Фандом: Капитан Блад. Сюжетная развилка. Что, если бы капитану Бладу не удалось спастись, когда его пленил Каузак, но попал бы он в руки не дона Мигеля, а губернатора Ямайки? А есть ведь еще и Арабелла, которая любит капитана, и лорд Джулиан, который любит Арабеллу...
Добавить в моё избранное
114 мин, 28 сек 8085
Все могло кончиться печально для корсаров, потому что, несмотря на необычные ходовые качества, «Летящий» не был задуман как военный корабль и не имел на борту достаточного количества орудий для боя даже с одним фрегатом, что уж говорить о трех.
Волверстон отдал приказ открыть огонь и готовиться к последнему бою. Пираты скорее предпочли бы взорвать «Летящий», чем попасть в руки губернатора Бишопа, но госпожа Удача вспомнила о них всех в этот день. Из-за мыса показались еще два корабля под всеми парусами: это были «Арабелла» и«Атропос». Они вернулись к Ямайке и крейсировали неподалеку от Порт-Ройяла, на этот раз оставаясь незамеченными из форта.
Пираты тут же воспользовались растерянностью ямайцев, не успевающих развернуться к новому противнику. Удачный выстрел Огла с «Арабеллы» расщепил грот-мачту одного из фрегатов, которая рухнув, вызвала хаос на палубе.«Атропос» же разрядила орудия своего правого борта в корпус другого корабля, и он стал быстро погружаться в воду.
Убедившись, что капитан третьего фрегата утратил воинственный пыл, пираты не стали атаковать, оставив уцелевшего противника спасать тонущих.
Корабли уходили все дальше и дальше, растворяясь в золоте закатного моря. Команды «Арабеллы» и«Атропос» радостными воплями приветствовали«Летящий», однако их радость быстро погасла. Бешеная скачка по мостовым Порт-Ройяла никак не могла пойти на пользу Бладу. Его раны открылись; он истекал кровью и не приходил в себя.
Волверстон, неотлучно находившийся рядом с ним, все с большей тревогой смотрел в его застывшее лицо. Да, они совершили невозможное, вытащив своего капитана из застенков Бишопа, но теперь им грозила опасность вновь потерять его.
Спустились сумерки, на лице Блада еще резче обозначились скулы. За все время он не шевельнулся, даже веки не дрогнули. И тогда, изрыгая проклятия, Волверстон послал за «проклятым колдуном», к которому до сих не доверял до конца, несмотря на то, что индеец так хорошо проявил себя в деле. Пусть уж лучше колдовство, чем Питер упокоится на дне морском.
Пако же сразу заявил, что капитану нужна твердая земля, а не качающаяся пирога, пусть и большая. Потом потребовал свои зелья из каморки на борту «Арабеллы», а потом бесцеремонно выставил всех вон.
Отойдя на достаточное расстояние от Ямайки, корабли Блада легли в дрейф. Пользуясь, что волнения почти нет, Блада с величайшей осторожностью переправили на «Арабеллу». До Тортуги было еще достаточно далеко, поэтому нужно было искать пристанища на одном из ближайших безымянных островов. Конечно же, тут же нашлось несколько вариантов. Прекрасно зная Карибское море, корсары рассчитывали достичь подходящего островка с источником пресной воды и достаточно разнообразной растительностью на следующий день.
Джереми Питт с частью команды «Арабеллы» и голландцами должен был продолжить путь на Тортугу, чтобы вернуть корабль месье д'Ожерону. Там он намеревался дождаться«Элизабет» и«Лахезис», которые, вероятно, уже наигрались с эскадрой Бишопа.
Ямайcкая эскадра вернулась в Порт-Ройял через сутки. Злые и утомленные бесплодной погоней за призраками, губернатор Бишоп и лорд Уэйд сошли на берег. Новость, которая их там ожидала, никак не могла поднять им настроение.
Сказать, что Бишоп был взбешен, значит не сказать ничего. Полковник ревел, как бык, и топал ногами. Он хотел немедленно перевешать оставшихся в живых караульных, и майор Мэллэрд проявил недюжинную храбрость, вступившись за своих солдат. Губернатор даже набросился на лорда Уэйда:
— Почему вы не позволили мне перевести этого мерзавца в форт?
Его светлость ответил ледяным тоном:
— После вашего «общения» врач запретил мне трогать его.
— Как видите, нашлись те, кто его все-таки тронул! Зачем он был вам нужен живым, подох бы — туда ему и дорога! И эта его эскадра! Я говорил вам, что они появились не случайно! Надо было его немедленно повесить!
— Вы забываетесь, полковник! Я не ваш подчиненный и не обязан отчитываться перед вами в своих действиях! Кроме того, я думаю, что вряд ли мы услышим еще имя капитана Блада. В его состоянии ему не пережить свое «спасение».
Полковника это нисколько не обнадежило. Он лично допросил всех часовых. Кто-то припомнил появление в тот день Арабеллы в тюрьме непосредственно перед похищением, и Бишоп, зная про чувства своей племянницы к Бладу, рассвирепел еще больше:
— Да я навеки запру ее! Заточу в крепость! Это она помогла организовать побег!
— Помилуйте, полковник, каким образом? Девушка ее склада никогда на такое не пойдет!
— Тогда почему она приходила туда!? — продолжал вопить Бишоп.
