Фандом: Ориджиналы. Повелитель оборотней Мартин вынужденно заключает династический брак с людьми. Его партнером становится Анджей — совсем молодой парень, который не любит секс. Что может из этого получиться — читаем в этой истории.
Добавить в моё избранное
444 мин, 55 сек 10481
— А если серьезно?
— Если серьезно, то час назад прибыл гонец из Империи — скончался Император, и новым провозглашен, угадай кто?
Марика равнодушно пожала плечами:
— А мне-то что за дело?
— Та-да-дам! — торжественно провозгласил Ральф. — Новый Император — Анджей Фридрих Вольфган.
— Ну, тезка нашего Анджея, это ясно…
— Ой, ну ты совсем устала! Не тезка, а НАШ Анджей!
У Марики некрасиво приоткрылся рот, а из рук выпала надкушенная плюшка.
— Да иди ты!
Ральф удовлетворенно кивнул головой.
— Именно! Им обоим на коронацию нужно. Потому и спрашиваю — когда смогут поехать. Мне гонцу нужно ответ дать.
Марика задумалась.
— Ой, сложно прогноз-то дать… Смотри сам, Мартин получил семнадцать ран разной тяжести. Две очень серьезные. Я его два часа только зашивала. Но самое страшное — кровопотеря. Почти критичная. Как живым довезли — не понимаю. Наверное, на чистом упрямстве зубами за жизнь держался. Пришлось ему переливание крови делать…
— От кого? — взвился вмиг побледневший Ральф.
— А особого выбора нет. Точнее, его вовсе нет — от Младшего. От кого же еще…
— Но он же тоже ранен!
— Не ори! Не серьезно ранен — мышцы на спине порваны, да несколько укусов неглубоких. Спину тоже зашила, укусы обработала, одолень-травой повязки залила. Больше там делать нечего.
— Да дело не только в этом! Неужели, не подошла бы твоя кровь, ведь вы хоть каким-то боком родственники?
— Не подошла бы. Как бы тебе объяснить… Там нужно целый ряд моментов учитывать. Есть кровь горячая, есть холодная. Если их совместить, поверь, ничего хорошего не выйдет. Вот у нас с Мартином как раз такая разница. А Анджей — его истинная пара, хоть и человек, но по энергетике полное совмещение, да и оба горячие.
— Ты хоть понимаешь, что это значит?
— Да не хуже тебя законы знаю. Только выбор был очень прост — делимся кровью или умираем. Знаешь, что за Мартином потом последует и Анджей? Не забыл? Вот и славно! И не смей меня попрекать!
— Я не попрекаю, — вздохнул оборотень. — Только теперь, выходит, что Анджей спас Мартину жизнь, поделившись кровью. Значит, у Мартина перед ним долг жизни, а следовательно, именно Анджей имеет право на правление, а Мартин — разделяет власть, пока долг крови и жизни не будет признан выполненным.
— Не знаю, у них все так запутано… — протянула Марика. — С другой стороны, Мартин ему тоже жизнь спас — на реке. Но долг крови — это да, серьезно. Не думаю, впрочем, что Анджей будет так уж стремиться к власти. Он пока в себе до конца не разобрался, да и ребенок скоро будет все больше занимать его мысли. Нет, не будет он вперед Мартина лезть.
— Хорошо бы, — согласился Ральф. — Ладно, разберемся позднее. Что гонцу-то ответить?
— В себя оба придут сегодня к вечеру. Еще дня два минимум Мартина трогать нельзя, даже с его регенерацией. Потом сутки, чтобы восстановить энергию — обоим.
— И день на сборы… Итого, через седьмицу, с учетом времени на дорогу. Ладно, пойду гонца отпущу.
Ральф вышел из дома, а травница наконец-то смогла допить свой чай.
Вечером того же дня…
— Марика?
— Нет, я Марта, ее помощница. Сейчас позову Марику.
Слишком яркий свет из соседнего помещения резанул по глазам, заставил зажмуриться.
— Вот и отлично, пришел в себя как миленький! — знакомое ворчание травницы заставило улыбнуться.
— Дай-ка я тебя осмотрю.
Марика без смущения откинула в сторону мое одеяло. По коже сразу побежала толпа мурашек.
— Экий пупырчатый, словно молодой огурчик. И такой же зелененький! Так и хочется укусить…
— Марика, твое чувство юмора очень специфично. Никто не говорил?
— Может, и говорили, я чужих глупостей не слушаю, у меня своих вдоволь!
Она острым тонким ножом неторопливо разрезала бинты.
— Так, теперь зубки сцепили и не дергаемся. Сейчас я дергать буду! — предупредила Марика и стала осторожно снимать с ран повязки. Больно… сжатые зубы помогают мало, и я шиплю от неприятных ощущений, пару раз срываясь на сдавленный стон.
— Все, уже все, расслабься. Так… неплохо. Главное, все ранки, все шовчики чистенькие. Сейчас свежие повязки сделаем, и дальше отдыхай.
На пару с Мартой они справляются довольно быстро. Это уже не так болезненно, хотя и доставляет несколько неприятных минут. Наконец, лекарки удовлетворенно оставляют в покое мое тело.
— Я так понимаю, что если жив, то с прорывом все разрешилось?
— Еще бы!
— Многие пострадали?
— Трое погибших, раненых полно, все лекари и даже ведуны заняты.
— Могло быть хуже.
