Ледышка для оборотня, или 101 способ ублажить старшего мужа

— А знаешь, мы в жизни расстались… — он надрывно всхлипывает. — И ты от меня ушел. И тебе даже все равно, что я жду нашего ребенка.

Я до крови прикусываю губу. Он сонный и не понимает, что говорит. Я не должен его напугать!

— Мартин, а ты ведь увидишь настоящего Мартина?

Я могу только молча кивнуть.

— Ты ему скажи, потом, когда я умру, что я его очень любил. И пусть он будет счастлив. И малыш будет счастлив. Я ему совсем не подошел, но ведь он сможет найти свою настоящую пару с кем-то из оборотней? Вот пусть всем им будет хорошо. Передашь?

— Нет, — отвечаю я и вижу, как обида появляется в его глазах. — Я не передам, потому что ты не умрешь, потому что ты и есть моя настоящая пара, и я только с тобой смогу быть счастлив. Ты спи, тебе нужно хорошо высыпаться. Завтра все будет лучше, ты мне веришь?

Он кивает, улыбается и закрывает глаза.

Спи, Анджей. А мне теперь больше не заснуть. Я осторожно выбираюсь из теплой постели и выхожу из комнаты.

В горнице темно, и такая же тьма в моей душе. Хочется обернуться зверем и долго и мучительно изливать то, что чувствуешь, в вое. Сейчас я завидовал тем, у кого вторая ипостась волк. А мне не дано и этого. Даже плакать не умею. Что за оказия? Глупый Правитель, никудышный Старший. Что там еще в активе моих личных падений? Невесело усмехаюсь.

Да, темные настают времена. Да еще и эта война…

Заговорщики

Сегодня ночью мне приснился Мартин. Во сне он был почему-то очень похож на рыцаря из своих романов — такой понимающий и добрый, и он сказал мне то, что я мечтал бы услышать от настоящего Мартина. Жаль, что это только сон. Мне так не хотелось открывать глаза…

Но жизнь есть жизнь. Наступило утро — пора вставать. То, что уже утро было ясно по тому, как сквозь неплотно сомкнутые веки пробивался солнечный свет. Странно, все эти дни мне ни разу не удавалось проспать всю ночь. Ральф! Точно, со мной в постели был Ральф!

Я вскочил и начал оглядываться, но оборотня не было не то, что в одной со мной постели, но даже в комнате. Ох! Что же я наделал! А если Мартин видел?

Впрочем, Мартину нет до этого дела. Кажется, я снова забыл, что нас больше нет, а есть отдельно Мартин, и отдельно — я.

Хорошее настроение тут же пропало, и я привычно вздохнул. Все равно нужно продолжать как-то жить. И для начала просто позавтракать. Я встал, чтобы направиться к умывальнику, но внезапное головокружение заставило меня опуститься обратно на постель. Переждав несколько неприятных минут, я встал гораздо осторожнее, на всякий случай придерживаясь рукой за спинку кровати. Но на этот раз все обошлось.

Мое лицо в зеркале не могло порадовать ни здоровым видом, ни счастливым выражением, потому я постарался побыстрее завершить утренние процедуры.

Обычно завтрак накрывался в зале. Сегодня я тоже направился туда, но, открыв дверь, в удивлении замер на пороге. В доме сегодня было непривычно много народа.

За столом, напротив стопки удивительно аппетитных блинчиков с чашкой чая в руке восседала Марика. Увидев меня, она приветливо кивнула, здороваясь. Напротив нее за столом в пол оборота к окну сидел Ральф. А у самого окна, вырисовываясь темным трафаретом на солнечном фоне, стоял Мартин. У меня сердце пропустило несколько ударов. Он выглядел очень зловеще — так, словно видел оборотня в моей постели. Я, кажется, невольно попятился обратно к дверям в спальню, но тут Мартин неожиданно миролюбиво сказал:

— Доброе утро, Анджей. Надеюсь, ты хорошо спал этой ночью?

«Видел или не видел?!» — только одна мысль испугано металась в моем мозгу.

— Здравствуй, Анджей, — тем временем улыбнулся Ральф. — Надеюсь, ты не замерз?

Такой, казалось бы, невинный вопрос заметно сгустил и без того ощущаемое напряжение.

— Ссс-пасибо! — чуть заикаясь, смог, наконец, выдавить я. — Все хорошо. Я, пожалуй, пойду?

— Куда?! — дружно рявкнули они в три горла. От неожиданности я подпрыгнул на месте. Все трое улыбались так активно, что любой на моем месте почувствовал бы, что тут «немножко что-то не так».

— Нет, дорогой! Пока не позавтракаешь, никуда я тебя не отпущу! — Марика уже подскочила ко мне и, ухватив под локоть, потянула к столу.

— Давай я тебе чайку горяченького налью, а то вон — руки совсем холодные, — позаботился обо мне с другой стороны Ральф.

Я испугано посмотрел на Мартина. Вдруг он сейчас кааак разозлится! Но он улыбнулся почти как во сне и только сказал:

— Приятного аппетита. Это хорошо, что ты выспался и не замерз. Ешь, Марика с самого утра у плиты.

Я ел, а они смотрели на меня, как на какую-то редкость. Из-за этого просто кусок в горло не лез. Чтобы не обижать так старавшуюся травницу, я с трудом впихнул в себя два блина и выпил полчашки чая.

— Спасибо, я уже наелся.