Фандом: Гарри Поттер. Пережив кризис в своих отношениях, Гарри и Северус наконец обрели счастье и покой. Но однажды на совершенно рядовом дежурстве в Гарри попадает странное и страшное проклятие…
Добавить в моё избранное
203 мин, 12 сек 10899
После невероятно обильного и исключительно безвкусного ужина, состоящего «всего лишь» из ростбифа с жареным картофелем, мясного пирога, дюжины салатов и ревеневого крема на десерт (вот где я просто готов взвыть из-за утраченного, видимо, надолго чувства вкуса) и щедро приправленного сетованиями старого домовика на бездельников из Министерства, которые не потрудились предупредить«бедного Кричера» о возвращении хозяев, а«хозяева теперь будут думать, что Кричер уже стар и ни на что не годен, раз не способен приготовить для них достойную трапезу», я желаю Гарри спокойной ночи, а сам собираюсь спуститься в лабораторию и сварить наконец Сердечное зелье. Гарри с готовностью вызывается мне помочь, но я довольно резко отказываюсь, мотивируя это тем, что мне как раз сегодня необходима абсолютно трезвая голова, а рядом с ним я совершенно не в состоянии сосредоточиться. Немного обиженно буркнув: «Cладких снов!» — мой драгоценный старший партнер отправляется спать.«Ничего, — думаю я, — вот сварю себе зелье и извинюсь перед ним. Может быть, даже не один раз!»
Оказавшись снова в своей излюбленной стихии, я забываюсь настолько, что какое-то время все злоключения последнего месяца — начиная со смерти Рона и Молли и нашего ареста и кончая поимкой Лестрейнджа и его признанием, не сулящим мне лично ничего хорошего — отодвигаются на второй план и как бы тускнеют. Я с упоением нарезаю стебли пахучей руты, наслаждаясь ее горьковатым чесночным ароматом, добавляю в зелье выжимку из корней болотного сабельника и сушеную черную бузину, одну щепотку толченого волоса единорога, пять капель сока крапивы, неспешно помешиваю десять раз по часовой стрелке и пять — против и оставляю готовое зелье, ставшее молочно-белого цвета, настояться еще полчаса, а пока присаживаюсь рядом с одной из очень редких книг по зельям, которые я, каждый раз радуясь, как ребенок Рождеству, обнаруживаю в бездонных закромах библиотеки Блэк-хауса.
Ну, кажется, готово. Я снимаю с котла крышку, собираясь втянуть терпковатый, ни с чем не сравнимый запах, и… ничего. Абсолютно ничего не улавливаю, хотя из котла валит пар. Принюхиваюсь еще раз — результат тот же! Чувствуя, как сердце против воли забилось сильнее, я вызываю Кричера и прошу его понюхать зелье. Он докладывает, что отвар приятно пахнет пряностями с отчетливой ноткой чеснока (рута, а как же…
— Да, да, верно. Я просто хотел кое-что проверить. Спасибо, Кричер, — говорю я, едва сдерживая дрожь в голосе. Сперва вкус, теперь вот — запах. Да что же это такое! Судя по моему состоянию, снадобье надо было бы принять немедленно, но в любом случае придется ждать, пока немного остынет — если я обожгу горло и потеряю голос, то меня можно будет спокойно госпитализировать на пятый этаж Мунго, в компанию к потерявшим рассудок Лонгботтомам и Локхарту. Хотя нет — Локхарта больше пяти минут я не вынесу!
Выпив наконец зелье, поднимаюсь в спальню. Гарри уже, разумеется, спит, трогательно по-детски подложив под щеку сложенные ладони (обычно это делаю я, и утром моя рука хранит на себе его запах). Запах! Теперь и это стало для меня недоступной роскошью. С нежностью смотрю на своего партнера и впервые за почти девять лет, что мы вместе, не испытываю желания — только бесконечную усталость и грусть от, кажется, неизбежного расставания. И раз уж я, скорее всего, обречен — необходимо хотя бы максимально обезопасить жизнь Гарри. Но и сдаваться без боя я тоже не собираюсь. Я укладываюсь рядом с Гарри, и, видимо, чувствуя мое присутствие, он, не просыпаясь, придвигается ко мне и прижимается спиной к моей груди. Я не представляю, как он справится без меня, и, прежде чем уснуть, даю самому себе клятву найти это чертово контрзаклятие.
На следующее утро я симулирую сильнейшую простуду и головную боль. Гарри, как заправская нянюшка, пытается напоить меня горячим чаем с медом и уложить в постель (если бы он так же заботливо и мысли свои от меня закрывал, мне стало бы куда проще выполнить свой план… Ну что ж тут поделаешь?! Ему всего двадцать семь, и слова «постель» и«уложить» иногда воспринимаются нами по-разному. Как бы то ни было, от предложения я в более-менее вежливой форме отказываюсь и советую ему покопаться в библиотеке в разделе наитемнейших искусств и хотя бы немного систематизировать книги, способные нам пригодиться.
