Фандом: Шерлок Холмс и Доктор Ватсон. Наступил новый, 1886-й год и принёс с собой новые впечатления, но и старые проблемы. Это первая часть цикла «Рейхенбахские хроники». Продолжение цикла «Шерлок Холмс: молодые годы».
Добавить в моё избранное
254 мин, 1 сек 7601
придётся больше… двигаться, так сказать. Ездить чаще, встречаться с людьми… ай! Не как вам с Шерлоком, конечно, но всё-таки. Думаете, вот это будет повторяться чаще? Что же делать? Простудиться я мог позавчера, когда ждал… там очень дуло… о боже!
Доктор совершенно не обращал внимания на мои муки. Я никогда не спрашивал, где он научился делать массаж, но такие навыки не входят в подготовку студентов-медиков. Мысль, что всё это исключительно ради меня, чрезвычайно грела душу, но и немного смущала.
— Движение пойдёт вам на пользу, — безжалостным тоном сказал Джон.
Закончив, он подождал немного, пока я приду в себя, помог мне повернуться, и — о чудо! — я даже сел. Мне торопливо подсунули под спину пару подушек.
— И в чём же польза, друг мой? Похудею, стану красивым, и в меня начнут влюбляться женщины? — усмехнулся я, но посмотрел на доктора с благодарностью: — Спасибо, теперь у моей спины есть час передышки. Вы уж извините за вчерашнее вторжение, но я просто растерялся и не знал, что делать.
— Вы поступили совершенно правильно, и незачем извиняться, Майкрофт. Я принесу вам завтрак. К сожалению, не рис.
Я с облегчением убедился, что завтрак вполне обычный, но Джон принёс еды только на мою долю. Неужели он успел поесть в такую рань?
— Теперь я буду ещё больше волноваться, что брат бывает в трущобах, — признался я. — Вы не представляете, Джон, какой ужас там творится! И такие омерзительные типы в этих курильнях…
— Представляю, — спокойно ответил доктор. — Я всё это видел. Зато мы несём блага цивилизации отсталым народам, — не удержался он от сарказма.
— Тибе… китайцы вовсе не отсталый народ, — машинально сказал я, поправился, да поздно. — А, ладно… Вы ведь понимаете, что наш гость, вполне вероятно, куда ученее большинства не только своих, но и наших с вами соотечественников. Но считает нужным пообщаться тут… с резидентами, видимо. Он не пытался от меня сбежать, поэтому я пошёл ему навстречу и не вмешивался. Увы, та часть города для меня какие-то дебри… Я уверен, что нашему гостю можно доверять, Джон. В этом смысле — уверен… Вы не спросили, когда примерно они вернутся?
От волнения я принялся слишком много болтать и невольно выдал пару секретов. Доктор понимающе улыбнулся.
— Я уже привык, что Шерлок ходит туда один. Это не значит, что я не волнуюсь. Но думаю, что наш гость в этот раз будет осторожнее. Да и Шерлок за ним присмотрит и адреса запомнит. Он знает Лондон как свои пять пальцев.
— Очень надеюсь, что оба будут осторожны. А вообще, конечно, такие задворки жизни — не место для джентльмена… Я иногда думаю, где искать людей, хорошо знающих этот слой общества, но в то же время тех, кому можно было бы доверять… Но, думаю, наш Шерлок — единственный, как и во всем остальном.
— У Шерлока достаточно таких людей, и это не только его мальчишки с улиц, — заметил доктор. — Грузчики, разносчики, проститутки, — принялся перечислять он, следя за моей реакцией.
— Да, у меня таких знакомых нет, и взять их, в общем-то, негде… слава богу.
Спина опять заныла, пришлось лечь. Джон несколько раз спускался вниз, но большую часть утра провёл в своей спальне, которую я оккупировал. Сразу после ланча он принёс свежие газеты, а заодно мои собственные халат и рубашку. Берта получила его записку и прислала нужные вещи. Значит, мой добрый доктор решил, что я вряд ли сегодня покину стены его спальни. Халат пришёлся кстати, надеть костюм и сесть в кресло я не мог никак. Про себя я решил, что, как только Шерлок с ламой вернутся, я постараюсь одеться, и мы уедем — пользоваться гостеприимством нужно в меру, особенно когда занимаешь чужую спальню.
Я развернул газету… и обомлел. Среди прочих сообщений о происшествиях красовалась заметка: «Вчера в девять часов вечера в одном из городских переулков произошла стычка между тремя китайцами. В ней случайно пострадал и джентльмен, прогуливающийся неподалеку со своим слугой. Было совершено несколько выстрелов, два из которых попали в цель, один китаец убит, второй ранен в ногу. По словам очевидцев, джентльмен, оказавшийся невольным свидетелем, также пострадал в перестрелке. Установить его имя не удалось, он быстро покинул место происшествия, не дождавшись полиции».
— Джон! — крикнул я, надеясь, что он внизу меня услышит.
Услышал и прибежал, но я успел уловить, что ритм стучащих по ступенькам каблуков не был ровным.
— Что? Вам плохо?! — воскликнул доктор.
Я протянул ему газету. Тот пробормотал себе под нос что-то вроде: «А чего я ждал? Братья!»
Прочитав заметку, он пожал плечами.
