня не станет? Я не боюсь за себя, в моем темном языке нет сумеречного слова «страх». Но оно существует в словаре твоего родного мира, мира бездушных машин и подлых людей, мира, в котором нет ни малейшего понятия о чести, верности слову, достоинстве.
Добавить в моё избранное
139 мин, 3 сек 14775
— Все настолько серьезно, малыш, — тихо отвечает он, и его тон, полный какой-то непонятой горечи и тревоги, говорит мне о происходящем намного больше, чем он сам. У нас или у меня, что наиболее вероятно — крупные неприятности. А значит… — Что последнее ты помнишь? — вырывает меня из размышлений его вопрос.
Я закрываю глаза, вызывая в памяти события, которые вполне могли привести меня в медицинский отсек, в надежные руки Джейкоба Айерсона, уже не раз спасавшего мою жизнь и бесчисленное множество раз штопавшего мою драную шкурку. Неравный бой у Хейдоса, что находится в самом сердце Нейтральной Зоны, непонятно с чего начавшийся, численный и огневой перевес у врага, мой горящий шаттл, падающий в атмосферу пустынной планеты, которая состоит сплошь и рядом лишь из песка и обломков камней, а редкие скалы и жалкие клочки оазисов разбросаны на приличном удалении друг от друга; спасательная капсула… Боль, страшная, обжигающая боль, а затем — спасительная темнота.
Кажется, я произношу все это вслух, потому что Джейкоб вдруг как-то напрягается:
— И все? Ты помнишь, кто нашел тебя?
Еще раз внимательно перебрав последние события в своей памяти, я смотрю Джейкобу прямо в глаза:
— Я… был в плену?
— Нет, слава Создателю, тебя подобрали наши ребята. Они вовремя успели… — медик отворачивается, а мне вдруг почему-то чудится, что он чего-то недоговаривает.
— Джейк? — тихо произношу я. Мне кажется, что он что-то знает. Что-то, что пугает его до безумия. Никакого ответа. Он даже не шевелится. — Джейк, — уже мягче повторяю я, — я чего-то не знаю?
— Дурак! — в сердцах произносит Айерсон и мгновенно покидает отсек. Его странное поведение несколько обескураживает меня, но встать и пойти за ним, чтобы как следует допросить, я не могу. Даже несмотря на столь четкое определение моих умственных способностей, в сердцах брошенное Джейкобом, я не настолько безмозглый болван, чтобы не понять, что проваляться месяц без сознания и три раза едва не переступить порог, отделяющий жизнь от смерти — достаточно веская причина, чтобы послушать квалифицированного и опытного медика, и не пытаться дергаться. Особенно, если этот медик по совместительству является одним из моих близких друзей. Тем, кто знает обо мне все, видел меня в любом состоянии, и был со мной как во времена моего триумфа, так и в горькие часы поражения…
Но все же… Что-то странное было во всем этом… Я помню, что вражеский луч задел стабилизаторы моего шаттла, повредил генератор защитного поля и систему жизнеобеспечения. Я не мог выровнять траекторию и бесконтрольно падал на планету в горящем шаттле. Спасательную капсулу я смог запустить только в самый последний момент, когда шаттл уже начал распадаться на куски. Чудо, не иначе…
Хотя, если хорошо подумать — какое там чудо… Навигация и управление были основательно повреждены взрывом стабилизаторов, осколки которых подобно шрапнели пробили корпус, после чего мой шаттл совершенно потерял управление. Это все, что я помню, кроме отрывочных моментов о том, как я забирался в спасательную капсулу, об окончательном разрушении шаттла в атмосфере и глухом ударе о землю, от которого порвались страховочные ремни и меня, несколько раз приложив о все переборки небольшой капсулы, швырнуло на пульт, и я отключился. Видимо, после такого «приземления» капсула еще какое-то время двигалась по инерции, переворачиваясь и подставляя местной почве все свои металлические стороны для торжественного приветствия…
Странно, что у меня ничего не болит… Я по очереди осторожно двигаю руками, ногами, шевелю пальцами. Никаких переломов не ощущается, даже малейшего отголоска боли — только сильная слабость и мелкая дрожь. Руки — по крайней мере те участки кожи, которые сейчас мне видны из-под длинных рукавов стерильной больничной пижамы, чистые, без покраснений и ожогов. Стоп. Ожоги? Но разве Джейк упоминал об ожогах? Еще раз вспоминаю весь этот до странности нелепый разговор…
Нет, никакого упоминания об ожогах. Но почему же я тогда совершенно точно уверен в том, что они были? И странное поведение Джейка… По его словам, в плен я не попадал, но… что тогда могло так сильно разозлить его? Что же произошло там, у Нейтральной Зоны? Или на самой планете?
