Unbroken

Накануне Беллатрикс так и не успела смыть с себя кровь и грязь — не до того было. Горячая ванна пришлась как нельзя кстати: стало хоть немного, но легче; во всяком случае, она могла чуть более адекватно оценивать происходящее. Ее все равно немного трясло — сказывалось перенапряжение вчерашней ночи: трясло, когда она расчесывала и закалывала волосы, когда зашнуровывала корсет, когда пыталась съесть хотя бы ложку принесенной эльфами овсянки с джемом, но когда в комнату вошел Уоррингтон, она была спокойна и уверена — по мере сил и характера.

Уоррингтон тоже был помят — не только у Рабастана выдалась бессонная ночь. В руках он держал стопку пергаментов; в самом верхнем, исчерканном стрелками, Беллатрикс узнала схему ночного боя.

— Уже разобрали?

— Да. Взяли воспоминания у людей, только что закончили.

Беллатрикс сжала губы и побарабанила по подлокотнику кресла:

— Они знали?

— Судя по всему — да. И успели подготовиться. Семь Поттеров, семь пунктов назначения… Вы слишком поздно догадались, в чем дело.

— Канал слива известен? — Беллатрикс предпочла пропустить последнюю фразу мимо ушей.

— Миссис Лестрейндж, канал слива информации у нас последние несколько лет один и тот же.

И у него есть конкретные имя и внешность. Беллатрикс раз десять порывалась рассказать Лорду правду о перебежчике, но Родольфус каждый раз ее отговаривал. «У нас нет прямых доказательств, — говорил он. — Нужно подождать, пока наш… хм, дятел не попадется на горячем». Дождался, чтоб его. Лежит теперь в малфоевском чулане, почти не отличаясь от трупа, а Снейп как разгуливал по Мэнору, так и продолжает.

— Доказать нельзя, конечно?

— Нет, мэм. Он крайне осторожен.

— Ясно, — Беллатрикс отвернулась к окну. — Есть имена тех, кто помогал Поттеру?

— Да, разумеется, — Уоррингтон протянул ей пергаменты. — Насчет них будут какие-то… особые распоряжения?

— Спросите у Рабастана, Родольфус с ним обсуждал эти вопросы, не со мной. Хотя… — Беллатрикс пробежала глазами по списку и смяла пергамент так, что ногти впились ей в ладонь. — Не распоряжение… просьба.

— Да, мэм?

— Девица… ученица Грюма. Метаморф, не помню, как именно ее зовут, — по совести говоря, Беллатрикс и не пыталась. Слишком много чести отродью предательницы. — Ее — сразу ко мне, в случае чего.

Уоррингтон, чуть помедлив, кивнул.

— Понимаю вас. Как быть с ее напарником?

— Напарником?

— Подставным Поттером. Дружком мальчишки, Уизли, кажется.

— На ваше усмотрение или как вам прикажут. Мне все равно. Меня интересует только девушка.

Точнее, ее внутренности на нашем флюгере и предсмертные вопли в нашем подвале. Лорд все равно приказал ликвидировать девчонку, так хоть совмещу приятное с полезным.

Уоррингтон кивнул еще раз — уже больше из уважения, чем из вежливости — и вышел прочь, чуть не столкнувшись в дверях с Люциусом. Беллатрикс стиснула зубы: ее отношения с Малфоями в последнее время основательно испортились, и видеть сестру или кого-то из ее семьи ей хотелось сейчас меньше всего.

— Уже принимаешь соболезнующих? — светским тоном поинтересовался Люциус, крутанув в руках извечную трость и проводив Уоррингтона скучающим взглядом.

— О чем это ты? — насторожилась Беллатрикс.

— Дань приличиям, ничего более, — Люциус вальяжно расселся в кресле напротив; Беллатрикс вздернула подбородок и осталась стоять. — У меня к тебе есть один существенный вопрос…

— Раз существенный, можешь задавать.

Люциус слегка поморщился.

— Ты видела, во что Трэверс с подручными превратили коридор на третьем этаже в северном крыле?

— Видела, — и просидела там всю ночь. — И что с того?

— Я бы обошел это вниманием… если бы это был единичный случай, — Люциус закинул ногу на ногу. — Целый коридор превращен в больничный барак, по дому шастают подозрительные личности, после визитов которых мой эльф недосчитывается серебряных ложек, мы — я, Нарцисса и Драко — не можем спать без заглушающих заклинаний: каждую ночь кто-то пьет, дерется, горланит песни или… — Люциус поперхнулся и искоса глянул на свояченицу, — водит непотребных девок… Меня интересует, как долго это будет продолжаться?

— Ты хочешь знать, как долго у тебя в доме будет находиться наш штаб? — спокойно спросила Беллатрикс. — Понятия не имею. Можешь спросить у Темного Лорда… если осмелишься. Полагаю, со временем все разъедутся; что до нас, то я и Рабастан перестанем отягощать тебя примерно через неделю.

— Неделю, вот как? — прищурился Люциус. — То есть, ты уже знаешь, когда примерно овдовеешь? Похвальная предусмотрительность. Признаться, я был бы не против, если бы ты проявила инициативу и перестала мозолить глаза Нарциссе чуть раньше…

Беллатрикс закатила ему оплеуху — такую, что звон пошел по всей комнате.