Сам же отправляюсь варить зелья, которые в ближайшие несколько лет могут, по моему мнению, понадобиться Гарри. Так как с чувством обоняния, по всей видимости, тоже пришлось расстаться, я под предлогом насморка прошу Кричера описывать мне запах того или иного зелья, чтобы исключить малейшую ошибку в приготовлении. Странно, но именно эта потеря огорчает меня несравненно больше, чем возможность наслаждаться вкусом принимаемой пищи, и даже отражается на моей непоколебимой уверенности в себе как в непревзойденном мастере зелий. Так что помощь Кричера, с которого я беру обещание не рассказывать хозяину Гарри, чем мы тут занимаемся, оказывается весьма полезной.
Оказавшись снова в своей излюбленной стихии, я забываюсь настолько, что какое-то время все злоключения последнего месяца — начиная со смерти Рона и Молли и нашего ареста и кончая поимкой Лестрейнджа и его признанием, не сулящим мне лично ничего хорошего — отодвигаются на второй план и как бы тускнеют. Я с упоением нарезаю стебли пахучей руты, наслаждаясь ее горьковатым чесночным ароматом, добавляю в зелье выжимку из корней болотного сабельника и сушеную черную бузину, одну щепотку толченого волоса единорога, пять капель сока крапивы, неспешно помешиваю десять раз по часовой стрелке и пять — против и оставляю готовое зелье, ставшее молочно-белого цвета, настояться еще полчаса, а пока присаживаюсь рядом с одной из очень редких книг по зельям, которые я, каждый раз радуясь, как ребенок Рождеству, обнаруживаю в бездонных закромах библиотеки Блэк-хауса.
Ну, кажется, готово. Я снимаю с котла крышку, собираясь втянуть терпковатый, ни с чем не сравнимый запах, и… ничего. Абсолютно ничего не улавливаю, хотя из котла валит пар. Принюхиваюсь еще раз — результат тот же! Чувствуя, как сердце против воли забилось сильнее, я вызываю Кричера и прошу его понюхать зелье. Он докладывает, что отвар приятно пахнет пряностями с отчетливой ноткой чеснока (рута, а как же…
— Да, да, верно. Я просто хотел кое-что проверить. Спасибо, Кричер, — говорю я, едва сдерживая дрожь в голосе. Сперва вкус, теперь вот — запах. Да что же это такое! Судя по моему состоянию, снадобье надо было бы принять немедленно, но в любом случае придется ждать, пока немного остынет — если я обожгу горло и потеряю голос, то меня можно будет спокойно госпитализировать на пятый этаж Мунго, в компанию к потерявшим рассудок Лонгботтомам и Локхарту. Хотя нет — Локхарта больше пяти минут я не вынесу!
Выпив наконец зелье, поднимаюсь в спальню. Гарри уже, разумеется, спит, трогательно по-детски подложив под щеку сложенные ладони (обычно это делаю я, и утром моя рука хранит на себе его запах). Запах! Теперь и это стало для меня недоступной роскошью. С нежностью смотрю на своего партнера и впервые за почти девять лет, что мы вместе, не испытываю желания — только бесконечную усталость и грусть от, кажется, неизбежного расставания. И раз уж я, скорее всего, обречен — необходимо хотя бы максимально обезопасить жизнь Гарри. Но и сдаваться без боя я тоже не собираюсь. Я укладываюсь рядом с Гарри, и, видимо, чувствуя мое присутствие, он, не просыпаясь, придвигается ко мне и прижимается спиной к моей груди. Я не представляю, как он справится без меня, и, прежде чем уснуть, даю самому себе клятву найти это чертово контрзаклятие.
На следующее утро я симулирую сильнейшую простуду и головную боль. Гарри, как заправская нянюшка, пытается напоить меня горячим чаем с медом и уложить в постель (если бы он так же заботливо и мысли свои от меня закрывал, мне стало бы куда проще выполнить свой план… Ну что ж тут поделаешь?! Ему всего двадцать семь, и слова «постель» и«уложить» иногда воспринимаются нами по-разному. Как бы то ни было, от предложения я в более-менее вежливой форме отказываюсь и советую ему покопаться в библиотеке в разделе наитемнейших искусств и хотя бы немного систематизировать книги, способные нам пригодиться.
Сам же отправляюсь варить зелья, которые в ближайшие несколько лет могут, по моему мнению, понадобиться Гарри. Так как с чувством обоняния, по всей видимости, тоже пришлось расстаться, я под предлогом насморка прошу Кричера описывать мне запах того или иного зелья, чтобы исключить малейшую ошибку в приготовлении. Странно, но именно эта потеря огорчает меня несравненно больше, чем возможность наслаждаться вкусом принимаемой пищи, и даже отражается на моей непоколебимой уверенности в себе как в непревзойденном мастере зелий. Так что помощь Кричера, с которого я беру обещание не рассказывать хозяину Гарри, чем мы тут занимаемся, оказывается весьма полезной.
Страница 24 из 55