Я помню неуправляемое падение капсулы, почти такое же, как и у разваливающегося на куски шаттла, когда я входил в атмосферу. Я помню кривую изломанную траекторию своего безумного полета и глухой удар, переливающимся звоном отдающийся во всем теле. Я помню боль от того, что меня швыряло о переборки… Я просто не мог отделаться легким испугом и ничего не сломать! И все же — насколько я могу видеть, на моих руках нет ни шрамов, ни швов… Такого просто не может быть… Снова и снова я пытаюсь вспомнить события месячной давности, восстанавливая те часы по крупицам, один момент за другим…
Переговоры… это должны были быть переговоры…
Я закрываю глаза, вызывая в памяти события, которые вполне могли привести меня в медицинский отсек, в надежные руки Джейкоба Айерсона, уже не раз спасавшего мою жизнь и бесчисленное множество раз штопавшего мою драную шкурку. Неравный бой у Хейдоса, что находится в самом сердце Нейтральной Зоны, непонятно с чего начавшийся, численный и огневой перевес у врага, мой горящий шаттл, падающий в атмосферу пустынной планеты, которая состоит сплошь и рядом лишь из песка и обломков камней, а редкие скалы и жалкие клочки оазисов разбросаны на приличном удалении друг от друга; спасательная капсула… Боль, страшная, обжигающая боль, а затем — спасительная темнота.
Кажется, я произношу все это вслух, потому что Джейкоб вдруг как-то напрягается:
— И все? Ты помнишь, кто нашел тебя?
Еще раз внимательно перебрав последние события в своей памяти, я смотрю Джейкобу прямо в глаза:
— Я… был в плену?
— Нет, слава Создателю, тебя подобрали наши ребята. Они вовремя успели… — медик отворачивается, а мне вдруг почему-то чудится, что он чего-то недоговаривает.
— Джейк? — тихо произношу я. Мне кажется, что он что-то знает. Что-то, что пугает его до безумия. Никакого ответа. Он даже не шевелится. — Джейк, — уже мягче повторяю я, — я чего-то не знаю?
— Дурак! — в сердцах произносит Айерсон и мгновенно покидает отсек. Его странное поведение несколько обескураживает меня, но встать и пойти за ним, чтобы как следует допросить, я не могу. Даже несмотря на столь четкое определение моих умственных способностей, в сердцах брошенное Джейкобом, я не настолько безмозглый болван, чтобы не понять, что проваляться месяц без сознания и три раза едва не переступить порог, отделяющий жизнь от смерти — достаточно веская причина, чтобы послушать квалифицированного и опытного медика, и не пытаться дергаться. Особенно, если этот медик по совместительству является одним из моих близких друзей. Тем, кто знает обо мне все, видел меня в любом состоянии, и был со мной как во времена моего триумфа, так и в горькие часы поражения…
Но все же… Что-то странное было во всем этом… Я помню, что вражеский луч задел стабилизаторы моего шаттла, повредил генератор защитного поля и систему жизнеобеспечения. Я не мог выровнять траекторию и бесконтрольно падал на планету в горящем шаттле. Спасательную капсулу я смог запустить только в самый последний момент, когда шаттл уже начал распадаться на куски. Чудо, не иначе…
Хотя, если хорошо подумать — какое там чудо… Навигация и управление были основательно повреждены взрывом стабилизаторов, осколки которых подобно шрапнели пробили корпус, после чего мой шаттл совершенно потерял управление. Это все, что я помню, кроме отрывочных моментов о том, как я забирался в спасательную капсулу, об окончательном разрушении шаттла в атмосфере и глухом ударе о землю, от которого порвались страховочные ремни и меня, несколько раз приложив о все переборки небольшой капсулы, швырнуло на пульт, и я отключился. Видимо, после такого «приземления» капсула еще какое-то время двигалась по инерции, переворачиваясь и подставляя местной почве все свои металлические стороны для торжественного приветствия…
Странно, что у меня ничего не болит… Я по очереди осторожно двигаю руками, ногами, шевелю пальцами. Никаких переломов не ощущается, даже малейшего отголоска боли — только сильная слабость и мелкая дрожь. Руки — по крайней мере те участки кожи, которые сейчас мне видны из-под длинных рукавов стерильной больничной пижамы, чистые, без покраснений и ожогов. Стоп. Ожоги? Но разве Джейк упоминал об ожогах? Еще раз вспоминаю весь этот до странности нелепый разговор…
Нет, никакого упоминания об ожогах. Но почему же я тогда совершенно точно уверен в том, что они были? И странное поведение Джейка… По его словам, в плен я не попадал, но… что тогда могло так сильно разозлить его? Что же произошло там, у Нейтральной Зоны? Или на самой планете?
Я помню неуправляемое падение капсулы, почти такое же, как и у разваливающегося на куски шаттла, когда я входил в атмосферу. Я помню кривую изломанную траекторию своего безумного полета и глухой удар, переливающимся звоном отдающийся во всем теле. Я помню боль от того, что меня швыряло о переборки… Я просто не мог отделаться легким испугом и ничего не сломать! И все же — насколько я могу видеть, на моих руках нет ни шрамов, ни швов… Такого просто не может быть… Снова и снова я пытаюсь вспомнить события месячной давности, восстанавливая те часы по крупицам, один момент за другим…
Переговоры… это должны были быть переговоры…
Страница 5 из 38
