Профессор Поттер

Небо начали заволакивать тучи, пряча звёзды от одинокого наблюдателя. Ветер усилился — он уже проникал под мантию Гарри, заставляя вздрагивать от холода.

Поттер затушил сигарету о подошву ботинка и встал со ступенек. Направив на сморщенный окурок волшебную палочку, он прошептал «Эванеско». Пора было идти в комнату, завтра с утра первый урок полётов. Он не боялся преподавать, ведь на пятом курсе он уже обучал ребят из «Отряда Дамблдора» защитным заклинаниям. Овладеть метлой ему казалось гораздо более простой задачей, чем вызвать Патронус.

Гарри уже спускался по ступеням, когда первые холодные капли упали на лицо. Прибавив шагу, он устремился к замку. Когда он добежал до входа, вся его мантия была уже мокрая от холодного осеннего дождя, осыпавшего его мелкими колючими каплями. Стараясь не шуметь, профессор открыл маленькую дверь, ведущую в Школу, и двинулся по коридорам, внимательно вглядываясь в темноту и стряхивая с мантии и волос водяные брызги.

— Снова Поттер снует ночью по коридорам, — раздался раздраженный голос из старинного портрета.

— Люмос! — удивленный Гарри направил волшебную палочку в сторону незнакомого голоса. Свет отразился от масляной поверхности картины.

Мужчина в старинном фраке и котелке устало раскинулся в кресле.

— Слушай, Поттер, — зевнув, пробурчал он, — тебе правила не писаны. Погаси свет и отправляйся спать. Уже давно за полночь.

— Извините, — Гарри отвернул в сторону волшебную палочку. — Кто вы?

— Да уж, — скривил губы раздосадованный мужчина. — Если ты меня не запомнил за все годы твоего обучения, то сейчас моё имя тебе вряд ли о чем-то скажет.

— А разве я должен был запомнить имена всех, кто живет в портретах? — возмутился несправедливым упрёком Поттер.

— Вежливостью ты никогда не отличался, — мрачно ответил мужчина. — Тем не менее, я представлюсь. Лорд Стоддарт Визерс, первый заводчик фестралов.

Мужчина гордо выпятил грудь и поднял подбородок, предчувствуя безмолвное восхищение своей персоной, которое вызовет в собеседнике.

— Значит, вы тоже видели Смерть? — спокойно спросил Поттер.

— Видел, — обиженно буркнул Визерс. Уязвлённый непочтением со стороны собеседника, лорд встал и удалился за картинную раму.

Гарри хмыкнул и поплёлся дальше. У него было чувство, что он уже где-то видел надменного лорда, только не мог вспомнить где.

Апартаменты профессора Поттера располагались в западном крыле Школы. Это была достаточно большая для одного человека комната. Кровать с пологом, письменный стол, шкаф для одежды, диван и пара кресел составляли обстановку его временного жилища. «Молния» стояла в углу около окна, из которого были видны очертания поля для квиддича. Саквояж был раскрыт, и его содержимое беспорядочно валялось на столе.

Гарри достал из шкафа полотенце, чистое бельё, снял с вешалки длинный халат. Принять ванну перед сном не помешало — на улице под дожём он сильно продрог. Стараясь не шуметь, он тихо крался по темным коридорам, решив не вызывать лучик света на конце палочки — не хватало еще получить нагоняй от чьего-нибудь нервного портрета. Отсчитав четвёртую дверь от статуи Бориса Бестолкового, Гарри произнес пароль и вошёл в ванную старост.

Свисающая с потолка огромная люстра моментально зажглась тысячью маленьких свечей. Гарри повернул ручку крана, и большой прямоугольный бассейн стал наполняться горячей водой. Профессор скинул одежду и, спрыгнув с бортика, погрузился в воду с тихонько лопающимися разноцветными пузырьками. Вздохнув от наслаждения, он расслабился и прикрыл глаза.

С годами Поттер превратился из болезненно худого парня в мужчину спортивного, но немного худощавого телосложения. Лицо чуть осунулось за последние месяцы, которые он помнил сквозь пелену алкогольного опьянения, волосы заметно отросли, густыми прядями закрывая уши и спадая на шею. Впрочем, Гарри всегда относился к своей причёске пренебрежительно. В целом, его можно было бы назвать красивым, вот только широкие брови были постоянно нахмурены, и между ними залегла неглубокая морщинка.

— Гарри, — произнес писклявый девичий голос, — как давно я тебя не видела!

— Привет, Миртл, — ответил он, даже не открывая глаз. Пробраться в ванную старост могло только привидение из старого туалета для девочек.

— Что ты делаешь в Хогвартсе? — поинтересовалась Миртл.

— МакГонагалл пригласила. Ты бы летела отсюда, я хочу отдохнуть и помыться.

— О, Гарри, — хихикнуло привидение, — да ты, никак, стесняешься меня?

— Даже и не думаю.

— А раньше ты прятался от меня в пене, — не унималось привидение.

— То было раньше.

— Значит, ты не стесняешься, — вздохнула девчонка. — А вот один красавчик стеснялся.

— Какой красавчик? — спросил Гарри, уже уставший от болтовни Плаксы Миртл.

— Красавчик Драко Малфой!