Фандом: Изумрудный город. Менвит-зоолог Эль-Сун отправляется в автономную экспедицию к Большой реке изучать беллиорских крокодилов. В качестве связиста и помощника он арендует у начальника связи «Диавоны» Ра-Хора его личного раба и ассистента Лана. Что ожидает пришельцев — избранника и раба в лесах Гудвинии? Ведь пока они изучают местное зверьё, в Ранавире грядут нашествие мышей, Дни Безумия вещей и прочие«приятные» события канона!
Добавить в моё избранное
274 мин, 43 сек 11767
Вскоре туша зверя напоминала только что привезённый на прядильную фабрику добротно увязанный тюк настриженной фермерами шерсти.
По верхушкам яблонь прошёл ветер, поднятый согласными взмахами огромных крыльев. Эль-Сун вслед за остальными задрал голову. Прямо над ними желтело драконье брюхо с болтавшимися под ним когтистыми лапами. Миг — и с этого живого вертолёта полетели вниз сложенные пополам крепкие канаты.
Преодолевая поднятый крыльями Ойххо ветер, местные мужчины принялись с помощью крепких шестов-рычагов по очереди приподнимать лапы, голову и туловище шестилапого, чтобы подвести под них петли. Эль-сун выбрал себе самый крепкий и толстый шест и присоединился к команде грузчиков.
Помощь огромного и невероятно сильного — по сравнению с местными — менвита оказалась более чем кстати. Довольно скоро верёвочные петли были благополучно подведены под тушу зверя, закреплены на его обвязке, и командующий грузчиками подал знак. Люди отступили в стороны, а управляющий драконом Рахис тронул поводья.
Увязанный, словно странная лохматая колбаса, шестилапый плавно поднялся в воздух, и живой вертолёт по имени Ойххо понёс его куда-то в сторону деревенской околицы.
— Как долго зверь будет недвижим? — спросили у Эль-Суна охотники. Зоолог пожал плечами.
— Я не считал, сколько там в него выпустил, — сказал он. — Да и вообще был уверен, что убил его, а про парализующий режим только потом обнаружил… Но если он уже дёргает лапами — то с поправкой на то, что я не знаю, как парализация скажется на его нервной системе — минимум полчаса он ещё проваляется. И… на всякий случай советую вам пока не развязывать его. Отходняк может быть довольно бурным и травматичным.
Звероловы приняли рекомендации инопланетного коллеги и поспешили вслед за улетевшим драконом. За ними постепенно начали расходиться и остальные — подбирать раскиданные по дороге вещи, приводить в порядок повозки… Эвакуацию в связи с грядущим катаклизмом ещё никто не отменял.
Наконец на истоптанной поляне остались только рамерийцы. Реньено ушёл помогать соседям, а Милина, заявив, что после таких приключений не грех бы и как следует подкрепиться, отправилась в дом готовить обед.
— Ну что ж, — проронил Эль-Сун, окидывая взглядом картину учинённых шестилапым разрушений. — Начнём, пожалуй, инвентаризацию.
Провозились до вечера, сортируя то, что ещё можно было собрать, зашить, выправить, и то, что восстановлению уже не подлежало.
— Во имя всех богов! — радостно выдохнул менвит, вытянув из-под вороха разодранной палаточной ткани совершенно невредимый ноутбук. — Но как?
Видимо гаджет лежал в палатке настолько удачно, что беснующийся зверь не задел его даже когтем.
Чудо, просто чудо!
У Эля тут же поднялось настроение. Если поломку и гибель других походных вещей он ещё мог как-то пережить, то верный ноут был просто незаменим. И было бы огромной трагедией лишиться и его, и всех тех материалов, что были закачены в его обширную память.
Тут менвита отвлёк горестный стон, раздавшийся оттуда, где бесформенным ворохом тряпья бугрилась порушенная палатка. Он обернулся.
— РАЦИЯ! — Лан потрясённо рухнул на колени и с потерянным видом сгрёб в горсть ворох обломков — всё, что осталось от некогда прочного и считавшегося неубиваемым корпуса аппарата. — О, Лунное Небо, как я мог… Господин… — арзак вдруг покаянно распластался лицом вниз у ног зоолога. — Я идиот, надо было прихватить её с собой, когда вы приказали покинуть палатку, а я… Простите, господин… Я обязательно починю её! Пожалуйста, господин… простите…
Эль присел на корточки над убитым горем рабом. Бегло осмотрел останки аппарата.
— Похоже, тут уже и чинить-то нечего, — вынес он вердикт. — Зверюшка потопталась качественно!
Ответом ему был новый стон. Арзак, всё так же лёжа лицом вниз, накрыл голову руками и вцепился в собственные волосы. Мгновенно напрягся всем телом, чуть не зазвенел натянутой струной… а потом как-то резко обмяк, выдохнул и вдруг единым текучим движением переменил позу. Теперь он сидел перед менвитом на пятках, заведя руки за спину, словно связанный, и низко свесив голову.
— Ты чего? — удивился зоолог.
— Господин… Нерадивый раб… ожидает наказания.
Эль приподнял бровь. Оглядел коленопреклонённого раба и, чуть подумав, сам сменил позу, усевшись напротив него со скрещёнными перед собой ногами. Ещё раз окинул арзака изучающим взглядом, как будто видел его впервые. Словно в ответ Лан с силой закусил губу и затаил дыхание.
