Фандом: Гарри Поттер. Рон пытается развеселить Гарри...
Добавить в моё избранное
21 мин, 12 сек 2544
Он блуждал, пытаясь наткнуться на прозрачное препятствие, но не смог. Хотел, блин, как лучше! Не отвлекать их на свои проблемы, а получилось так, что бросил, да и к тому же психанул! К счастью, Гермиона наложила на его карманы то же заклинание, что на свою сумочку, так что все необходимое оказалось у Рона с собой.
Гарри постанывал, но все никак не кончал. Рону уже хотелось встать, чтобы снова переодеться в чистую одежду.
— Да кончи ты уже! — сказал он вслух с досадой.
Гарри открыл глаза и сонно поморгал.
— Что?
— Кончай, говорю!
Гарри покраснел, возможно, не от смущения, а от тепла — они здорово нагрели кровать.
— Да теперь уж как-то…
— Ну как маленький, — зевнул Рон и опустил руку под одеяло, нащупывая резинку трусов Гарри. Взял в руку член, провел рукой так, как нравилось самому. Гарри закрыл глаза и выгнулся дугой, что-то простонав. Рон медленно водил рукой по его члену, думая о чем-то совершенно постороннем, переключаясь с одного на другого.
Спроси через секунду, что ему пришло в голову, не вспомнил бы. Наконец Гарри схватил его за плечи, уткнулся носом в изгиб локтя, а потом Рон почувствовал, как его сперма растекалась по пальцам.
Рон вытащил руку и вытер об одеяло. Тянуться за палочкой, чтобы очиститься было лень, пропало даже желание переодеться.
Пальцы Гарри все еще сжимали его плечи — больно — Рон погладил его руки, подождал, пока Гарри расслабится, и аккуратно снял их с себя.
— Первый гомосексуальный опыт, — сказал Гарри совсем невнятно, смысл дошел до Рона только через минуту-другую.
Он усмехнулся.
— Чего ты? — сонно протянул Гарри.
— Да вспомнил тут. Чарли рассказывал, как один его товарищ напился, впал в горячку и стал кричать: «Уизли, засунь мне руку в жопу!».
— Жесть. И что Чарли?
— А что, ему жалко что ли? Засунул. Ну, с тех пор он того…
— А кроме тебя в семье кто-нибудь знает о Чарли?
— Ну, догадываются, думаю. Или он индивидуально каждому рассказал. Но точно не объявлял это за ужином. Да и вряд ли кто против будет. Я решил как-то пошутить, подошел к маме и сказал, что гей. Так она заявила, что всегда это знала и чувствовала! А я потом месяцами думал, что она там во мне почувствовала…
— Если бы я к своей тетке подошел с такой шуткой, она бы забила меня ложкой до смерти.
— Я помню твою тетю, согласен с тобой. Никакой Сам-знаешь-кто не понадобился бы.
— Эх, когда ты уже начнешь называть его Волдемортом? Уже нечего бояться.
— Я и не боюсь, просто привычка. Который час?
Гарри потянулся к прикроватной тумбочке, где лежали его часы. Рон знал, что они достались маме от ее брата — Фабиана, она долго их хранила, а потом подарила Гарри на совершеннолетие. Это было что-то вроде широкого жеста, непроизнесенное послание, что Гарри давно член их семьи.
Мама часто рассказывала, как ее братья погибли в бою — понадобилось пять Пожирателей, чтобы их одолеть. Именно их поступки толкнули маму вступить во второй состав Ордена. Ну, и еще необходимость приглядывать за папой.
— Полвторого ночи.
— Спасибо.
Они лежали в молчании, Рон повернулся на живот, приподнялся на локтях и посмотрел в окно. По стеклу все еще бежала вода, закрывая обзор. Дотянуться бы до палочки и открыть — проветрить.
Краем глаза он увидел, как Гарри играл цепью часов, наматывая ее на пальцы, пережимая, чтобы кожа побелела, затем посинела, отпускал, снова наматывал, и отпускал…
Интересно, это Гарри включил свет? Рон не сразу осознал, что ночник уже горел в уголке комнаты, когда он проснулся.
— Уизли, засунь мне руку в жопу! — вдруг чересчур громко сказал Гарри.
— Больной, тише! — зашипел Рон. — А то и правда засуну!
Гарри тихо захихикал, как какой-то псих. Быстро успокоился, полежал, помолчал, а потом снова заржал. Что за гениальная шутка пришла ему в голову? Или это просто истерика, в которую он так часто впадал в последнее время?
Рон-таки нашел в себе силы дотянуться до палочки. Он наложил чары тишины на дверь, заодно открыл окно. И снова запах дождя — никогда не надоедало, даже в самые частые пасмурные дни, как совпало в этом сентябре.
Скоро начнут опадать листья, примешается и их запах. Офигенно.
— Чего ты там говорил тебе засунуть? — переспросил Рон, потягиваясь. — И куда?
— Я просто цитировал.
— Цитировал он, ага.
— Не, если хочешь, то давай.
— Ладно.
Гарри замер, видно, не ожидая, что Рон согласится.
«Думал, отшучусь?»