Лорда Джулиана тоже весьма занимал этот вопрос. Он не ожидал подобного от Арабеллы, чей характер, как ему казалось, успел хорошо изучить.
— Так давайте спросим это у нее. Только держите себя в руках и предоставьте мне вести беседу с мисс Бишоп.
Волверстон отдал приказ открыть огонь и готовиться к последнему бою. Пираты скорее предпочли бы взорвать «Летящий», чем попасть в руки губернатора Бишопа, но госпожа Удача вспомнила о них всех в этот день. Из-за мыса показались еще два корабля под всеми парусами: это были «Арабелла» и«Атропос». Они вернулись к Ямайке и крейсировали неподалеку от Порт-Ройяла, на этот раз оставаясь незамеченными из форта.
Пираты тут же воспользовались растерянностью ямайцев, не успевающих развернуться к новому противнику. Удачный выстрел Огла с «Арабеллы» расщепил грот-мачту одного из фрегатов, которая рухнув, вызвала хаос на палубе.«Атропос» же разрядила орудия своего правого борта в корпус другого корабля, и он стал быстро погружаться в воду.
Убедившись, что капитан третьего фрегата утратил воинственный пыл, пираты не стали атаковать, оставив уцелевшего противника спасать тонущих.
Корабли уходили все дальше и дальше, растворяясь в золоте закатного моря. Команды «Арабеллы» и«Атропос» радостными воплями приветствовали«Летящий», однако их радость быстро погасла. Бешеная скачка по мостовым Порт-Ройяла никак не могла пойти на пользу Бладу. Его раны открылись; он истекал кровью и не приходил в себя.
Волверстон, неотлучно находившийся рядом с ним, все с большей тревогой смотрел в его застывшее лицо. Да, они совершили невозможное, вытащив своего капитана из застенков Бишопа, но теперь им грозила опасность вновь потерять его.
Спустились сумерки, на лице Блада еще резче обозначились скулы. За все время он не шевельнулся, даже веки не дрогнули. И тогда, изрыгая проклятия, Волверстон послал за «проклятым колдуном», к которому до сих не доверял до конца, несмотря на то, что индеец так хорошо проявил себя в деле. Пусть уж лучше колдовство, чем Питер упокоится на дне морском.
Пако же сразу заявил, что капитану нужна твердая земля, а не качающаяся пирога, пусть и большая. Потом потребовал свои зелья из каморки на борту «Арабеллы», а потом бесцеремонно выставил всех вон.
Отойдя на достаточное расстояние от Ямайки, корабли Блада легли в дрейф. Пользуясь, что волнения почти нет, Блада с величайшей осторожностью переправили на «Арабеллу». До Тортуги было еще достаточно далеко, поэтому нужно было искать пристанища на одном из ближайших безымянных островов. Конечно же, тут же нашлось несколько вариантов. Прекрасно зная Карибское море, корсары рассчитывали достичь подходящего островка с источником пресной воды и достаточно разнообразной растительностью на следующий день.
Джереми Питт с частью команды «Арабеллы» и голландцами должен был продолжить путь на Тортугу, чтобы вернуть корабль месье д'Ожерону. Там он намеревался дождаться«Элизабет» и«Лахезис», которые, вероятно, уже наигрались с эскадрой Бишопа.
Ямайcкая эскадра вернулась в Порт-Ройял через сутки. Злые и утомленные бесплодной погоней за призраками, губернатор Бишоп и лорд Уэйд сошли на берег. Новость, которая их там ожидала, никак не могла поднять им настроение.
Сказать, что Бишоп был взбешен, значит не сказать ничего. Полковник ревел, как бык, и топал ногами. Он хотел немедленно перевешать оставшихся в живых караульных, и майор Мэллэрд проявил недюжинную храбрость, вступившись за своих солдат. Губернатор даже набросился на лорда Уэйда:
— Почему вы не позволили мне перевести этого мерзавца в форт?
Его светлость ответил ледяным тоном:
— После вашего «общения» врач запретил мне трогать его.
— Как видите, нашлись те, кто его все-таки тронул! Зачем он был вам нужен живым, подох бы — туда ему и дорога! И эта его эскадра! Я говорил вам, что они появились не случайно! Надо было его немедленно повесить!
— Вы забываетесь, полковник! Я не ваш подчиненный и не обязан отчитываться перед вами в своих действиях! Кроме того, я думаю, что вряд ли мы услышим еще имя капитана Блада. В его состоянии ему не пережить свое «спасение».
Полковника это нисколько не обнадежило. Он лично допросил всех часовых. Кто-то припомнил появление в тот день Арабеллы в тюрьме непосредственно перед похищением, и Бишоп, зная про чувства своей племянницы к Бладу, рассвирепел еще больше:
— Да я навеки запру ее! Заточу в крепость! Это она помогла организовать побег!
— Помилуйте, полковник, каким образом? Девушка ее склада никогда на такое не пойдет!
— Тогда почему она приходила туда!? — продолжал вопить Бишоп.
Лорда Джулиана тоже весьма занимал этот вопрос. Он не ожидал подобного от Арабеллы, чей характер, как ему казалось, успел хорошо изучить.
— Так давайте спросим это у нее. Только держите себя в руках и предоставьте мне вести беседу с мисс Бишоп.
Страница 22 из 33