— Могло. Ральф разбирается, почему их так поздно заметили.
— А Анджей? Где он? Я могу его увидеть?
— Увидишь — завтра.
— Если серьезно, то час назад прибыл гонец из Империи — скончался Император, и новым провозглашен, угадай кто?
Марика равнодушно пожала плечами:
— А мне-то что за дело?
— Та-да-дам! — торжественно провозгласил Ральф. — Новый Император — Анджей Фридрих Вольфган.
— Ну, тезка нашего Анджея, это ясно…
— Ой, ну ты совсем устала! Не тезка, а НАШ Анджей!
У Марики некрасиво приоткрылся рот, а из рук выпала надкушенная плюшка.
— Да иди ты!
Ральф удовлетворенно кивнул головой.
— Именно! Им обоим на коронацию нужно. Потому и спрашиваю — когда смогут поехать. Мне гонцу нужно ответ дать.
Марика задумалась.
— Ой, сложно прогноз-то дать… Смотри сам, Мартин получил семнадцать ран разной тяжести. Две очень серьезные. Я его два часа только зашивала. Но самое страшное — кровопотеря. Почти критичная. Как живым довезли — не понимаю. Наверное, на чистом упрямстве зубами за жизнь держался. Пришлось ему переливание крови делать…
— От кого? — взвился вмиг побледневший Ральф.
— А особого выбора нет. Точнее, его вовсе нет — от Младшего. От кого же еще…
— Но он же тоже ранен!
— Не ори! Не серьезно ранен — мышцы на спине порваны, да несколько укусов неглубоких. Спину тоже зашила, укусы обработала, одолень-травой повязки залила. Больше там делать нечего.
— Да дело не только в этом! Неужели, не подошла бы твоя кровь, ведь вы хоть каким-то боком родственники?
— Не подошла бы. Как бы тебе объяснить… Там нужно целый ряд моментов учитывать. Есть кровь горячая, есть холодная. Если их совместить, поверь, ничего хорошего не выйдет. Вот у нас с Мартином как раз такая разница. А Анджей — его истинная пара, хоть и человек, но по энергетике полное совмещение, да и оба горячие.
— Ты хоть понимаешь, что это значит?
— Да не хуже тебя законы знаю. Только выбор был очень прост — делимся кровью или умираем. Знаешь, что за Мартином потом последует и Анджей? Не забыл? Вот и славно! И не смей меня попрекать!
— Я не попрекаю, — вздохнул оборотень. — Только теперь, выходит, что Анджей спас Мартину жизнь, поделившись кровью. Значит, у Мартина перед ним долг жизни, а следовательно, именно Анджей имеет право на правление, а Мартин — разделяет власть, пока долг крови и жизни не будет признан выполненным.
— Не знаю, у них все так запутано… — протянула Марика. — С другой стороны, Мартин ему тоже жизнь спас — на реке. Но долг крови — это да, серьезно. Не думаю, впрочем, что Анджей будет так уж стремиться к власти. Он пока в себе до конца не разобрался, да и ребенок скоро будет все больше занимать его мысли. Нет, не будет он вперед Мартина лезть.
— Хорошо бы, — согласился Ральф. — Ладно, разберемся позднее. Что гонцу-то ответить?
— В себя оба придут сегодня к вечеру. Еще дня два минимум Мартина трогать нельзя, даже с его регенерацией. Потом сутки, чтобы восстановить энергию — обоим.
— И день на сборы… Итого, через седьмицу, с учетом времени на дорогу. Ладно, пойду гонца отпущу.
Ральф вышел из дома, а травница наконец-то смогла допить свой чай.
Вечером того же дня…
— Марика?
— Нет, я Марта, ее помощница. Сейчас позову Марику.
Слишком яркий свет из соседнего помещения резанул по глазам, заставил зажмуриться.
— Вот и отлично, пришел в себя как миленький! — знакомое ворчание травницы заставило улыбнуться.
— Дай-ка я тебя осмотрю.
Марика без смущения откинула в сторону мое одеяло. По коже сразу побежала толпа мурашек.
— Экий пупырчатый, словно молодой огурчик. И такой же зелененький! Так и хочется укусить…
— Марика, твое чувство юмора очень специфично. Никто не говорил?
— Может, и говорили, я чужих глупостей не слушаю, у меня своих вдоволь!
Она острым тонким ножом неторопливо разрезала бинты.
— Так, теперь зубки сцепили и не дергаемся. Сейчас я дергать буду! — предупредила Марика и стала осторожно снимать с ран повязки. Больно… сжатые зубы помогают мало, и я шиплю от неприятных ощущений, пару раз срываясь на сдавленный стон.
— Все, уже все, расслабься. Так… неплохо. Главное, все ранки, все шовчики чистенькие. Сейчас свежие повязки сделаем, и дальше отдыхай.
На пару с Мартой они справляются довольно быстро. Это уже не так болезненно, хотя и доставляет несколько неприятных минут. Наконец, лекарки удовлетворенно оставляют в покое мое тело.
— Я так понимаю, что если жив, то с прорывом все разрешилось?
— Еще бы!
— Многие пострадали?
— Трое погибших, раненых полно, все лекари и даже ведуны заняты.
— Могло быть хуже.
— Могло. Ральф разбирается, почему их так поздно заметили.
— А Анджей? Где он? Я могу его увидеть?
— Увидишь — завтра.
Страница 62 из 125