— И что страшного? Вас же никто не опознал.
— Нет-нет, я вот думаю: мы можем всех обмануть. Если полиция вдруг проявит сообразительность, они ведь могут найти кэбмена, верно?
Доктор кивнул.
— Вот я и прикинусь раненым, а про слугу-китайца тогда никто и не вспомнит.
Доктор совершенно не обращал внимания на мои муки. Я никогда не спрашивал, где он научился делать массаж, но такие навыки не входят в подготовку студентов-медиков. Мысль, что всё это исключительно ради меня, чрезвычайно грела душу, но и немного смущала.
— Движение пойдёт вам на пользу, — безжалостным тоном сказал Джон.
Закончив, он подождал немного, пока я приду в себя, помог мне повернуться, и — о чудо! — я даже сел. Мне торопливо подсунули под спину пару подушек.
— И в чём же польза, друг мой? Похудею, стану красивым, и в меня начнут влюбляться женщины? — усмехнулся я, но посмотрел на доктора с благодарностью: — Спасибо, теперь у моей спины есть час передышки. Вы уж извините за вчерашнее вторжение, но я просто растерялся и не знал, что делать.
— Вы поступили совершенно правильно, и незачем извиняться, Майкрофт. Я принесу вам завтрак. К сожалению, не рис.
Я с облегчением убедился, что завтрак вполне обычный, но Джон принёс еды только на мою долю. Неужели он успел поесть в такую рань?
— Теперь я буду ещё больше волноваться, что брат бывает в трущобах, — признался я. — Вы не представляете, Джон, какой ужас там творится! И такие омерзительные типы в этих курильнях…
— Представляю, — спокойно ответил доктор. — Я всё это видел. Зато мы несём блага цивилизации отсталым народам, — не удержался он от сарказма.
— Тибе… китайцы вовсе не отсталый народ, — машинально сказал я, поправился, да поздно. — А, ладно… Вы ведь понимаете, что наш гость, вполне вероятно, куда ученее большинства не только своих, но и наших с вами соотечественников. Но считает нужным пообщаться тут… с резидентами, видимо. Он не пытался от меня сбежать, поэтому я пошёл ему навстречу и не вмешивался. Увы, та часть города для меня какие-то дебри… Я уверен, что нашему гостю можно доверять, Джон. В этом смысле — уверен… Вы не спросили, когда примерно они вернутся?
От волнения я принялся слишком много болтать и невольно выдал пару секретов. Доктор понимающе улыбнулся.
— Я уже привык, что Шерлок ходит туда один. Это не значит, что я не волнуюсь. Но думаю, что наш гость в этот раз будет осторожнее. Да и Шерлок за ним присмотрит и адреса запомнит. Он знает Лондон как свои пять пальцев.
— Очень надеюсь, что оба будут осторожны. А вообще, конечно, такие задворки жизни — не место для джентльмена… Я иногда думаю, где искать людей, хорошо знающих этот слой общества, но в то же время тех, кому можно было бы доверять… Но, думаю, наш Шерлок — единственный, как и во всем остальном.
— У Шерлока достаточно таких людей, и это не только его мальчишки с улиц, — заметил доктор. — Грузчики, разносчики, проститутки, — принялся перечислять он, следя за моей реакцией.
— Да, у меня таких знакомых нет, и взять их, в общем-то, негде… слава богу.
Спина опять заныла, пришлось лечь. Джон несколько раз спускался вниз, но большую часть утра провёл в своей спальне, которую я оккупировал. Сразу после ланча он принёс свежие газеты, а заодно мои собственные халат и рубашку. Берта получила его записку и прислала нужные вещи. Значит, мой добрый доктор решил, что я вряд ли сегодня покину стены его спальни. Халат пришёлся кстати, надеть костюм и сесть в кресло я не мог никак. Про себя я решил, что, как только Шерлок с ламой вернутся, я постараюсь одеться, и мы уедем — пользоваться гостеприимством нужно в меру, особенно когда занимаешь чужую спальню.
Я развернул газету… и обомлел. Среди прочих сообщений о происшествиях красовалась заметка: «Вчера в девять часов вечера в одном из городских переулков произошла стычка между тремя китайцами. В ней случайно пострадал и джентльмен, прогуливающийся неподалеку со своим слугой. Было совершено несколько выстрелов, два из которых попали в цель, один китаец убит, второй ранен в ногу. По словам очевидцев, джентльмен, оказавшийся невольным свидетелем, также пострадал в перестрелке. Установить его имя не удалось, он быстро покинул место происшествия, не дождавшись полиции».
— Джон! — крикнул я, надеясь, что он внизу меня услышит.
Услышал и прибежал, но я успел уловить, что ритм стучащих по ступенькам каблуков не был ровным.
— Что? Вам плохо?! — воскликнул доктор.
Я протянул ему газету. Тот пробормотал себе под нос что-то вроде: «А чего я ждал? Братья!»
Прочитав заметку, он пожал плечами.
— И что страшного? Вас же никто не опознал.
— Нет-нет, я вот думаю: мы можем всех обмануть. Если полиция вдруг проявит сообразительность, они ведь могут найти кэбмена, верно?
Доктор кивнул.
— Вот я и прикинусь раненым, а про слугу-китайца тогда никто и не вспомнит.
Страница 5 из 68