Рука избранника протянулась и за подбородок подняла повинную голову раба. Тот беспомощно трепыхнул ресницами… и вдруг — как это за ним водилось — без приказа вскинул взгляд.
Эля аж перетряхнула от того, что он увидел в глазах мегранца.
Это были глаза приговорённого к казни и уже положившего голову на плаху смертника.
«Раз… два…
По верхушкам яблонь прошёл ветер, поднятый согласными взмахами огромных крыльев. Эль-Сун вслед за остальными задрал голову. Прямо над ними желтело драконье брюхо с болтавшимися под ним когтистыми лапами. Миг — и с этого живого вертолёта полетели вниз сложенные пополам крепкие канаты.
Преодолевая поднятый крыльями Ойххо ветер, местные мужчины принялись с помощью крепких шестов-рычагов по очереди приподнимать лапы, голову и туловище шестилапого, чтобы подвести под них петли. Эль-сун выбрал себе самый крепкий и толстый шест и присоединился к команде грузчиков.
Помощь огромного и невероятно сильного — по сравнению с местными — менвита оказалась более чем кстати. Довольно скоро верёвочные петли были благополучно подведены под тушу зверя, закреплены на его обвязке, и командующий грузчиками подал знак. Люди отступили в стороны, а управляющий драконом Рахис тронул поводья.
Увязанный, словно странная лохматая колбаса, шестилапый плавно поднялся в воздух, и живой вертолёт по имени Ойххо понёс его куда-то в сторону деревенской околицы.
— Как долго зверь будет недвижим? — спросили у Эль-Суна охотники. Зоолог пожал плечами.
— Я не считал, сколько там в него выпустил, — сказал он. — Да и вообще был уверен, что убил его, а про парализующий режим только потом обнаружил… Но если он уже дёргает лапами — то с поправкой на то, что я не знаю, как парализация скажется на его нервной системе — минимум полчаса он ещё проваляется. И… на всякий случай советую вам пока не развязывать его. Отходняк может быть довольно бурным и травматичным.
Звероловы приняли рекомендации инопланетного коллеги и поспешили вслед за улетевшим драконом. За ними постепенно начали расходиться и остальные — подбирать раскиданные по дороге вещи, приводить в порядок повозки… Эвакуацию в связи с грядущим катаклизмом ещё никто не отменял.
Наконец на истоптанной поляне остались только рамерийцы. Реньено ушёл помогать соседям, а Милина, заявив, что после таких приключений не грех бы и как следует подкрепиться, отправилась в дом готовить обед.
— Ну что ж, — проронил Эль-Сун, окидывая взглядом картину учинённых шестилапым разрушений. — Начнём, пожалуй, инвентаризацию.
Провозились до вечера, сортируя то, что ещё можно было собрать, зашить, выправить, и то, что восстановлению уже не подлежало.
— Во имя всех богов! — радостно выдохнул менвит, вытянув из-под вороха разодранной палаточной ткани совершенно невредимый ноутбук. — Но как?
Видимо гаджет лежал в палатке настолько удачно, что беснующийся зверь не задел его даже когтем.
Чудо, просто чудо!
У Эля тут же поднялось настроение. Если поломку и гибель других походных вещей он ещё мог как-то пережить, то верный ноут был просто незаменим. И было бы огромной трагедией лишиться и его, и всех тех материалов, что были закачены в его обширную память.
Тут менвита отвлёк горестный стон, раздавшийся оттуда, где бесформенным ворохом тряпья бугрилась порушенная палатка. Он обернулся.
— РАЦИЯ! — Лан потрясённо рухнул на колени и с потерянным видом сгрёб в горсть ворох обломков — всё, что осталось от некогда прочного и считавшегося неубиваемым корпуса аппарата. — О, Лунное Небо, как я мог… Господин… — арзак вдруг покаянно распластался лицом вниз у ног зоолога. — Я идиот, надо было прихватить её с собой, когда вы приказали покинуть палатку, а я… Простите, господин… Я обязательно починю её! Пожалуйста, господин… простите…
Эль присел на корточки над убитым горем рабом. Бегло осмотрел останки аппарата.
— Похоже, тут уже и чинить-то нечего, — вынес он вердикт. — Зверюшка потопталась качественно!
Ответом ему был новый стон. Арзак, всё так же лёжа лицом вниз, накрыл голову руками и вцепился в собственные волосы. Мгновенно напрягся всем телом, чуть не зазвенел натянутой струной… а потом как-то резко обмяк, выдохнул и вдруг единым текучим движением переменил позу. Теперь он сидел перед менвитом на пятках, заведя руки за спину, словно связанный, и низко свесив голову.
— Ты чего? — удивился зоолог.
— Господин… Нерадивый раб… ожидает наказания.
Эль приподнял бровь. Оглядел коленопреклонённого раба и, чуть подумав, сам сменил позу, усевшись напротив него со скрещёнными перед собой ногами. Ещё раз окинул арзака изучающим взглядом, как будто видел его впервые. Словно в ответ Лан с силой закусил губу и затаил дыхание.
Рука избранника протянулась и за подбородок подняла повинную голову раба. Тот беспомощно трепыхнул ресницами… и вдруг — как это за ним водилось — без приказа вскинул взгляд.
Эля аж перетряхнула от того, что он увидел в глазах мегранца.
Это были глаза приговорённого к казни и уже положившего голову на плаху смертника.
«Раз… два…
Страница 69 из 79