Хотя Рону самому стало не по себе. Раз уже сказал, надо делать, но что и как? Подвыпивший Чарли не всегда различал границы личного, поэтому начинал выбалтывать подробности собственной сексуальной жизни. Вот только выдавал он их только Рону.
Гарри постанывал, но все никак не кончал. Рону уже хотелось встать, чтобы снова переодеться в чистую одежду.
— Да кончи ты уже! — сказал он вслух с досадой.
Гарри открыл глаза и сонно поморгал.
— Что?
— Кончай, говорю!
Гарри покраснел, возможно, не от смущения, а от тепла — они здорово нагрели кровать.
— Да теперь уж как-то…
— Ну как маленький, — зевнул Рон и опустил руку под одеяло, нащупывая резинку трусов Гарри. Взял в руку член, провел рукой так, как нравилось самому. Гарри закрыл глаза и выгнулся дугой, что-то простонав. Рон медленно водил рукой по его члену, думая о чем-то совершенно постороннем, переключаясь с одного на другого.
Спроси через секунду, что ему пришло в голову, не вспомнил бы. Наконец Гарри схватил его за плечи, уткнулся носом в изгиб локтя, а потом Рон почувствовал, как его сперма растекалась по пальцам.
Рон вытащил руку и вытер об одеяло. Тянуться за палочкой, чтобы очиститься было лень, пропало даже желание переодеться.
Пальцы Гарри все еще сжимали его плечи — больно — Рон погладил его руки, подождал, пока Гарри расслабится, и аккуратно снял их с себя.
— Первый гомосексуальный опыт, — сказал Гарри совсем невнятно, смысл дошел до Рона только через минуту-другую.
Он усмехнулся.
— Чего ты? — сонно протянул Гарри.
— Да вспомнил тут. Чарли рассказывал, как один его товарищ напился, впал в горячку и стал кричать: «Уизли, засунь мне руку в жопу!».
— Жесть. И что Чарли?
— А что, ему жалко что ли? Засунул. Ну, с тех пор он того…
— А кроме тебя в семье кто-нибудь знает о Чарли?
— Ну, догадываются, думаю. Или он индивидуально каждому рассказал. Но точно не объявлял это за ужином. Да и вряд ли кто против будет. Я решил как-то пошутить, подошел к маме и сказал, что гей. Так она заявила, что всегда это знала и чувствовала! А я потом месяцами думал, что она там во мне почувствовала…
— Если бы я к своей тетке подошел с такой шуткой, она бы забила меня ложкой до смерти.
— Я помню твою тетю, согласен с тобой. Никакой Сам-знаешь-кто не понадобился бы.
— Эх, когда ты уже начнешь называть его Волдемортом? Уже нечего бояться.
— Я и не боюсь, просто привычка. Который час?
Гарри потянулся к прикроватной тумбочке, где лежали его часы. Рон знал, что они достались маме от ее брата — Фабиана, она долго их хранила, а потом подарила Гарри на совершеннолетие. Это было что-то вроде широкого жеста, непроизнесенное послание, что Гарри давно член их семьи.
Мама часто рассказывала, как ее братья погибли в бою — понадобилось пять Пожирателей, чтобы их одолеть. Именно их поступки толкнули маму вступить во второй состав Ордена. Ну, и еще необходимость приглядывать за папой.
— Полвторого ночи.
— Спасибо.
Они лежали в молчании, Рон повернулся на живот, приподнялся на локтях и посмотрел в окно. По стеклу все еще бежала вода, закрывая обзор. Дотянуться бы до палочки и открыть — проветрить.
Краем глаза он увидел, как Гарри играл цепью часов, наматывая ее на пальцы, пережимая, чтобы кожа побелела, затем посинела, отпускал, снова наматывал, и отпускал…
Интересно, это Гарри включил свет? Рон не сразу осознал, что ночник уже горел в уголке комнаты, когда он проснулся.
— Уизли, засунь мне руку в жопу! — вдруг чересчур громко сказал Гарри.
— Больной, тише! — зашипел Рон. — А то и правда засуну!
Гарри тихо захихикал, как какой-то псих. Быстро успокоился, полежал, помолчал, а потом снова заржал. Что за гениальная шутка пришла ему в голову? Или это просто истерика, в которую он так часто впадал в последнее время?
Рон-таки нашел в себе силы дотянуться до палочки. Он наложил чары тишины на дверь, заодно открыл окно. И снова запах дождя — никогда не надоедало, даже в самые частые пасмурные дни, как совпало в этом сентябре.
Скоро начнут опадать листья, примешается и их запах. Офигенно.
— Чего ты там говорил тебе засунуть? — переспросил Рон, потягиваясь. — И куда?
— Я просто цитировал.
— Цитировал он, ага.
— Не, если хочешь, то давай.
— Ладно.
Гарри замер, видно, не ожидая, что Рон согласится.
«Думал, отшучусь?»
Хотя Рону самому стало не по себе. Раз уже сказал, надо делать, но что и как? Подвыпивший Чарли не всегда различал границы личного, поэтому начинал выбалтывать подробности собственной сексуальной жизни. Вот только выдавал он их только Рону.
Страница 5 из 6
